Оберег воплощения - Юлия Григорова

— Я ни… ни… че… го не смог, — вытолкнул из себя Прай едва слышно и стиснул зубы от боли.

— Нет, пожалуйста, только не умирай, — взмолилась я. — На помощь! Срочно, сюда! Пожалуйста! — обернувшись на дверь, заорала я из последних сил, не представляя, чтобы в этой части коридора кто-то находился.

— Не… мог… тебя… остановить, — голос ищейки дрожал, в перерывах между словами я слышала хрип и бульканье. Его рот наполнялся кровью.

Не переставая мотать головой из стороны в сторону, я не представляла, что делать в таких ситуациях. Меня продолжало трясти, а на глазах сразу появились слёзы.

Всё происходящее казалось кошмарным сном. Это не могло быть по-настоящему! Какие-то пять минут назад мы были счастливы. Мы планировали побег. Он должен был украсть меня… Окинув Прая взглядом, я поняла, что, пока меня не было, он натянул штаны. Должно быть, готовился приступить к исполнению плана.

— На помощь! — снова завопила я во всё горло до боли в нём.

Мужчина поморщился от звука моего голоса, его ухо дёрнулось. Мои пальцы скользили по коже на его шее, они все оказались измазаны в крови, но я всячески пыталась зажимать рану. Схватив одной рукой подушку, я подумывала прижать её вместо повязки, но не сообразила, как это сделать. Она слишком большая для этой цели.

Дверь распахнулась, и я обернулась на вбежавших в комнату мужчин. При виде открывшейся им картины, они растерялись на пороге, но мой трясущийся вид вывел их из оцепенения. Обогнув кровать, один из них забрался к Праю с другой стороны, и принялся оценивать ситуацию. Второй оказался возле меня.

— Позвольте… — заговорил он.

Убрав руки, я проследила за тем, как незнакомец занял моё место. Они оба засуетились над моим любимым ищейкой. Любимым… Я ведь и правда полюбила его.

Я отступила на шаг назад и задела ногой валявшийся на полу нож. Опустив на него взгляд, я увидела свои руки и платье. Оно оказалось измазано в жёлтой крови. В горле встал противный ком. На нём словно снова сомкнулись пальцы Лиама, лишая возможности дышать и кричать. Меня трясло, и я ничего не могла с этим сделать, никак унять дрожь и взять себя в руки.

Голова Прая безвольно покачивалась из стороны в сторону. Два незнакомца пытались его спасти… В дверь вбежала перепуганная девушка. Её вскрик заставил меня прийти в себя.

— Свечу тащи, быстро! И пошли за лекарями, — скомандовал ей один из ищеек.

Прислужница скрылась в коридоре.

— Калеб, уже поздно прижигать, — заметил второй.

— Ничего не поздно. Его кровь всё сама сделает, если он перестанет её терять. Давай, мерзавец, ты же крепкий. Тебя сама жёлтая пакость не поборола, — пробормотал первый.

Это было нечестно. Нам с Праем и так отведено мало времени, слишком мало. Неизвестно сколько мы смогли бы скрываться от всех и выживать в тех условиях, что грозили миру. Нечестно, что одна из воплощений решила отнять его у меня. Лишить меня последних моментов счастья…

Зачем ей так поступать со мной? Неважно. Это было неважно. Какими бы ни были её причины, она должна ответить за то, что сделала.

Наклонившись, я на ощупь подняла нож, сжала его пальцами и пошла к двери. «У Гав…» гласила вывеска над входом в заведение. Если нужно, я переверну весь город, но найду это место, а когда найду, убью ту тварь, что попыталась лишить меня его…

Глава 28

Все или ничего

Митл, главный город церкви святой триады

Веда

Ката не просыпалась целые сутки, и меня это раздражало. Джеймс продолжал носиться с ней, как с маленьким ребёнком, пытался напоить, но больше намочил подушку и простынь.

Время шло, туман всё больше охватывал улицы, и из окна я перестала видеть соседний дом. Единственное, на что бросался взгляд — вывеска с названием заведения, что покачивалась на массивных цепях прямо под карнизом. Жара спала, и за это я была благодарна новой напасти, но вот лишаться преимущества в виде ранее открывавшегося обзора на входную дверь не хотелось, но меня никто не спрашивал.

Крейн мог вернуться в любую минуту. Не будь тумана, и я бы сразу увидела его приближение, но так он мог застать меня врасплох. Кусая губы, я мерила шагами комнату и теребила обломанный ноготь, злясь ещё сильнее на всех вокруг.

Джеймс отказывался меня слушать, не хотел идти со мной к магистрам. Без одобрения жены он ни на что не решался, и это раздражало с каждым часом.

Как он не понимал, что когда мы объединимся, когда станем героями целого мира, то у нас будет всё, и его жена только обрадуется! Мы избавим людей от жёлтой смерти и всех природных катастроф, что обрушились на их головы в эти дни. Со временем Ката и не вспомнит, что у неё был брат, который погибнет от нашего объединения. Ну или вспомнит, но смирится с этим, она же постоянно с ним собачилась и ругалась!

После нападения Крейна мы с Джеймсом по очереди сходили за задний двор и воспользовались прудом, чтобы освежиться. Потом парень принёс ужин. Тарелок было четыре, и мы растянули всё на два раза, ведь денег Крейна почти не осталось, даже с учётом того, что до лекаря блондин так и не добрался. Теперь он был нам не по карману.

Ката не захватила для меня второго набора одежды и пришлось без спроса надеть её запасной костюм. Он идеально подошёл. Волосы высохли, и время от времени я любовалась своим отражением в стекле, поглядывая на улицу в надежде, что смогу различить очертания Крейна в тумане, когда он вернётся.

Джеймс сидел возле жены. Разговаривать со мной он больше не хотел. Первые часы я твердила что-то без остановки, уговаривая его пойти со мной к местным магистрам, но получала отказы.

— Я принесу ещё воды, — неожиданно заговорил он после того, как попытался наполнить чашку из кувшина, но обнаружил, что тот пуст. — Ты что-нибудь будешь?

Встретившись с ним взглядом, я покачала головой. Тогда он собрал пустую посуду и поспешил вниз.

Когда за ним закрылась дверь, я посмотрела на Кату. Эта девушка мне мешала. Мало того что она с самого начала бросилась на меня и пыталась убить, так ещё и теперь занимала всю голову Джеймса и отвлекала его от важных вещей. Когда она очнётся, то ни за