Хранительница его сокровищ - Салма Кальк

Дальше отправились по очередному каменному коридору. Освещение было-было, а потом закончилось. И ненадолго началось снова. В коридоре было влажно, в некоторых местах по стенам сочилась вода. На полу то тут, то там стояли лужи. В тишине было слышно, как где-то что-то капает.

Потом впереди показалась развилка. Их коридор под прямым углом пересекался с другим, абсолютно тёмным. Здесь тоже была лестница наверх.

— Дальше мы идём втроём, — сказал Фалько.

Мальчишки с надеждой вытянулись и увяли, услышав, что они-то как раз остаются сторожить. Точнее, не пропускать ни одной живой души туда, куда отправятся Фалько, Астальдо и Лизавета. Выждать три часа, а потом, если они не вернутся — сначала вызывать подмогу из Ордена, и уже с подмогой идти внутрь. У Серафино, оказывается, был некий хронометр, по которому можно было следить за временем. Фалько подмигнул всем, а потом нашёл в своей сумке некий мешочек и отдал его Антонио со словами — если станет совсем плохо, тогда открывать и действовать по обстановке.

Они даже постарались показать, что ни капли не расстроились, и что живым никто не пройдёт. И тёмных тварей тоже не пустят.

А Фалько запустил впереди себя магический шар и шагнул в темноту.

Пол коридора изменился — если раньше это был отшлифованный камень, то теперь — неровный, местами скользкий, обросший мхом, илом и ещё Тьма знает чем. Вот ты уже и местная, Лизавета, думала она, даже ругаешься Тьмой и иногда — тёмными тварями.

Естественно, она поскользнулась и долбанулась коленом об камень. Об острый каменный край. Хорошо, штаны не порвала, но смотреть, что там, никто сейчас не будет. А больно…

Фалько услышал звук падения, но был не рядом, и поймать не успел. Подошёл. Поднял её на ноги. Наклонился, присел на корточки, приложил ладонь к её колену. Боль прошла без следа, осталось только грязь вперемешку с кровью.

— Осторожнее, госпожа моя. Нам этими ногами потом ещё обратно возвращаться, — глянул ласково, вытер грязное пятно на щеке.

— Спасибо, — Лизавета постаралась улыбнуться.

Сил не было, было напряжение. Оно висело в воздухе, с ним не получалось бороться. Разговаривать не хотелось, зато хотелось присесть где-нибудь на камень побольше и закрыть глаза. Ну да, спали мало, но это же не повод… Видимо, Фалько что-то почувствовал, и просто взял её за руку. Как уже сто раз до этого в путешествии. И повёл вперёд.

Потом пол начал понижаться. То есть опускаться, мать его, куда-то ещё ниже, чем они уже находились. И воды на том полу стало больше. И ещё вокруг стало темнее. Тогда молчащий Лис догадался сотворить ещё один магический шар, слепяще-белый. Стало проще.

Коридор немного расширился, лужа на полу стала глубже. Лизавета ступала очень медленно, боясь снова завалиться, даже держась за руку Фалько, и смотрела только под ноги. Она не сразу заметила, что он остановился и смотрит куда-то вперёд.

— Что там?

— Ничего страшного, — он сжал её локоть свободной рукой. — Пока. Небольшое озерцо, а на его другом берегу… что-то. Отсюда не видно.

— Тебе тоже не видно? — Лис подал голос впервые с тех пор, как они спустились в подземелье.

— Нет. Надо идти туда.

— Угу, — согласилась Лизавета.

Она уже собиралась ступить в воду, но Фалько невозмутимо подхватил её на руки и потащил вперёд. Оставалось только обхватить его за шею. Судя по звукам, Лис брёл по воде где-то следом.

Каблуки и носы сапог Фалько были окованы металлом, и звякнули по сухому нормальному камню, а не по подземному озеру. Фалько осторожно поставил Лизавету на пол и коснулся губами кончика носа. Сказал тихо:

— Посмотри, что тут есть.

Она открыла глаза и увидела, что они стоят на небольшой сухой площадке перед… чем? Прохода дальше определённо не было. Но на камне были какие-то узоры, причём не процарапаны, а очень изящно вырезаны.

— Мы типа пришли? — изумилась Лизавета. — И куда же дальше?

— Вероятно, предполагается, что те, кому хватило ума сюда дойти, знают, как пройти дальше, — пожал плечами Фалько. — Признавайся, друг дорогой, что ты об этом знаешь? — повернулся он к Астальдо.

Тот привалился к стене и стоял, тяжело дыша.

— Ничего, — покачал он головой. — Увы, ни в одной из прочитанных мною книг этот момент не был описан. Или сюда никто не добирался, или они не вернулись, или они видели здесь такое, о чём никому не рассказывают. Или никого здесь не было уже прорву лет.

— Делать-то что будем? Я же правильно понимаю, что вариант «пойти отсюда нахрен» не рассматривается? А жаль, — Лизавета подошла к непонятной стене и села на приступочку возле неё.

Линии в камне так и тянули потрогать их руками. Поковырять. Лизавета поскребла ногтем, на пол что-то посыпалось.

— Может быть, вы что-нибудь увидите? — в голосе Лиса она услышала просьбу и надежду.

— Пока не вижу ничего, — попыталась встать, не смогла, и оперлась на эту странную стену правой ладонью.

Линии засветились поганским бледно-зелёным светом, сложились в хитрый узор, вспыхнули и образовали сначала цветочки какие-то, потом сеточку, а потом расплылись, и на стене появилось пятно. По консистенции оно было больше всего похоже на порталы господина Раньеро. А по размеру — как раз человеку пролезть. Или двум. Или трём…

Лизавета тронула пятно пальцем — никаких ощущений. Сунула в него руку — та прошла — и тут же отдёрнула.

Ей было всё равно, а тут снова стало страшно. Она не могла даже и вообразить, что там, за этим дрянным пятном, портал оно или нет. И ей до ужаса не хотелось туда идти.

— Лиза, ты чудо. Сама по себе чудо. Ты интуитивно делаешь то, что нужно, — Фалько был рядом и держал её за левую руку.

— Что ж вы стоите-то? Идите! Или пойдёмте туда все, — Лис смотрел на портал со странной смесью страха и надежды.

— Не пойду. Не хочу и не пойду, — заявила Лизавета, ужасаясь собственной смелости.

Фалько рассмеялся. Негромко и весело.

— Принимается. Если вы не идёте, госпожа моя, то и я тоже. Он, — кивок на Лиса, — сейчас подумает и образумится.

— Но госпожа Элизабетта, что случилось? Мы в одном шаге от великого открытия, — Лис не желал образумиться.

— Или от немедленной смерти, — хмыкнула Лизавета. — Помните, наверное, в самом начале, когда я была ещё пришибленная и ничего не соображала ни про ваш мир, ни про вас, и вы мне зубы заговаривали про то, что нужна моя помощь? И я вам сказала — найду, но вы вернёте меня домой?

— Помню, — кивнул Лис. — И… что изменилось?

— А то, что вашу установку расхерачил ваш друг Магнус Амброджо, и как вы теперь это сделаете? Никак, верно? Но вас это нисколько не огорчает, так? Зато огорчает меня. И я не хочу туда идти.

— И… что же делать? — впервые за всю историю их знакомства Лис говорил так неуверенно, но при этом цепко держался за неё взглядом.