Дикая и опасная - Кира Стрельникова

— Не будешь дергаться? — вполголоса спросила, вглядываясь в его невозмутимое лицо.

— Буду, — он улыбнулся уголком губ, — но Игорю действительно заниматься надо, в Москву тоже ехать надо и с кражей в Эрмитаже разбираться — тоже. И последние два дела — одновременно. Ты права, мы не можем везде ходить вместе как привязанные.

— Мудрый какой, убиться об стену, — подняла я брови. — Не дрейфь, звонить буду, в авантюры не ввяжусь.

— Надеюсь. — Его усмешка стала шире, он взлохматил мне волосы. — Все, ладно, я пошел собираться.

После его отъезда, чтобы не сидеть без дела, я решила пошукать в Инете про эту лампу Ватара, вдруг чего смогу найти. Я, конечно, не Гарик, но копаться в Сеги тоже умею, учили. Информации оказалось удручающе мало: пропажа является частью составного артефакта, алтаря для вызова некоего Карамана. И все. Кто такой, что делает, что конкретно для вызова нужно — никакой информации. Как я ни пыталась формулировать запрос, все поисковые системы выдавали штук пять сайтов максимум, в которых три-четыре строчки. Может, у Игоря получится найти больше, ну или на Базу опять же запрос отправить про этого Карамана. Сдавшись в неравной борьбе с Сетью, я позвонила Вермишелеву, но вежливая тетенька ответила, что абонент временно не алло. Пожав плечами, решила перезвонить позже: в конце концов, адрес есть, отмычки, если что, тоже. Надеюсь, Алексей не обидится неожиданному проникновению. Соберу пока сумку, вечером наверняка времени не будет, а утром в шесть подъем и на вокзал.

Тим вернулся к обеду, крайне задумчивый. Игорь, услышав, что кто-то пришел, тоже выполз из своей комнаты, встрепанный и с отсутствующим взглядом.

— Так, народ, падайте. — Верден кивнул на диван. — Пообщался я в Эрмитаже, и вот что получается у нас с этой лампой. Штука приехала к ним из Африки, привез некто Варежкин Михаил пару лет назад. Выглядит вот так. — Тим положил на стол фотографию украденного артефакта. Внешне — старинная масляная лампа, фитиль вставлялся в носик, а внутрь обычно наливалось масло. Подставка в виде плоской тарелки, металл похож на медь. Еще какая-то гравировка на боках, но на фотке не очень хорошо понятно, что изображает. — Найдена в захоронении вождя одного из многочисленных африканских племен где-то в Замбезии, что ли. Валялась у них в запасниках, из разряда выкинуть жалко, а занять место под стеклом не тянет. И никто бы и не вспомнил о ней, если бы не инвентаризация. Раз в месяц проверяют, и как раз вчера пропажу обнаружили, ближе к вечеру. Камеры наблюдения ничего не дали.

— То есть никого не засекли, — задумчиво поправила я. — Что-нибудь интересное есть на месте пропажи?

— Не-а, видимо, слишком много времени прошло. — Тим вздохнул. — Я обшарил все помещение, но если что и было, уже выветрилось. Лампу свистнули в течение последнего месяца.

— Пирс, — кратко произнес вдруг Игорь. — Однозначно. По времени кража лампы вписывается в промежуток, когда и кинжал нарисовался, и Яхонтов пропал.

— Согласен, — кивнул Тим. — Но за фигом ему лампа и кинжал?

— Лампа — часть составного арта, — и я пересказала то немногое, что удалось выдоить из Сети. — Как-то так.

— Уже что-то. — Верден воодушевился. — Так, Гарик, заседаешь в Инете, ищешь все что можно про Карамана и его алтарь; возможно, и про сам ритуал вызова что-нибудь найдешь. Параллельно запрошу Базу, вдруг они что подкинут. Спорю на что угодно, кинжал Пирсу нужен именно для ритуала вызова. Но это у Вермишелева уточнишь, Сонь. — Тим повернулся ко мне. — Если завтра будут сведения по остальным частям этого алтаря, попробуем опередить этого хрена с горы и забрать их. Он точно вознамерился Карамана вызвать, и надо понять, чем может грозить его инициатива. — Верден нахмурился.

