Марица. Исток - Александра Европейцева

— Конечно, мама, — так же спокойно ответила я. — Выбирай. Король, Истер и даже Демитр перевели на меня удивлённые взгляды. Обычно любое упоминание о платьях и украшениях вызывало у меня если не отторжение, то тяжёлый вздох. А тут такое покорное согласие на то, чтобы королева сама выбрала фасон.

— И украшения я сама выберу для тебя, дочка, и для Джелары, — продолжала мама, всё более воодушевляясь моей неожиданной покладистостью. — Чтобы всё было идеально сочетаемо. — Хорошо, — снова мягко согласилась я. — Выбирайте. Воцарилась короткая пауза. Королева Верания пристально посмотрела на меня, затем на Демитра, её брови поползли вверх.

— Демитр, — наконец не выдержала она. — Что с ней? Она со мной во всём соглашается. С ней всё в порядке?

Демитр, до этого молча наблюдавший за происходящим с лёгкой ухмылкой, вздохнул и отставил бокал.

— Всё в порядке, Ваше Величество, — ответил он. — Она под успокаивающим. Действие зелья. Сервина сказала, что так будет лучше... для всех.

Ледарс фыркнул, и в его глазах мелькнуло понимание. Истер сдержанно кашлянул в кулак, пряча улыбку. А королева Верания на мгновение застыла, осознав, что её редкая возможность поруководить выбором гардероба дочери без возражений имеет столь прозаическую причину. — Ах, вот оно что, — протянула она. — Ну что ж... В таком случае, завтрашний день обещает быть весьма продуктивным.

А я, умиротворённая и отстранённая, лишь благосклонно улыбалась, готовая надеть любое платье и любые драгоценности, какие они ни предложат. Мир был мягким, тихим, и мне было совершенно всё равно.

Но спустя два дня эту идиллию, как и наши свадебные планы, пришлось экстренно корректировать. Придворный лекарь, навестивший Джелару, объявил, что невеста кронпринца беременна. Лицо отца расплывалось в блаженной улыбке, обнимая Истера и поздравляя его с наследником. А я негодовала: им значит можно наследника вне брака делать, а нам с Демитром нет?! Несправедливо. — Милая, между сыном и дочерью есть разница. Понимаешь? — успокаивал меня Демитр. — Не понимаю! — снова ревела я на его плече. Я вообще в последнее время много ревела. Моя обида была тихой. Я отказывалась надевать очередное присланное матерью платье, отвечала отцу односложно и с укором смотрела на него за обедом, пока он не начал заметно нервничать. Ледарс, привыкший к моим вспышкам гнева, но не к этому ледяному молчанию, в конце концов сдался.

Он застал меня в библиотеке, где я с преувеличенным интересом разглядывала карту звездного неба. — Ну, хватит дуться, Марица, — вздохнул он, опускаясь в кресло, напротив. — Назови свою цену. Что я могу сделать, чтобы ты перестала смотреть на меня, как на предателя, продавшего родную дочь за полцарства?

Я медленно перевела на него взгляд.

— Я хочу отпраздновать помолвку не во дворце. Не с этими церемониями. Я хочу в «Лисью Нору». С друзьями и с вами!

Ледарс заморгал, переваривая услышанное. Идея была настолько чудовищной и абсурдной с точки зрения протокола, что у отца на мгновение отвисла челюсть. — В таверне? — произнес он с легким оттенком паники. — Это теперь невозможно! Ты отныне дочь короля.

— Ну что ж! Нет, так нет. А теперь извините, Ваше Величество, но мне нужно закончить исследование.

Я знала, что он на это не пойдет, что это против правил, протоколов и безопасности. Потому и предложила, чтобы у меня остался повод дуться. Еще немного. Но отец посмотрел на мое упрямое, всё ещё обиженное лицо, вспомнил, вероятно, все свои родительские промахи, и сдался с тяжелейшим вздохом, словно соглашался не на пирушку, а на капитуляцию. — Хорошо, — простонал он. — Но только если Крейд Фраст будет рядом. И его люди. И чтобы ни слова при дворе!

Когда главный телохранитель, лорд Крейд Фраст, узнал о предстоящем мероприятии, у него задергался глаз — редкое, но верное свидетельство приближающегося апоплексического удара. Он, человек, отвечавший за безопасность короны в радиусе пятисот миль, должен был охранять монархов в заведении, где пивные кружки летали чаще, чем придворные комплименты. Он хотел высказать мне всё, что думает о моей «гениальной» идее, но сжал губы в тонкую белую ниточку. Теперь я была не просто старшим служащим дворца, с которым можно было поговорить начистоту. Я была принцессой крови.

Вечер в «Лисьей норе» начался с натянутой, гробовой тишины. Поначалу. Король и королева, переодетые в простые наряды, сидели за большим заляпанным столом как на иголках. Истер и Джелара, прижавшись друг к другу, старались не смотреть по сторонам. Лорд Фраст стоял у входа, излучая такое количество холода, что пиво в ближайших кружках, казалось, вот-вот покроется инеем.

Но дух «Норы» и магия третьей кружки сделали своё дело. Серан, красный от смущения и выпитого, вдруг громко вспомнил, как в молодости проиграл на спор своего лучшего скакуна. Король сначала оторопел, а затем рассмеялся — громко, по-настоящему. Это стало сигналом. Верания, отбросив церемонии, включилась в разговор с Сервиной о целебных травах. Истер с Демитром и маршалом Янгом ожесточенно спорили о новой системе укреплений, чертя схемы прямо на деревянной столешнице пролитым элем.

Чефарт, восседая в углу с видом повелителя, снизошедшего до вульгарного веселья, отпускал свои язвительные комментарии. Лорд Каэл, улыбаясь своей загадочной