Игра теней - Тэд Уильямс

В прежние спокойные времена впечатляющее зрелище порой отвлекало Чета от насущных проблем. Сегодня, когда вся гильдия каменотесов собралась, дабы обсудить его странные деяния, отражение в зеркале внушало ему благоговейный страх.

— Ты и в самом деле это сделал?

Главным обвинителем Чета, как нетрудно было предугадать, стал его собственный брат Нарост.

— Ты не можешь себе представить, какой жгучий стыд я ощущаю при мысли, что один из нашей семьи…

— Прошу вас, магистр, не спешите с выводами, — перебил его Киноварь. — Никто из нас пока не уверен в том, что мастер Чет совершил нечто неблаговидное. И говорить о позоре, который он навлек на семейство Голубого Кварца, явно преждевременно.

— Он навлек позор не только на свое семейство, но на весь клан Кварца! — рявкнул Гелиотроп, магистр ветви Дымчатого Кварца.

Невероятно толстый и пучеглазый, он предпочитал во всем соглашаться с Наростом и спешил выразить полную солидарность с ним. Единомышленников у него хватало — судя по неприязненным взглядам, которые бросали на Чета магистры ветвей Черного, Молочного и Розового Кварца, они тоже считали, что он достоин самого сурового осуждения.

«Приятно видеть единодушие в лоне благородного семейства», — с горькой иронией подумал Чет. Ему оставалось лишь надеяться, что прочие члены огромного клана Кварца, до сей поры хранившие молчание, проявят большую широту взглядов.

— Чужаки проникли в святилище тайн? — Гелиотроп покачал головой, словно не верил в это святотатство. — Большие люди скрываются от своих законных правителей здесь, в Городе фандерлингов? Ты лишился рассудка, Чет, если допустил такое.

— Мы учтем ваше мнение, магистр, — произнес Киноварь, всем своим видом показывая, что он это мнение не разделяет.

Будучи магистром клана Быстрой Ртути и одним из самых влиятельных представителей всего дома Металла (многие полагали, что в самом скором времени он сменит на посту старика Олово Негашеная Известь и станет одним из четырех великих смотрителей, достигнув, таким образом, самого почетного положения в Городе фандерлингов), Киноварь мог оказать Чету немалую поддержку. К тому же суждения его неизменно оставались разумными и справедливыми.

— Полагаю, прежде чем сокрушаться о попранных традициях и вздыхать о том, что нас запятнали позором, нам необходимо выслушать других магистров или достопочтенных смотрителей, — изрек он.

Со скамьи поднялся Окалина, ставший магистром семейства Гнейс после того, как отец его был возведен в ранг великого смотрителя. Взгляд его, полыхавший злобой, не предвещал ничего хорошего.

— Я хотел бы знать, Чет Голубой Кварц, какие причины побудили тебя дать приют в своем доме большому человеку, — отчеканил он. — Твой поступок находится за пределами моего понимания, однако его печальные последствия очевидны для всех нас. Этот человек — преступник, за ним охотятся шпионы нынешнего правителя королевства. Если его найдут здесь, в Городе фандерлингов, нас ожидает жестокая кара.

— Вы просите меня объяснить причины, магистр, — повторил Чет, стараясь говорить как можно спокойнее. — Я охотно сделаю это. С придворным лекарем Чавеном Макаросом я знаком много лет, он достойный и благородный человек. Он был одним из самых уважаемых советников короля Олина. Чавен утверждает, что братья Толли пролили немало крови, силой захватили трон и вознамерились его убить, дабы навсегда заткнуть рот свидетелю своих злодеяний. Я не вижу причины, чтобы не доверять словам моего давнего друга. В конце концов, я простой труженик, привык работать резцом и плохо разбираюсь в политике. Но даже я понимаю, что называть Чавена преступником до крайности несправедливо.

— Преступник он или нет, ты помогаешь ему скрываться от властей и навлекаешь опасность на всех нас, — подала голос Гиацинт Малахит, одна из немногих женщин-фандерлингов, удостоенных звания магистра. — Чет, все мы знаем тебя, ты добрый отзывчивый человек, всегда готовый прийти на помощь. Но поступать по велениям собственной совести — это одно, а подвергать риску родной город — совсем другое. Подумай только, по твоей милости гнев правителей замка может обрушиться на всех нас, и тогда…

Звук, напоминающий скрежет камней, увлекаемых прибоем, не дал ей договорить. Это откашливался один из великих смотрителей, Сард Смарагд из клана Дымчатого Хрусталя. В отличие от магистров, смотрители не должны были вставать во время своей речи. Древний Сард остался сидеть в кресле, подобный ветхому мешку с костями. Высоко над его головой висела великая Астион, печать Города фандерлингов, сверкающая, как вправленная в камень звезда.

— Когда решаешь такое запутанное дело, возникает слишком много вопросов, — проскрежетал Сард. — И прежде всего надо понять, какой из этих вопросов самый важный. На него мы и будем искать ответ прежде всего. А потом двинемся дальше и постепенно доберемся до самой сути дела. — Он взмахнул тощей, как щепка, рукой. — Что обо всем этом думают метаморфные братья? Как Старейшие отнеслись к вторжению в святилище тайн?

Чет посмотрел по сторонам. Судя по всему, никто из участников поспешно созванного собрания гильдии каменотесов не получил каких-либо секретных приказов и распоряжений.

— Им было известно, что я отправился в святилище тайн в поисках своего… в поисках мальчика. Они знали также, что я увел его домой, — пробормотал Чет.

Разумеется, метаморфные братья знали далеко не все, и Чет не собирался здесь, на собрании гильдии, рассказывать о случившемся во всех подробностях. Опал часто повторяла, что излишняя доверчивость его погубит, и сегодня он готов был с ней согласиться.

— Они также знали, что один из представителей народа крышевиков прошел со мной часть пути. И их обеспокоило только одно: совпадение случившегося с тем, что привиделось во сне старому брату Сере.

— Брату Сере открыто много, очень много, — пробормотал Известковый Туф, еще один великий смотритель, такой же древний, как и Сард. — За свою жизнь он успел забыть больше, чем все мы когда-либо знали.

— Вы правы, брат смотритель, — кивнул головой Сард. — Позвольте нам продолжить. Чет Голубой Кварц, потрудись объяснить, почему ты принял в свою семью мальчика, рожденного наверху? Это противоречит нашим традициям.

— Видите ли, мы нашли этого мальчика при весьма загадочных обстоятельствах, — произнес Чет. — Но если говорить откровенно, главная причина — моя супруга Опал. Она захотела принять ребенка в дом, и я счел за благо не противиться ее желанию.

По комнате пробежала легкая волна смеха, правда быстро стихшая: вопрос был слишком серьезный и опасный.

— Как вам всем известно, у нас нет детей, — печально добавил Чет.

Сард вновь громко откашлялся.

— Как ты считаешь. Чет Голубой Кварц, есть ли связь между этим странным мальчиком и событиями, разыгравшимися в замке наверху? — спросил он.

Чет задумался.

— Кремень нашел камень, посредством которого, по словам лекаря Чавена, был убит принц Кендрик, — припомнил он. — Возможно, это простое совпадение. Но если учесть, что мальчику удалось отыскать путь в пристанище крышевиков, а этих крошечных людей никто давным-давно не видел и уж конечно не разговаривал с ними…