Битва с Непознаваемой - Константин Мзареулов

Хифе отдало приказ на шелестящем языке ломов, и миниатюрная коробочка кибертолмача, прикрепленная присоской к уху Андрея, послушно перевела короткую фразу. Никаких сомнений — милое дружелюбное ломо велело арестовать двух людей.

Долговязый широкоплечий лом в полувоенной униформе с офицерскими нашивками — что-то вроде земного полковника — козырнул, развернув левую ладонь параллельно треугольному крысиному уху. По его команде два других лома обследовали людей сканерами, отобрали видеофоны, планшеты, бумажники, фотокарандаши, ключи и прочие мелочи, которые нашлись в карманах.

— Оружия нет, — доложил «полковник».

— Проверьте, — потребовало Мренеби. — Мелкий служит в контрразведке. В его карандаш может быть вмонтирован бластер.

Ломские спецназовцы вновь обследовали человеческое имущество, и эксперт заверил, что карандаш — самый обыкновенный, дешевый ширпотреб. Андрей вдруг понял, что «мелким» среднеполое существо назвало именно его, поскольку он заметно уступал габаритами Всеволоду. Шок проходил, и парень с Калиюги сумел наконец выдавить:

— Это какая-то ошибка… Это возмутительно! Почему вы нас задержали? Почему вы считаете меня сотрудником спецслужб?

— Поговорим чуть позже, — уморительно гримасничая, произнесло Мренеби. — Офицер, что происходит на борту?

Старший по званию здоровяк отрапортовал:

— Высадка с фрегата произошла без осложнений. На корабле уже находились девять тарогов и шерлонов, они сопротивления не оказывали. Говорят, что прилетели незадолго перед нами, осматривали старую рухлядь. Мародеры, инспектор. Так называемые «грязные археологи». Какой-то корабль кьельской приписки крутился в системе, но когда к ним направился фрегат прикрытия, тароги сбежали в гипер.

Посмотрев на Андрея, Мренеби проговорило:

— Вероятно, ваш приятель Ксодраан успел первым. Тем хуже для него.

Растерянно дрожащие губы Чаклыбина промямлили невнятную фразу про недоразумение, нервы Андрея совсем расшалились, и он, запинаясь на каждом слове, выкрикивал: дескать, должен послезавтра быть на съемочной площадке и поэтому не может участвовать в этом отвратительном балагане. Мренеби легонько приподняло губу, показывая клыки. Спецназовцы, правильно поняв начальство, врезали прикладами по ребрам. Люди, поохав, успокоились.

— Давайте, проясним ситуацию, — специальный инспектор повысило голос. — Вы оба принесли нашей расе много неприятностей, вы знаете слишком много, чтобы вернуться на свои миры. К тому же Машукевич разоблачен как агент глобальной безопасности. Вас выдал торговец Эльцвейг, за которым вы шпионили в дни войны с Шоббихелем. Вдобавок вы слишком близко подобрались к моему агенту Гагиеву, ловко втерлись к нему в доверие. Не надо возражений — уважайте свой профессионализм.

— Профессионализм? — переспросил Всеволод.

— Разумеется, он профи, — подтвердило Хифе Мренеби. — Прекрасно держится, правдоподобно разыграл возмущение, не имеет при себе оружия — чувствуется школа земного шпионажа… Может, не будем ломать комедию и вы скажете, кто вами руководит?

Андрей вдруг сообразил, что не имеет права доказывать свою непричастность к ведомству безопасности. Если он отведет от себя подозрение, то тем самым расшифрует Тариэля. Наверняка разоблачение подполковника нанесет ущерб играм земной разведки. Пусть уж лучше считают шпионом аспиранта-историка. Но если вернемся, то ходить Велимиру с битой мордой…