Демон пробуждается - Роберт Энтони Сальваторе

— Они не сожгли деревню, — заметил Элбрайн, вместе с Пони, кентавром и Эвелином глядя на Дундалис.

— Интересно почему? — спросил Смотритель. — Ведь когда они вошли туда, деревня уже опустела.

Так оно и было. Свидетельства уцелевших жителей Сорного Луга и На-Краю-Земли помогли быстро уговорить жителей Дундалиса покинуть деревню. Все они ушли в лагерь, организованный Элбрайном и его друзьями глубоко в лесу, вдалеке от дорог.

— И другие деревни они тоже не стали жечь, — заметила Пони.

— Наверно, хотят использовать их как базовые склады, — высказал мрачное предположение кентавр.

— А это означает, что они собираются и дальше на юг, — голос Эвелина дрогнул. — Интересно как далеко?

— Еще несколько деревень к югу отсюда, — сказал кентавр, — и путь к большой реке открыт.

— Палмарис… — растерянно пробормотал Эвелин.

Повисло тяжелое, мрачное молчание.

— Не в наших силах остановить такую армию, — сказал в конце концов Элбрайн. — Но есть то, что мы можем и обязаны сделать: любыми способами вредить этим тварям, послать сообщение в остальные деревни и Палмарис и позаботиться о тех, кто прибегнул к нашей защите.

— Всего с нами человек сто шестьдесят, — заметил кентавр, — но это еще не точно. Хуже всего то, что не больше трети из них способны вступить в схватку хотя бы с одним-единственным гоблином.

— Ну, что есть, то есть, — ответил Элбрайн. — Тех, кто не может сражаться, нужно отвести в безопасное место, а остальным помочь встать в строй.

— Непростая задача, Защитник, — заметил Смотритель. — Ну, как бы то ни было, я с тобой. Но не потому, что у поври вкусное мясо. Жесткий оказался, мерзавец.

— Хо, хо, знай наших! — провозгласил Эвелин.

Они принялись за дело немедленно и разбили беженцев на две группы. Тех, кто не мог сражаться, предполагалось отвести в безопасные убежища — в пещеры к востоку и югу от Дундалиса, местоположение которых было известно кентавру. В итоге выяснилось, что к Элбрайну могут присоединиться всего лишь чуть больше двадцати человек. Но что это были за люди! Сброд, иначе не скажешь. Лучшими среди них, если не принимать в расчет Пони, Смотрителя и Эвелина, были не слишком-то надежный Паулсон и вечно всем недовольный, по любому поводу затевающий споры Тол Юджаник.

Пони обратила на этот факт внимание Элбрайна в тот же день вечером, когда они сидели у костра.

— Отошли его на юг с беженцами, — она кивнула на Тола, который бродил по лагерю, задирая всех, кто попадался на пути.

— Он сильный и хорошо владеет копьем, — возразил Элбрайн.

— Он все время будет спорить с тобой. Тол жаждет командовать.

Да, с этим было трудно не согласиться. Даже Паулсон, и тот был более дисциплинирован; когда Элбрайн приказал трапперам установить ловушки на склоне холмов около Сорного Луга, они безропотно подчинились.

— Говорю тебе, отошли его! — настойчиво повторила Пони. — Пусть Белстер О’Комели утихомиривает его. А то может дойти до того, что вы с Толом скрестите мечи. Хорошенькое дело! На глазах у всех тебе придется убить одного из своих.

Элбрайн полагал, что она немного драматизирует ситуацию, но в общем и целом оценивает ее правильно; тем более если учесть, какие сложные и трудные их ждут времена.

— Когда ты собираешься послать кого-нибудь на юг? — спросила Пони, в женской мудрости своей понимая, что нужно дать ему время для принятия непростого решения относительно Тола.

— Паулсон, Крис и Бурундук уже сейчас отправились на разведку. Сначала они посмотрят, что творится в Сорном Луге и На-Краю-Земли, а потом свернут на юг и выяснят, не перекрыты ли дороги. Они вернутся через несколько дней, тогда и решим, что делать с беженцами.

— Я не о том. Нужно послать гонца с сообщением о том, что здесь происходит, — сказала Пони.

Элбрайн тяжело вздохнул, понимая, что она права. Он знал, кто лучше всех подойдет для этой роли, кто обладает достаточным тактом и владеет всеми необходимыми навыками, без которых нельзя осуществить столь важную и тонкую миссию. Но язык не поворачивался выразить его мысли словами.

Пони сделала это за него.

— Дар не откажется понести меня? — спросила она, ловя его взгляд.

Элбрайн неотрывно смотрел на женщину, которую любил больше жизни. Они только что встретились после разлуки; как он мог снова отослать прочь часть самого себя? И все же, вопреки собственному желанию, он кивнул. Дар не откажется понести Пони; этот вопрос они с жеребцом уже выяснили.

— Тогда я отправлюсь в путь на рассвете, — твердо сказала Пони. Элбрайн снова вздохнул. Она взяла его лицо в свои ладони, повернула к себе, притянула поближе и нежно поцеловала. — Не волнуйся. Дар будет со мной, и никакие гоблины, поври или великаны не схватят меня.