Прячем лица в дыме - Лина Николаева

— Это последняя, — проворчала Тирьянка, ставя на стол бутылку с домашним вином. — Убирайтесь уже, а? Все мои запасы съели!

Женщина с грозным видом покачала указательным пальцем и вышла с кухни. Раз знал, что она это не всерьёз, хотя они действительно задержались у оша дольше, чем планировали.

В городе стало неспокойно, корабли и поезда обыскивали, а улицы патрулировало большее количество гвардейцев. Они затаились, чтобы переждать и отдохнуть, дать бесконечным синякам, ссадинам и порезам зажить. И как бы ни хотелось продлить такую жизнь: когда все вместе, на тесной кухне, с огромными кружками чая, а может, даже вином, так не могло продолжаться вечно.

— Да скоро, скоро! — откликнулся Найдер, открывая бутылку и разливая вино по глиняным чайным чашкам.

— Скоро, — эхом отозвалась Рена и сделала крошечный глоток.

Пальцы у неё уже зажили, хотя всё равно двигала она ими медленнее и аккуратнее, чем раньше. Несмотря на поднявшуюся за окном метель, на привычку носить чёрное, сегодня нортийка была в светлом платье, и взгляд как-то сам собой возвращался к ней снова и снова.

— Если выберемся, — добавила Рена, без страха, просто как факт.

— Ну и ладно, я уже устала сидеть здесь, — Джо скривилась. — Может, не всё так плохо? Мы же всегда находили выход.

— Да, всего-то постоянные гвардейские патрули, увеличившееся количество полиции и ещё несколько бандитов, которые не прочь отрезать нам головы.

Найдер откинулся на спинку стула, заложил руки за голову и с широкой ухмылкой продолжил:

— Нас хотят убить все, кто имеет хоть каплю власти в этом городе. Всегда мечтал об этом.

— Нельзя оставаться в Кионе, — Рена покачала головой. — Вы же не умеете быть незаметными! Никакие миллионы не помогут защититься от такого количества врагов, — она выдохнула и с чувством произнесла: — Чертовы бедовые мальчишки!

Раз и Найдер переглянулись. Они ещё не обсуждали, что делать дальше, но этот вопрос давно висел в воздухе. Думать о будущем сейчас было также страшно, как ещё недавно смотреть в прошлое.

Раз хотел остаться, чтобы найти в городе своё место, построить в Кионе что-то новое взамен разбитого прошлого. Может, дать волю тому мальчишке, который мечтал стать учёным, а может, оставить холодного парня, ставшего в Цае своим. И также сильно он хотел уехать. Узнать мир, настоящего себя и выбирать не из того, что было в прошлом, а только из нового. Да, второе решение казалось более правильным, ведь за ними и правда охотилась добрая половина Киона, но даже оно подразумевало вопросы — уехать с кем?

— Да, ты права, — Найдер скривился и сделал большой глоток вина.

— Надо же, всего три года прошло, чтобы ты это признал, — Рена закатила глаза, но было видно, что она довольна.

Раз отклонился на угол стола и подставил руку под голову. Наверное, таких вечеров у них осталось немного. Жаль. Несмотря на все препирания, эти люди оказались так дороги.

— Просто пока вас не было, из него всю дурь выбили, — громким шепотом сказал Раз, с улыбкой косясь на оша.

— А из тебя, видимо, нет, закончить? — Найдер подался вперёд, будто и правда был готов действовать.

— Опять? — вскричала Джо, ударяя ладонями по столу. — Эй вы, черти, мы недавно вырвались из такого дерьма, а вы снова спорить будете? Ну-ка быстро налили себе ещё вина и сказали что-нибудь хорошее!

Найдер и Раз послушались, а Рена вместо этого потянулась к кофейнику, затем нортийка спросила:

— Так что вы собираетесь делать?

— Присоединюсь к племени и пройду с ними всю Арлию, а там посмотрим, — Найдер улыбнулся.

— Ты серьёзно? — Раз не мог поверить сказанному. Он, скорее, мог представить, что оша найдёт способ остаться в Кионе и зажить открыто, чем будет слоняться среди полей и ночевать под открытым небом.

— Да нет конечно! — оша засмеялся. — Ты слышал об Алеонте, городе беглецов? Есть у меня одна идея… — Найдер хитро прищурился. — Но рано или поздно я вернусь в Кион, я вернусь, — он сказал это быстро, с напором, как клятву — то ли самому себе, а может, даже городу.

Джо согласно кивнула:

— Я тоже поеду в Алеонте. Говорят, там много школ и университетов. Но племя каждое лето проходит в окрестностях города, так что посмотрим.

— Это правильно. Я тоже уже купила билет на корабль.

— Куда? — спросил Раз.

Девушка пожала плечами:

— До Нангри, это самый дальний маршрут. Хотя до другого материка я вряд ли поплыву — сойду в любом порту, где захочу.

Раз медленно кивнул. Уезжала Рена, уезжал Найдер, уезжала Джо. Несмотря на то, что против них ополчилась половина Киона, это не казалось побегом — скорее, они взяли всё, что хотели, и отправлялись, задумав новое дело. Раз покрутил вино по стенкам чашки. Ему тоже пора решать.

— Ну и что это получается? — Джо скривилась. — Мы спасали друг друга, чтобы снова быть вместе, одним племенем, а теперь разъезжаемся?

— Мы спасали друг друга, чтобы иметь возможность жить так, как хотим. Да, это мы закрутили водоворот, чтобы потом упасть в самый центр, но мы ведь выбрались, а вместе с этим научились плавать.

И Раз, и Джо, и Рена дружно посмотрели на Найдера, удивлённые его словами. От оша было непривычно такое слышать, но слова звучали правильно. Оказалось, им всем нужно упасть, чтобы суметь увидеть верный берег.

— Это что-то в духе Феба? — Джо с грустью улыбнулась.

— Нет, — на лице Найдера опять появилась ухмылка. — Он бы сказал так: с друзьями, как с деньгами — на мелочь лучше не размениваться.

— Нет-нет! — нетерпеливо воскликнула Джо. — Здесь больше подходит: с кем поведёшься — от того и наберёшься.

Смеясь, Рена подлила себе ещё кофе и предложила:

— Нет же, это ошавские поговорки. Феб бы сказал: свобода — возможность уйти, но решение остаться.

Раз пальцем вывел на столе восьмёрку и выдал:

— Дружба — это не долгое общение, дружба — это впустить в жизнь человека и оставить в душе навсегда.

— Нет, даже для Феба слишком приторно, — ответил Найдер.

Улыбаясь, Рена и Джо согласно кивнули. Ну и ладно. Сказать хотелось именно так.

Вытянув руку, Раз замер перед деревянной дверью, ведущей в подвал. Лестница была другой, как и стены, и сам подвал — и всё равно он не смог так легко сделать шаг, будто снова оказался в родном доме.

Он трижды постучал и вошёл. Лаэрт сидел спиной, но быстро повернулся, услышав шум. У оша не хватало комнат, и ему в распоряжении отдали подвал, где учёный жил и продолжал свои эксперименты, на которые Тирьянка не переставала говорить: «Во имя Великого Отца, невозможно!»

Братья с минуту молча смотрели друг на друга, пока Раз не спросил: