Альбинос - Алексей Бобл

Хотя руки нам не связали, но приказали все время держать их за спиной. Пятеро в синем, целясь в меня и Разина из винтовок с короткими штыками, провели нас по лестнице, но не в дверь, через которую мы попали в здание, а ниже, в подвал. Вскоре мы оказались в небольшой комнате с двойными стенами: снаружи бетон, внутри железная решетка. Разин все время молчал, я тоже. Приказав нам встать лицом к дальней стене, конвоиры отошли. Наступила тишина. Я немного подождал и оглянулся.

– Ты! – сразу окликнул высокий парень, вставший возле прикрученной к решетке железной панели с кнопками и рычажками. На лбу его осталась ссадина от стула, запущенного Разиным. – Не шевелиться!

Они не убьют меня, решил я. Не сейчас. Интендант Ягор хочет заполучить доминантское оружие и для этого может приказать отпилить мне руку, но перед тем ему надо узнать, что я видел в левитаторе и как выглядел его пилот, а раз так – я нужен им живым. Но с другой стороны, этот длинный вполне может шмальнуть мне, к примеру, в ногу, так что особого непослушания проявлять не следует. Но стоять молча и ждать непонятно чего было выше моих сил, и я спросил:

– И чего мы тут торчим?

– Не шевелись и молчи!

– А ответить вежливо ты не можешь?

Парень с ссадиной покраснел еще сильнее и шагнул ко мне, ткнув в воздух штыком.

– Хватит, Аксен, – донеслось из коридора.

Решетчатая дверь снова открылась, и в комнату вошел интендант Ягор. Прикрыв дверь за собой, он кивнул:

– Поехали.

– Поехали? – удивился я. – Что это значит?

Разин, все время стоявший неподвижно лицом к решетке, повернул ко мне голову и сказал:

– Мы в лифте.

Такого слова я никогда не слыхал и вопросительно посмотрел на него. И тут же пол под ногами дрогнул, а бетонные стены за решетками с гудением поползли вверх.

В первый миг мне показалось, что это все здание Управы поднимается – закружилась голова, я схватился за прутья. И понял, что мы находимся внутри подъемника вроде того, на котором спаслись от мутантов, только здесь вместо железной плиты клеть. Из нее выступали два кронштейна, подвижно сцепленные с парой вертикальных штанг, проложенных по одной из наружных стен.

Клеть быстро ползла вниз по шахте, идущей от здания Управы в глубь висячей горы.

Мои пальцы все еще сжимали прутья. Я распрямил указательный и коснулся уползающей вверх шершавой стены. Она состояла уже не из бетона, а из камня.

– Значит, лифт, – негромко повторил я.

И оглянулся, ощутив настойчивый взгляд.

Интендант Ягор стоял возле утопленной в решетку панели с кнопками, сложив руки на груди. И очень внимательно наблюдал за мной.

Тональность гудения изменилась. Стена, по которой шли штанги-направляющие, никуда не делась, а вот три другие исчезли.

Лифт вполз в пещеру, и оба моих сердца громче застучали в груди.

Какие существуют слова, чтоб описать очень большие размеры? Огромное, колоссальное, гигантское, обширное, безграничное, беспредельное. Еще – здоровущее, вот такенное, нехилое…

Нет, конечно, у пещеры были пределы, то есть границы, но они, как мне показалось, находились ну очень далеко.

Под каменным сводом, из квадратной дыры в котором вынырнул лифт, гулко разносились голоса, шум моторов, лязг и звук шагов. В центре пещеры висел дирижабль; когда клеть опустилась ниже, стало видно, что гондола недостроена, а к полу от баллона, оплетенного сетью канатов, тянутся четыре толстых троса. На гладком каменном полу стояли длинные железные стеллажи и больше десятка авиеток, выкрашенных синей краской. Между авиетками и колоссальным отверстием в форме арки, за которым мерцали звезды, было пусто – эта часть пещеры предназначалась для взлета и посадки. Пол в пещере казался на удивление ровным, будто над ним долго работали, стесывая неровности.

Все это озаряли несколько стоящих под стенами прожекторов. Возле одного была открытая кузница – в горне пылал огонь, двое дюжих мужиков крутили ворот, и механический пресс раз за разом опускался, ударяя по раскаленному листу железа на массивной наковальне, который за край держал длинными щипцами кузнец в фартуке.