Путь императора - Александр Мазин

«Саконнин против из-за того, что ему нравится эгерини!» – подумал Император, покосившись на своего Старшего cоветника.

Йорганкеш пытался разозлить себя. Ему тоже нравился Фаргал. И, если говорить честно, без Фаргала ему не удалось бы так скоро расправиться с фетсами. (Император не решался признаться даже себе – без Фаргала он вообще не справился бы с фетсами.)

«Для пользы Карнагрии!» – с ожесточением прошептал Йорганкеш. И добавил в полный голос:

– Призовите командующего Фаргала!

– Царь царей призывает командующего Фаргала! – эхом подхватил глашатай.

– Командующий Фаргал припадает к стопам Царя царей! – воскликнул церемониймейстер, сделав знак стражам, чтобы те распахнули высокие двери.

Эгерини вошел. Он двигался легко и стремительно. Йорганкеш невольно залюбовался им, но тут же нахмурился.

Командующий поклонился, коснувшись пальцами ковра на первой ступени возвышения.

– Мой повелитель,– произнес эгерини своим мощным голосом, тут же наполнившим вычурные своды зала,– хочу обрадовать тебя: последний из врагов покинул твою землю.

Император смотрел на воина сверху, пытаясь найти в нем то, о чем твердили царедворцы. Но лицо Фаргала невозможно было назвать лицом предателя.

«Он слишком фамильярен!» – сердито подумал Йорганкеш.

– Для чего ты водил мой флот в Лосанский залив? – сердито спросил Император.

– Тебе уже сообщили? – Улыбка Фаргала была настолько открытой, что Йорганкешу с трудом удалось удержать губы в неподвижности.– Я плавал за письмом,– весело сказал эгерини.– Мне нужно было письмо от Императора Фетиса. Письмо-приказ его солдатам убраться с нашей земли!

«Моей, а не нашей!»– мысленно вскрикнул Йорганкеш.

Теперь ему уже не хотелось отвечать Фаргалу улыбкой на улыбку.

– И Император Фетиса дал мне такое письмо! – победоносно заявил Фаргал.

– Почему? – нахмурив брови спросил Император.

– Потому что мои воины высадились на берег и захватили сторожевые башни, а мои корабли вошли в Лосанскую гавань и захватили все стоявшие на рейде суда! Клянусь славой Ашшура, это было проще, чем форсировать Агру. Я с трудом удержался от того, чтобы приказать моим молодцам взять Лосан!

Эгерини, захваченный воспоминаниями, не замечал настроения Императора.

– Почему же ты не дал им такого приказания?

– Нас было слишком мало,– честно сказал Фаргал.– Мы проиграли бы. А так я получил от Императора Фетиса нужное мне письмо и заверения в том, что его солдаты больше никогда не ступят на землю Карнагрии.

«Все в точности так, как мне говорили»,– подумал Йорганкеш.

«Мои солдаты, мои корабли…» И Император Фетиса заверяет его в дружбе, словно этот эгерини уже сидит на Кедровом Троне.

– Больше ты ничего не хочешь сказать? – тоном, не сулящим ничего доброго, поинтересовался Йорганкеш.

Фаргал наконец заметил состояние Императора и очень удивился:

– Тебя интересуют подробности моей победы, государь?

– Нет! – резко бросил Император.– Меня интересуют подробности твоего предательства!

– О чем ты, государь?

Если он еще не злоумышляет против тебя, то непременно будет злоумышлять. Так говорили Йорганкешу. И это правда. «Моя победа»!

– Стража! – Голос Йорганкеша сорвался на визг.– Взять его!

– Государь!

Фаргал был настолько удивлен, что даже не пытался сопротивляться.

– Что случилось, государь?

Алые царской стражи схватили его за руки, отобрали меч. С лязгом замкнулись тяжелые кандалы. Эгерини понял – их приготовили заранее. Но он по-прежнему ничего не понимал.

Фаргал перевел взгляд с побелевшего от ярости лица Йорганкеша на бесстрастное лицо Саконнина. Тот едва заметно пожал плечами.

Алые потащили Фаргала к выходу, но эгерини вдруг резко развернулся и шагнул к трону. Четверо стражников повисли на цепях, но им было не осилить одного эгерини.

– Государь,– сказал Фаргал, стараясь, чтобы голос его был спокоен,– я надеюсь на твою справедливость.

Повернулся и сам двинулся к выходу.

Йорганкешу потребовалось некоторое усилие, чтобы не приказать воинам немедленно освободить этого удивительного человека. Но он подавил первый импульс, а дальше – уже проще. Если ты хочешь сохранить Кедровый Трон за собой, никто не должен подниматься настолько высоко, чтобы сравняться с этим древним символом императоров Карнагрии.

– Его будут судить,– сердито сказал Йорганкеш.– И его осудят!

Саконнин промолчал.

* * *

Оборотень встрепенулся. Зов повелителя был еле слышен в этих стенах, но слуга Аша уловил бы его даже на вершине одной из гор Яго.

«Тот, кого ты знаешь, готов. Возьми его».

Оборотень расслабился, превратившись в бесформенный ком. Его сознание растеклось по залам и коридорам Дивного города, вошло в каждый угол и в каждую каморку…

«Я нашел его,– послал он весть через тысячи миль.– Я иду».

«Не спеши,– остановил его великий маг.– Ты возьмешь его следующей ночью, ровно за час до рассвета, когда взойдет звезда Ирзаи-Всадницы».

«Да»,– послал оборотень ответ, и повелитель покинул его.☻

* * *

Ашшикун сидел в трапезной постоялого двора у Рыбных ворот и болтал со своим приятелем, местным головорезом, когда его мозг пронзила острая боль.

Колдун рухнул лицом на стол и глухо застонал.

– Ты что? – удивился его собеседник.

– Да… старая рана. Извини, брат.

Боль отпустила Ашшикуна. Это был зов, на который следовало немедленно откликнуться.

– Извини, брат,– повторил колдун, поднимаясь.– Пойду к себе, что-то я захворал.

Поднявшись наверх, Ашшикун вынул из тайника берилл (узнай здешние ребята об этом камне – и Ашшикун гроша не дал бы за его сохранность), сжал в ладонях.

– Карасш аксшарот, Аш-ма-харсашт!

Господин откликнулся немедленно.

«Он должен объявить себя Императором между седьмым и девятым днем месяца Обновления»,— пришла мысль повелителя.

«Сегодня уже третий»,– подумал Ашшикун.

«Он придет к тебе завтра,— последовал ответ.– Ты готов?»

«Да, великий».

«Не ошибись».

Кристалл потеплел. Сила мага оставила его.

Ашшикун в изнеможении повалился на постель. Конечно, он сделает все, как надо. Цена ошибки ему известна.

* * *

– Гронир! – раздалось за дверью.– Ты тут?