Ловушка - Анастасия Романчик

— Контроль? — спросил Лорд, заинтересованно.

— Контроль над всем, ведь он контролирует не только гнев. Тебе придется сделать то же самое. Готов ли ты сделать этот шаг, чтобы избавиться от пустоты? Получить эту частицу света и забыть о прошлом? Это своего рода жертва, если ты не готов, то лучше даже не пытаться, иначе ты увидишь, как она умрет у тебя на руках. За все есть своя расплата.

Парень внимательно посмотрел в зеленые глаза мальчика, ища в их мудрости ответа. Начальник не лгал. Будет именно так, как он сказал. Тонкая дорогая, и горе тому, кто с нее оступится.

— А как же прощение за ошибки? — попытался найти отступные юноша.

— Можно один раз допустить ошибку и это может стоить жизни. Помни об этом, потому что ты другой, у тебя слишком много было ошибок, дабы допустить еще одну. Ей будет все равно, что ты натворил в прошлом, она примет тебя таким, каким ты есть и попросит небольшую цену за это — преданность. Если ты не заплатишь ей эту цену, расплата будет ужасной. Я не пугаю тебя, я просто предупреждаю, чтобы ты знал и понял. Ты видел одну сторону жизни, и она тебе не понравилась, а на это раз ты можешь увидеть другую. В твоем случае середины нет, Лорд. Либо одно, либо второе. Готов ли ты? Пленится золотом очей прекрасных? — желтоволосый насмешливо улыбнулся.

— Готов, — тихо ответил Лорд, не глядя в пронзительные зеленые глаза желтоволосого. Ему было трудно выдержать его взгляд, он словно смотрелся в зеркало и видел себя не с лучшей стороны.

Больше Лорд ничего не услышал. Начальник исчез, не оставив и следа. Он услышал то, что хотел. Лорд посмотрел в сторону густого леса и со вздохом махнул рукой, а затем скрылся внутри машины, где слышался тихий и мелодичный мат эльфа, пытавшегося заснуть.

Тем временем Лима наткнулась на горячие источники и остановилась. Теплый пар мягко обволакивал и дарил мысли о теплом блаженстве. Олимпиада любила принимать горячие ванны, ей всегда не хватало тепла. Сегодня ей было особенно холодно, зябко. Скорее всего, нервное. Ей было невыносимо больно находиться рядом с отцом ее малыша. Глядя на него, она представляла облик сына. Интересно, с кем он сейчас, хорошо ли о нем заботятся, узнает ли он когда-нибудь кто его мама? Все эти мысли кружились в ее голове, пока женщина стояла возле воды горячего источника.

Крепкая рука коснулась ее плеча. Она не сразу сообразила, кто последовал за ней. Лима повернулась и встретилась с внимательным взглядом серых глаз.

Он был так близко. Олимпиада физически чувствовала его дыхание рядом с собой. Сердце билось в два раз быстрее. Хотелось просто прикоснуться к нему. Что в этом такого? Просто дотронуться до его плеча или руки. Пока она думала над этим, он приблизился ближе и обнял ее за талию. Олимпиада замерла и старалась не дышать. Он так близко.

— Ты не понимаешь, когда ты вспомнишь все… — залепетала она растерянно.

— И что тогда? — спросил он с улыбкой и коснулся носом ее щеки.

Лима испытала почти физическую муку от его прикосновения.

— Прекрати, мы должны возвращаться, — попросила Лима и кулаками уперлась в его плечи.

— Зачем? — губы мягко поцеловали ее в бровь. — Все спят, мы будем им только мешать, — он продолжил целовать Лиму дальше, постепенно спускаясь все ниже.

— Не надо… ты не понимаешь.

— Может быть, но разве это имеет сейчас какое-то значение?

Его руки расстегивали корсет платья, а губы дерзко целовали ее. И не хватает силы сказать «нет», нет возможности сопротивляться и оттолкнуть его, убежать прочь в ночь. Сегодня все было по иному. Он не рычал и не хотел ее убить, а был ласков и нежен.

Лима внезапно поняла, что лежит на листве и смотрит в серые глаза. А нужно ли сопротивляться и бежать от него? В конце концов, у них есть сын и могут быть другие дети.

— Обними меня крепче, заставь забыть обо всем, сегодня я хочу быть твоей, — произнесла она, коснувшись его щеки рукой.

Он ничего не ответил…