Трикс. Недотепа. Непоседа - Сергей Лукьяненко

Дракон помолчал и сухо произнес:

– Три-два. Ты угадал.

– Что стало с тем волшебником? – поинтересовался Трикс.

– Что-что… Просидел еще сорок лет в тюрьме и помер от старости… – ворчливо ответил дракон. – Давай свою третью загадку!

Трикс подумал. И сказал:

– Что находится в тайном ящике?

– Каком тайном ящике? – заволновался дракон.

– В моей комнате есть стол. В столе тайный ящик. Что в нем?

– Если там ничего нет, то загадка некорректна! – сказал дракон.

– Ну… нет, там кое-что есть, – промямлил Трикс. – Там есть, да. Там есть то, что необходимо тебе и мне. То, без чего мы умрем. То, что поддерживает жизнь в мире…

Дракон задумался.

– Минута, – злорадно сказал Трикс.

– Великое заклинание поддержания жизни в мире? – спросил дракон.

– Нет! – завопил Трикс. – Там воздух! Воздух в ящике! Понял, дурак чешуйчатый? Там воздух!

– Воздух – это все равно что ничего! – попробовал было спорить дракон.

– А вот нет! Без воздуха ты не мог бы летать, дышать и изрыгать пламя! Какое же это ничего? Это очень даже чего! Три-два в мою пользу! Ты проиграл! Называй свое тайное истинное имя!

– Мое тайное имя… – Дракон сглотнул. – Мое тайное имя Элин Абулла Мумрик.

Наступила тишина.

– Элин Абулла… Мумрик? – уточнил Трикс.

– Ты можешь звать меня просто Элин, – сказал дракон. – Или просто Абулла.

– Заклинаю тебя твоим тайным именем Элин Абулла Мумрик не причинять мне никакого вреда явного и неявного, открытого и тайного, умышленного и случайного! – торжественно сказал Трикс. – А я пообещаю звать тебя просто Элин.

– Спасибо, – мрачно сказал дракон. – Спасибо и на том.

– Ты из Самаршана? – спросил Трикс, почувствовав, что опасность отступила и можно расслабиться.

– Ага. – Дракон вдруг сунул голову под крыло и поджал хвост. – Из самого сердца знойной пустыни…

– Ты чего? – удивился Трикс.

– Не мешай. Я летел три дня и три ночи. Я претерпел множество опасностей. И все впустую! Мне необходимо успокоиться… я принял позу детеныша в яйце.

Триксу стало даже как-то неловко. Он закидал снегом догорающие остатки елочки, постоял у стены, глядя на яркие огоньки Босгарда, где люди готовились праздновать Старый Новый год, а каменотес – еще и рождение шестой подряд дочери. Потом вернулся к дракону.

– Я в яйце… – бормотал дракон. – Меня ничто не беспокоит. Все хорошо. Вокруг прочная твердая скорлупа. Все хорошо. Мне тепло и спокойно. Меня ничто не беспокоит…

– Элин? – позвал Трикс.

Из-под крыла высунулся край морды и приоткрылся один глаз.

– Хочешь есть?

Элин высунул всю голову:

– А что у тебя? Юная принцесса?

– Ты ешь принцесс? – поразился Трикс.

– Нет, но люди вечно норовят предложить дракону принцессу, – горько сказал Элин. – Они что, думают, поедать сырое разумное существо интереснее, чем хорошо прожаренный, пусть даже чуть подгоревший свиной окорок?

Трикс принюхался.

– Ой! – воскликнул он. – Будь здесь, никуда не уходи, я сейчас!

Через полчаса они сидели на крыше (дракон даже слез с насеста и вытянулся прямо на огороде Щавеля) и ели свинину с картошкой. Дракон запивал еду пивом из бочонка, который с трудом притащил наверх Трикс. Трикс по здравом размышлении, пил дорогой и редкий горный кофе.

– Я невезучий, – сказал Элин, деликатно откусывая килограммовый кусок окорока. – У меня вся надежда была на Щавеля… говорят, он хоть и очень суров, но удивительно могуч.

– Угу, – неопределенно пробормотал Трикс.

– А у Щавеля перед моим родом – долг чести. Я решил попросить его о помощи… Что ты-то здесь делаешь, юный волшебник? Неужели ты победил Щавеля в поединке? Или он уехал, оставив тебе свою башню?

– Я ео уеик, – сказал Трикс с набитым ртом.

– Что?

– Я его ученик! А он в отъезде…

Элин мгновенно поднялся. Вскинул голову и выпустил в небо струю пламени.

– Ты чего? – воскликнул Трикс (он уже понял, что за этот вечер навосклицается больше, чем за весь прошлый месяц).

– О удача! О счастье! – произнес дракон. – Ведь если ты ученик Щавеля, а его нет на месте – то долг чести переходит на тебя!

– Точно? – не поверил Трикс.

– Мамой клянусь! – воскликнул дракон, прижимая к груди когтистую лапу. – Таков закон. А закон чести – он даже важнее, чем мое тайное имя!

– И что теперь? – насторожился Трикс.

– Теперь ты отправишься со мной в Самаршан, – торжественно сказал Элин. – И поможешь спасти мир!

Трикс вздохнул и обреченно сказал:

– Я как-то даже и не сомневался, что до этого все-таки дойдет…

Хлопотны, но и радостны сборы в дорогу, когда ты собираешься на отдых. Служанки суетливо штопают белье и рубашки, кучер смазывает каретные оси, дети тащат в чемоданы все свои игрушки, жена – баночки с притираниями и ароматические соли от простуды.

Просты, но тягостны сборы в изгнание. Узелок с черствой горбушкой, смена исподнего, королевский указ с повелением пропустить тебя до границы и вытолкать взашей… ну и последний штрих – проглотить семейные бриллианты и надеяться, что по пути к границе будет не слишком сильно трясти.

Но сборы на поиски приключений – это совсем особое занятие. Что взять с собой юному магу? Заклинательную книгу и посох. Остатки подгорелой свинины и горсть черных сухарей. Флягу с водой, ножик и коробок спичек. Чистую рубашку и вторые штаны (особо опытные приключенцы уверяют, что можно даже пожертвовать чистой рубашкой, но сменных штанов взять две пары – если они, конечно, есть).

Вот и все, пожалуй.

Осталось лишь написать записку Щавелю.

Трикс помусолил во рту карандаш. Отложил его, взял перо и аккуратно очинил. Снова взял карандаш, снова очинил перо.

И, наконец, решился.

Дорогой и глубокоуважаемый учитель, магистр Радион Щавель!

Когда Вы прочтете эти строки, я буду уже далеко. Сейчас, за час до новогодия, я отправляюсь в путь в Самаршан. Знакомый Вам дракон, чье имя я зашифрую как Э.А.М., явился в вашу башню, чтобы потребовать возвращения долга чести. Поскольку Вас не было на месте, то долг этот перешел на меня. Я не знаю, что именно дракон от меня хочет, но надеюсь, что это не послужит в урон ни чести волшебника, ни интересам нашего возлюбленного королевства. Клянусь, что буду с честью нести имя Вашего ученика и колдовать вдумчиво, с осознанием той ответственности, которая лежит на каждом настоящем волшебнике.