Жар сумрачной стали - Глен Кук

– Мистер Нагит, расследование завершается. – Извиняться за то, что заманил его сюда, я не собирался. – Осталось отловить последнего оборотня. – Лейтенант, похоже, только сейчас сообразил, что ел с серебряных тарелок серебряными же приборами. – Методом исключения мы пришли к выводу, что оборотень проник в «Клич». Некоторое время я полагал, что они подменили вашего хозяина, но отказался от этой мысли. Вы сами убедительно доказали, что оборотнем не являетесь… Да, босс?

Макс побагровел. Ему не терпелось, чтоб я переходил к делу.

– Если это не Маренго, – продолжал я, – можно было бы и не беспокоиться, однако оборотень в рядах «Клича» – зацепка для Слави Дуралейника. Надежный свидетель сообщил мне, что Дуралейник – злобный старик с ужасными, далеко идущими планами. С помощью этого оборотня он способен учинить в Танфере нечто невообразимое. Кстати сказать, хоть Маренго и не подменили в ночь нападения – помните? – его вполне могли подменить потом, уже в поместье… Вы не понимаете, чего я, собственно, дергаюсь? Маренго – друг мистера Вейдера. Они вместе служили в Кантарде. А Макс – мой друг. Вот потому-то вас и пригласили сюда, чтоб я мог поделиться с вами своими соображениями. Вы можете защитить друга моего друга. Вы можете найти последнего оборотня. Того самого, который покинул нас, гадая, что могло случиться с Толли и с одноруким любителем громовых ящеров.

– С Венейблом, – пробормотал лейтенант.

Вернулись Морли и Нейрса. Они привели Таму, Синдж и крохотную, невероятно уродливую старушку. Синдж опасливо оглядывалась, Монтецума тряслась от страха. Последние двадцать часов она провела в Аль-Харе, где ей, естественно, и понюшки опиума не выдали. Старушка притворялась перепуганной служанкой. Объяснить, зачем ее притащили, никто не потрудился.

Я подавил ухмылку. Из Релвея получилась редкая уродина. Однако он настоял на том, чтобы лично сопровождать столь важную узницу. Не буду, пожалуй, ему говорить, что от таких красоток молоко скисает и дети на всю жизнь заиками остаются, – зачем расстраивать главу тайной полиции?

Помнится, он собирался обаять Нагита и пойти вместе с ним в поместье.

Лейтенант на Релвея и не взглянул.

– Вы нашли Монтецуму! – выпалил он. – Где? Как?

– Вас опередили, Эд. Кто-то из Волков. Их навел на след Джеррис Дженорд. – Думаю, особых претензий по поводу того, что Волков не выкорчевали с корнем, мы не услышим. В конце концов, они все, как на подбор, герои войны – в глазах большинства обывателей. Так что Бондурант Алтуна несколько поспешил со своими публичными обвинениями Волков в предательстве. Будь он хоть чуточку поумнее, добился бы в жизни куда большего.

Я пересказал Нагиту все, что узнал от Тамы, присовокупив, разумеется, свои догадки.

– Тама пообещала сотрудничать. – Она привыкла выживать. А единственный способ выбраться сухой из этой лужи – спасти человека, который, возможно, будет охотиться за ней до скончания времен. – К тебе-то Норт-Энглиш как относится?

– Прохладно. Я слишком много знаю, и он вспоминает об этом всякий раз, как видит меня. Однако пока не выгнал. С другой стороны, где он найдет второго такого кретина, который взвалил бы на себя мою работу? Я не верю, что его подменили.

– Прикинь, как нам остаться с ним наедине и испытать его серебром. Как прикинешь, сообщи. А пока изложи ему все, что он захочет услышать. И проверь своих ближайших помощников. Это тебя вряд ли затруднит. А вот когда отыщешь оборотня, придется поволноваться.

Нагит помотал головой. Он определенно не желал во всем этом участвовать.

– Последний из всей шайки, Эд. Он у вас, больше ему быть негде. Иначе Толли до сих пор бы овец пас, а у мистера Венейбла по-прежнему всего одной руки бы не хватало.

Нагит поднялся, чинно поблагодарил за приглашение и за угощение, кивнул Нейрсе Бинтор, давая понять, что знает, кому обязан сытым желудком.

– Могу я забрать Монтецуму? – спросил он.

– Нет, – угрюмо откликнулся Макс. Для себя он уже решил, что Маренго – оборотень. А раны на сердце требовали возмездия.

Лейтенант не стал спорить.

– Босс расстроится, – только и сказал он.

– Мистер Нагит, – произнес Макс, – если поймете, что служба у Маренго обременяет вашу совесть, не стесняйтесь обратиться к Манвилу. У нас для такого человека, как вы, место всегда найдется. Верно, Гаррет?

– Ничего не имею против. – Хотя мне не очень-то понравилось, что Аликс оживилась, а Никс просто расплылась в улыбке. Меня же, разумеется, ткнули под ребра, опять в больное место, за то, что я заметил эти, предназначенные вовсе не мне, знаки благосклонности.

Нагит направился к выходу.

Релвей последовал за ним. Могу предположить, что он бесстыдно торговал собой, досаждая Нагиту, занятому совсем другими мыслями.

– Достаточно? – спросил я Макса.

– Вполне. Я иду отдыхать.

Манвил помог патрону подняться.

– Гаррет, завтра мы продолжим подбор слуг. Ваше с Таем присутствие крайне желательно. Приходи с рассветом. – Гилби усмехнулся. Он прекрасно знал, что я терпеть не могу подниматься с постели раньше полудня.

Попка-Дурак утробно захохотал.

Я вздохнул. Никто не обещал, что мир будет справедлив ко мне. Или хоть вот на столечко менее безумен.