Врата трех миров - Ян Ирвин

— Карана! — снова обратилась к ней Магрета. — Феламора вот-вот разрушит мир.

Карана переводила взгляд с Лиана на Малиену, затем на Магрету и на Рулька. Как же ей быть?

— Она лжет! — подала голос из-под лестницы Феламора. — Магрета заодно с Рульком.

«Уж если я кому не доверяю, так это тебе, — подумала Карана. — Даже Рульк лучше».

Она протянула руки, понимая, что ей никогда не простят это предательство. Магрета помогла девушке взобраться на машину и плача обняла ее.

— На это нет времени! — закричал Рульк. — Карана, покажи нам путь на Аркан, пока еще не поздно.

Феламора начала ползком выбираться из-под лестницы.

— А почему не Магрета? — спросила Карана.

— У меня нет силы.

Карана вспомнила кошмарный финал своей предыдущей попытки отыскать Путь.

— Я не могу! — воспротивилась она.

— А что они сделают с Готримом, когда попадут в него? — сказал Рульк, указывая на чудовищ за стеной. — И не сомневайся — Феламора их впустит. Если ты действительно не можешь, всем нам конец. Но если ты в состоянии попытаться, я умоляю тебя! Я тебе помогу.

— Ты так говорил и прежде, — напомнила Карана. Взгляд ее устремился к Лиану, который смотрел на нее во все глаза.

— Я попытаюсь, — тихо сказала она, — но у меня выдался… трудный денек. Я немного устала.

Схватив девушку за руки, Рульк запечатлел у нее на губах жаркий поцелуй, от которого они запылали.

— Я тоже, — сказал он с яростной усмешкой, — но мы сделаем это, черт побери! Ты готова?

В горле у Караны пересохло. Она взяла фляжку и глотнула сладкой крепкой жидкости.

— Я готова! — сказала она, хотя сил у нее совсем не осталось.

Карана установила мысленную связь с Магретой и Рульком, и контакт с Магретой придал ей уверенность. Она чувствовала себя защищенной. О ней заботились. Ничто не причинит ей вреда на этот раз.

Рульк выкрикнул через брешь в Непреодолимой Преграде послание на Аркан, к каронам. Его страстная тоска эхом отозвалась в бездне, перескакивая вместе с Караной с одного Пути на другой. Магрета охраняла их на Сантенаре. При поддержке Магреты, обладавшей уникальными талантами троекровницы, которые десятилетиями развивала Феламора, и также стремившейся встретиться со своими предками-каронами, они нашли Путь довольно быстро.

— Кто там? — Голос прозвучал в их сознании так ясно, словно женщина, задавшая этот вопрос, находилась рядом с ними. Голос у нее был грудной, с хрипотцой, как будто говорившая с ними женщина прожила всю жизнь в прокуренных комнатах. — Рульк, неужели это ты?

— Ялкара! — прошептала Магрета через линию связи. Она узнала этот голос.

— Ялкара! — воскликнул Рульк, охрипнув. — Я тебя не вижу. Покажись. Я в отчаянии!

Он выдул небольшой пузырь из Стены Непреодолимой Преграды, и тот поплыл по воздуху впереди них, как блестящий металлический мяч, и казалось, что в нем отражается вся Вселенная, изгибаясь во всех направлениях. Вдруг отражения затуманились, потом прояснились, и появилось лицо, которое Магрета знала почти так же хорошо, как собственное. Это была Ялкара, но выглядела она намного старше, чем в Зеркале. Длинные некогда черные волосы теперь были серебряными. Губы Ялкары шевелились, но ее голос не был слышен, он звучал в сознании ее собеседников.

— Ялкара! — крикнул Рульк. — Созови Сотню. Наше время пришло, но впереди зияет пропасть.

— Кто это с тобой? — прошептала Ялкара. — Неужели это она?

— Я Магрета. Дочь Элиоры. Феламора выдала ее замуж за феллема, чтобы создать троекровницу — меня! Элиора мертва. Рульк и я поклялись друг другу в любви навеки.

— Магрета — Элиора! — воскликнула Ялкара. Она была потрясена.

— А это мой друг Карана, она тоже троекровница, — указала Магрета на Карану.

— Как похожа на Элиору! — сказала Ялкара.

— Быстрее! — вмешался Рульк. — Непреодолимая Преграда разрушается, она скоро рухнет. Феламора сделала наноллет, а у Мендарка новая флейта из твоего золота.

— Но я же его предостерегала…

— Кривое Зеркало! — резко произнес Рульк. — Слишком долго объяснять. К тому же у меня есть устройство, которое превосходит их все! — Его голос зазвенел от гордости. — Наконец-то я могу доставить вас сюда и обеспечить выживание нашей расы. Но я опасаюсь открыть Путь отсюда, когда тут неистовствует Феламора. Ты можешь открыть его с Аркана и доставить вас в мои врата?

— Ты появился в самый критический момент, — ответила Ялкара. — Мы отчаялись и были близки к тому, чтобы покончить с собой… Будет нелегко, но думаю, что смогу открыть этот Путь.

Они вместе сделали двое врат на Аркане и Сантенаре, но свои Рульк держал крепко закрытыми.

— Я поищу Путь на Сантенар с нашей стороны. Рульк, врата очень неустойчивые. Ты не мог бы удерживать Непреодолимую Преграду получше?

— Хорошо еще, что я вообще ее удерживаю, — проворчал он. — Наноллет Феламоры сделан из Золотой флейты.

— Она сумасшедшая!

— Или отчаявшаяся! Скорее! Путешествие будет тяжелым. Пошли в первую очередь самых важных для нашего народа.

— Только десять из нас еще способны к деторождению. Четверо мужчин и шесть женщин. Хорошенько охраняй их. Без них наша раса угаснет.

Рульк передумал.

— Нет! Пришли самых сильных. Защищай тех, кто способен к деторождению, до последнего. — При этих словах зеркальный шар затуманился, и Ялкара исчезла.

С помощью своей машины Рульк образовал в Стене Непреодолимой Преграды комнату, подальше от места, где Стена была истончена до предела. Комната имела форму серебряного яйца, с круглой дверью.

— Я нашла Путь к Сантенару, — сказала Ялкара. Что-то со звоном ударилось о комнату, как молот о наковальню.

— Я едва удерживаю Преграду. — Пот лил с чела Рулька. — Я потерял их! Нет, все в порядке, все в порядке!

Он открыл дверь в созданную им только что комнату, и в ней появилась женщина. Она была нагая — как и все, кто проходил между мирами, — вялая и беззащитная. Комнату заволокло туманом, когда кто-то попытался открыть дверь, которая снова закрылась.

Рульк лихорадочно возился со своими приборами.

— Бегите, вытащите их, пока я удерживаю Преграду! — сказал он Магрете и Каране. — О, как тяжело!

Девушки вытащили женщину, а за ней — еще семь каронов. Протащить через маленькую дверь крупных каронов было нелегко. У Магреты пошла кровь из плеча: рана от стрелы снова открылась.

Все кароны были ошеломлены и беспомощны, как дети. Путешествие их вымотало. Но Рульк ликовал, и на лицах каронов, отражавшихся в шаре, тоже был написан восторг.

— Становится все труднее удерживать! — крикнул Рульк Ялкаре. — Лучше поскорей прибывайте сюда, если вы вообще собираетесь это делать. Магрета, подержи рычаги. — Девушка снова забралась наверх, а Рульк спрыгнул с машины и вытащил двух последних каронов так нежно, словно это были его собственные дети.