Алмазное сердце - Ирина Шевченко

Чую, интересный у нас получится разговор.

— Волки, — с отвращением выговорил дэй Людвиг. — Брат за брата. Стая. Вот где у меня ваша стая! — Он подхватил висящий в воздухе алмаз, сунул его за обшлаг парадного камзола и вынул… Носовой платок? Помахал им и сжал в кулаке. — Вот где.

Бертран угрожающе зарычал. Казалось, он уже был готов броситься на мага и вцепиться ему в глотку, но Рик предупреждающе поднял руку. Ох не понравилось мне выражение лица шамана, очень не понравилось.

— Спасибо, дэй Энсоре, — ехидно поблагодарил Менно. — Хоть кто-то здесь понимает. А остальным поясню. Это — один из ценнейших предметов, хранящихся… хранившихся в королевской сокровищнице. Позаимствовал по случаю.

— Вместе с сундучком? — вырвалось у меня непроизвольно.

Маг окатил меня ледяным взглядом.

— Сундучок — детская игрушка. А это — лоскут от рубахи Винсента Леймса.

Я не сразу понял, о ком он говорит: у стайников не принято называть Снежного Волка его людским именем.

— Со следами его крови, — с ненавистью глядя на вожака, протянул человек. — Крови, которая течет в жилах каждого метаморфа. Я ведь предупреждал тебя, Бертран?

На что способен маг-кровник, в руках у которого образец крови волка-прародителя?

Наглядная демонстрация не заставила себя долго ждать. Сана тихо вскрикнула от боли, когда Менно, с силой прижав ее к себе, взмахнул древней реликвией. Во влажном воздухе запахло гарью… А за спиной мага медленно поднимался столб воды. Я решил было, что это его рук дело, но тут же заметил, что Рик глядит на этот столб, не отрываясь, а губы шамана едва заметно шевелятся: унери взывал к духам реки. Хотелось верить: он знает, что делает, ведь на краю моста не только злобная ищейка Вестранов, там Сана. И, наверное, она тоже под воздействием каких-то чар, так как не пытается вырваться, ничего не говорит и почти не шевелится…

Но что бы ни задумал Ричард, довести дело до конца ему не удалось. Менно встряхнул лоскут — показалось, что серая пыль слетела с кусочка ткани, — и вода за его спиной с шумом разбилась о камни. А Рик вдруг зашатался и упал на колени. Рядом, так и не успев подняться после моего толчка, заскулил раненым волком дядька Бертран.

А остальные стайники? Те, что в парке? С ними то же самое?

А… я?

На меня манипуляции мага отчего-то не действовали. И, судя по выражению его лица, это и для Менно стало неожиданностью.

— Интересно, — проговорил он, снова закрываясь Саной, как щитом. — Очень интересно, дэй Леймс. Но я, кажется, понял, в чем дело. Ваша жизнь не принадлежит стае. Она ведь вся здесь? — Лоскуток в его руке уступил место алмазу. — Можем проверить. Только в отличие от ваших родственников шансы пережить этот эксперимент у вас минимальные. Рискнем?

Он спрашивал так, как будто у меня был выбор.

И я повел себя так, словно он у меня и в самом деле был.

— Отпустите девушку — и поговорим, — сказал я ему. — Алмаз уже у вас — это лучшая страховка.

— Ох, не знаю. — Маг насмешливо склонил голову к плечу. — Чьей жизнью вы дорожите больше, своей или дэйни Лисанны?

Я мог бы ответить, но не стал. А он и не требовал ответа.

— Я не хотел идти на крайние меры, дэй Леймс. Ваш дядюшка в чем-то прав. Стая — это сила. Ро-Андир — оплот короны. Но, думаю, метаморфы скоро найдут другого вожака… Только не вашего батюшку, я лично прослежу, чтобы этого не случилось. А все, что сейчас произойдет здесь, навеки похоронит река.

— Крови Великого Предка ненадолго хватит… — с трудом выговорил Рик.

Менно зло обернулся на него, без слов подбросил вверх камень, и невидимый кулак ударил шамана в грудь, отбросив на несколько шагов. Даже сквозь грохот водопада я слышал глухой стук — друга швырнуло на каменные плиты моста, и больше он не подавал признаков жизни. Внутри что-то оборвалось. Я поглядел на Сану: по ее щекам в два ручья катились слезы, но девушка по-прежнему не шевелилась.

— Верное замечание, дэй Энсоре. — Маг брезгливо покосился на неподвижное тело унери и подставил ладонь упавшему сверху алмазу. Посмотрел на меня. — Крови первого из Леймсов при таком использовании действительно не хватит. Иначе я давно разобрался бы со всей вашей семейкой. Но с кровью Эдуарда на патенте, который лежит у вас в кармане, я смогу много больше. Я же не ошибся, бумаги при вас?

— У тебя отличный нюх, ищейка, — похвалил я сквозь зубы и медленно попятился к прорехе в перилах: убей меня, и река похоронит твои надежды вместе с моим телом.

— Стой где стоишь, щенок, — разгадал мои намерения Менно, как и я, оставивший вежливый тон. — Иначе получишь свою невесту по всем правилам. Сначала руку, а потом сердце.

— Нам все равно не жить, — признал я с мрачной решимостью, отступая еще на шаг.

— Замрешь на месте — и она выживет, — мерзко усмехнулся человек. — Я тебе обещаю. И будет жить очень, очень долго.

Слова — ничто. Другое дело, как эти слова сказаны. В жизни я не слыхал угрозы страшнее и, даже если хотел бы продолжить отступать к краю моста, ноги меня не послушались бы.

— Вот и замечательно, — благосклонно кивнул маг. — Теперь я даже позволю вам проститься. Можете начинать.

Он всего лишь царапнул камень ногтем, а сердце пронзила такая боль, что я едва удержался от крика и лишь чудом устоял на ногах. М-мун… Алмазные у него когти, что ли?

Еще одна царапина — и снова невыносимая боль выворачивает грудину, а Менно с наслаждением смотрит на мои страдания. Чтоб тебе сдохнуть в таких же муках, тварь! Зверь внутри меня взвыл, просясь наружу, и если бы не Сана… Если бы она не стояла между нами…

Девушка вдруг крутанулась в руках ослабившего хватку мага, и тот громко вскрикнул, когда лезвие столового ножа распороло ему бедро. Усилием воли удержавшись в сознании, я втянул запах свежей крови, и волк голодно зарычал…

— Дрянь! — Менно в ярости отшвырнул от себя целительницу и легко отвел в сторону пущенную ему в лицо струйку огня — единственное приближенное к боевым заклинание, которое она знала.

«Сейчас!» — решил я, выпуская зверя на волю.

Боль. Треск. То ли это одежда рвется на волке по швам, то ли уже сердце разрывается на части. Но я успею! Всего два прыжка. Луна подмигивает с ночного неба. Освещает перекошенное от страха лицо человека, вдруг вспомнившего, что кровь прародителя метаморфов не защитит его от моих клыков. Открытое горло… И невысокий бордюр по краю моста, на который он натыкается, попятившись назад, и летит, подталкиваемый мною, в пенящийся поток… И я лечу следом. Но это уже не важно…

— А-у-у!

Мун Семихвостая! Семи… оу-у… хвостая… А у меня хвост всего один!

— Я держу тебя, — всхлипнули сверху. — Держу.

Ну не за хвост же, мил-ай-а-а…

Брызги воды летели в морду и щекотали нос. Тело мага уже унесло далеко вниз, за пороги. И алмаз где-то там, в реке. Но Сана схватилась второй рукой еще и за лапу и потянула вверх. Кажется, жизнь налаживается.