На всякий случай я решила уточнить, не зря ли в Москву еду: Тима дергать не стала лишний раз с рунами, вдруг что нехорошее увидит, с него станется никуда меня не пустить. В мешочек с картами лезла осторожно, максимально сосредоточившись и избавившись от ненужных мыслей. Потянула за картонку… Ух ты, хороший знак, «Колесо Фортуны». Значит, удачно съезжу. Отлично. Воодушевленная, спрятала карты в сумку, и вдруг в голову пришла неожиданная мысль взять с собой и шар. Признаться, с того момента, на первой практике, я не рисковала им пользоваться, хватало карт, рун и нашей с Тимом соображалки. На практике по ясновидению после контакта с шаром оставались не слишком приятные ощущения слабости и какой-то размазанности, так что не тянуло повторять эксперименты. А сейчас вот руки сами потянулись. Препятствовать не стала, бережно укутав шар одеждой, чтобы не разбился. Интуиции я привыкла доверять, как самой себе, и пока ни разу не пожалела. Еще пару раз позвонила Вермишелеву, но так же безрезультатно. Ладно, приеду, на месте определюсь, что к чему.

К вечернему хлопу Гарику удалось накопать только о частях этого алтаря: собственно сам камень, чаша и лампа Ватара. Про обряд ни слова и про свойства этого бога — тоже. Вот же ж ощущение, что или кто-то грамотно и тщательно затер инфу, или действительно очень мало сведений. Последнее могло означать, что затея Пирса крайне опасна, раз в свободном доступе информации кот наплакал. Значит, есть надежда, что База нас обрадует. Тим отправил распечатки с нашими изысканиями, мы легли пораньше, а утром Верден отвез меня на вокзал, посадил на поезд, и я уехала в Москву.

Столица встретила не по-сентябрьски ярким солнышком и остатками летнего тепла, несмотря на начало осени. В Питере-то уже холодные ветра с Балтики задули, и без куртки и теплого свитера на улицу стремно выходить. Я снова позвонила Вермишелеву — ноль на массу. Ладно. По пути к хате специалиста по ритуалам отзвонилась Тиму — у них хлоп еще не пришел, поезд приехал в половине десятого, — отрапортовала о благополучном прибытии и отсутствии вестей от Алексея. Верден бодрым голосом сообщил, что как только прибудет хлоп, он мне позвонит и сообщит последние новости. На том и договорились.

Вермишелев жил на Октябрьской, через полчаса я была на месте и адрес нашла быстро. Квартира оказалась пуста. Воспользовавшись отмычкой, зашла и осмотрелась: захламленная однушка на пятом этаже, видно, что тут скорее перевалочная база, а не полноценное жилье. Тоже куча всяких безделушек, книги по ритуальной магии и предметам, в них использующимся. Разложенный продавленный диван, скомканное постельное белье в углу, шкаф трехстворчатый с полупустыми полками. На кухне пустовато, засохший и заплесневелый сыр в холодильнике, какие-то остатки замороженного до состояния камня мяса в морозилке и прокисшее молоко в бутылке. В мусоре — скорлупа от яиц, обертки от овощных заморозок и пельменей, пустые коробки от пиццы. На столе в комнате еще след от ноутбука, судя по всему.

Я почесала в затылке, вздохнула и решила покопаться в бумагах, вдруг чего полезного найду — не могла же карта соврать, а «Колесо Фортуны» просто так не выпадает! В процессе раскопок позвонил Тим.

— Как ты там?

— Норм, — прижимая трубку к уху, ответила я, перебирая какие-то распечатки, непонятные заметки и прочее. — Вермишелева нет, хата выглядит почти заброшенной. Чего у вас?