Скользкий - Павел Корнев

Из конуры, гремя цепью, выбрался облезлый пес и уже перевязавший ногу Хан потянулся за автоматом. Грохнул одиночный выстрел. Вот и хорошо — мне свои патроны тратить не придется. Я не изверг, но с такими гнойниками и язвами собак так и так долго бы не протянул.

— Что там? — кивнув на близнецов, спросил я у подошедшего колдуна.

— Мертв.

— Кто?

— Первый. — Ялтин подошел к Григорию и дяде Жене. — Удачно?

— Вполне. — Григорий невольно приложил руку к карману, в который убрал скрученные цилиндрики. — У вас как?

— Аналогично. — Колдун едва заметно улыбнулся. — Принципы построения заклятий у людоедов оказались на редкость эффективными.

Дядя Женя нашел где-то промасленную тряпку, намотал ее на палку, подпалил и кинул внутрь лаборатории. Почти сразу же в вагончике раздалось гулкое гудение пламени. Другое дело, а то дымило, дымило…

— Все, уходим. — Григорий ухватился за отвороты кожаной куртки пироманта и поставил того на ноги. — Уходим!

— С Первым что делать будем? — отодвинулся от вырвавшихся из двери языков пламени Ялтин.

— С собой возьмем, по дороге похороним, — не задумавшись, ответил Григорий. — Хан, помоги Второму. А! У тебя же нога! Сергей Михайлович, присмотрите за Напалмом.

Мельников поправил повязку на обожженной руке и продолжил смотреть на огонь. В объятом пламенем вагончике начали взрываться склянки.

Оклемавшийся Напалм отказался от помощи Ялтина и, покачиваясь, поспешил за Григорием и Ханом. Колдун оглянулся на нас, хотел что-то сказать Мельникову, но передумал и медленно пошел к лесу.

— Тумана еще не хватало, — пробурчал вдруг дядя Женя.

Я огляделся по сторонам и не поверил своим глазам: непонятно когда появившийся туман молочной пеленой полз с дальней стороны очищенной от леса площадки. И как-то слишком быстро он на нас накатывал. Еще понимаю — утром или вечером, но не сейчас же!

— Пойдемте-ка отсюда, — заторопился я.

Но было уже поздно. Стелившийся по земле туман накрыл тела убитых и в них словно вселился легион демонов: трупы изогнула в судорогах и начала корежить неведомая сила.

— Бежим! — развернулся я к Мельникову и замер: поверх нацеленного на меня дула нагана холодным светом сияли голубые глаза.

За мгновенье до выстрела мне удалось вывернуть наган в сторону, и пуля пропахала землю. Подсечкой сбив нечто, еще недавно бывшее Мельниковым, на землю, я отпрыгнул в сторону, но тот в мгновенье ока вновь оказался на ногах. Попавшая ему в скулу винтовочная пуля снесла полчерепа, и он рухнул в клубившийся у земли туман.

Спасибо, Вера!

На меня прыгнул покрытый изморозью обгоревший труп часового, но я успел всадить в него заряд картечи. Перекрученное тело отшвырнуло назад и в его пустых глазницах мигнули дьявольские отблески лазурного солнца. На всякий случай я всадил в него второй заряд и оглянулся.

Туман прибывал. Бившее из ладоней пироманта пламя не давало ему добраться до отступавших к лесу людей, а вот отставший от них колдун оказался в окружении. Укрывшись за силовым пологом, Ялтин едва сдерживал натиск чужеродной магии. Один за другим мерцавшие рубиновыми огоньками самоцветы на пуговицах куртки наливались черно-синим сиянием, но тут его фигура смазалась и пропала из вида. Телепортировался.

А мне что делать?!

Незаметно подползшие языки тумана обдали невыносимым холодом. К нашим не пробиться. Да и надо ли? Метнувшись прочь от вынырнувших из туманной пелены мертвяков, я рванул туда, где мне почудился просвет. Тело начали рвать острые когти мороза, но мне удалось выскочить из уже готовой захлопнуться ловушки. Ледяной воздух обжег легкие, пальцы на руках и ногах потеряли чувствительность, и только желание выжить толкало меня вперед.

Я бежал, пока оставались силы. Да и потом тоже бежал. Шел. Полз. Наверное. Не помню…