Оберег воплощения - Юлия Григорова

не было! — отозвалась я, пытаясь заставить его поверить в это. На секунду он замер и уставился на меня. Я смотрела на него в ответ. По щекам блондина текли слёзы, а я осознала, что впервые вижу, как плачет мужчина. — Я была в её теле, пока она была в моём, меня здесь не было. Эта «леди», она ненолмальная. Она сговолилась с каким-то пелеболевсим, и они хотят нас убить, стобы солвать объединение. Возмозно, она спутала Кату с тлетьим воплосением, я не знаю… — начала на ходу придумывать я. Частично в моих словах была правда, потому голос звучал уверенно.

Я ощутила, как хватка пальцев Джеймса на плечах ослабла. Он выпрямился и набрал в грудь воздуха.

— Я убью её. Где она?

Его слова мне не понравились. Нет, нет, её нельзя убивать. Без неё мы лишимся всего. Своим поступком в той комнате, я явно разозлила «леди». Скорее всего, она тоже захочет найти меня. Если она вообще в Митле. Я так этого и не поняла, но вид жёлтых глаз мужчины, истекавшего кровью на кровати, вызывал волну мурашек по позвоночнику. Мне просто повезло, что он не смог мне помешать. Что я вложила «магию» третьего воплощения и приказала ему это.

После объединения, когда мы станем полноценными представителями святой триады, мы втроём всё решим. Уладим конфликты, и они всё поймут. Эти жертвы были нужны. Ведь и Ката, и тот переболевший сбивали другие воплощения с верного пути. Мне следовало донести это до Джеймса, чтобы он понял.

— Дзеймс, посмотли на меня, — я вцепилась в плечи парня в успокаивающем жесте. — Она такое зе воплосение бозества, как и мы. Ей запудлили мозги. Такой зе псих, как Клейн. Когда я оснулась, то была в постели с пелеболевсим и они обсуздали свой план. Он сбил её с пути. Мы долзны объединиться, долзны победить этих мелзавцев и взять мил в свои луки. Ты понимаесь? Если мы убьём её, то они победят, добьются своего. После объединения, мы потлебуем у целкви плавосудия и её наказут за Кату. Мы её наказем, но сейсас мы долзны думать, как луссе для мила, ведь люди надеятся на нас, они идут в Митл лади нас, и мы не мозем их подвести, — продолжила я.

Какое-то время Джеймс молчал, а когда он кивнул, я с трудом сдержала вздох облегчения. Он явно пребывал в шоке от потери, горе затуманило его разум, и он не уловил подвоха в моих словах. Стоило ему хоть немного поразмыслить над ними с ясным умом, и он бы раскусил меня.

Я понятия не имела, как церковь могла наказать воплощение божества после объединения, когда «леди» одним приказом способна управлять всеми магистрами разом. Я была уверена, что потом мы договоримся: главное было соединить нашу кровь.

— Тогда пойдём, встлетим её. Я надеюсь, что она заметила вывеску и плидёт к нам сама. А если нет — мы её найдём.

Глава 29

Всему приходит конец

Из дневника Прая Вайзенкайнда

«Я знал, что если войду в дверь, то лишу Иголочку права выбора. Моё самообладание рухнет к её ногам, и хрупкое стекло, отгораживающее сердце девушки, окончательно треснет. Я не имел права с ней так поступить. Этот выбор должна была сделать она, а не я, ведь я для себя всё давно решил. А вот если она сделает всего один маленький, последний шаг в моём направлении, то я никогда и никуда её не отпущу. Этому миру придётся окунуться в хаос с головой, ведь если Ёль будет нуждаться во мне, объединению не суждено случиться.»

Митл, главный город церкви святой триады

Ёль

Серый густой туман окутывал город, растекаясь по пустынным улицам и заполняя собой всё вокруг. Мои глаза застилала ярость, а рука с каждой минутой сильнее стискивала рукоятку ножа, поглаживая её скользкими от крови пальцами. Она ещё не успела высохнуть. Где-то недалеко раздавались шаги, стук каблуков по брусчатке основных дорог, но пока я так никого и не встретила.

Люди либо сторонились меня, либо их просто не было. Насколько я знала, городская стража и ищейки должны были попросить жителей города укрыться в домах или перебраться в убежища. Я не знала, какая сейчас стояла здесь обстановка, ведь не посещала никаких встреч с магистрами церкви целые сутки.

Пропустив одно собрание, я волновалась и не понимала, почему Сони никого не прислал за мной. После объяснений Прая о планах церкви всё встало на свои места. Меня приглашали лишь для видимости. Я не была нужна им там. От меня планировали избавиться. Моё пренебрежение обязанностями оказалось только на руку Сони и тем, кто планировал нашу смерть.

Ну что ж. Они хотят убить воплощения триады? Прекрасно, я их опережу. Не знаю, как, но сделаю это до объединения. Заодно и проверю, закончатся ли катастрофы со смертью одного из нас или нет. Пусть во всём обвиняют не меня, а ту мерзавку, что напала на Прая.

Я не знала, выживет ли ищейка после нанесённого ему пореза, но она пыталась отнять его у меня. Это было не честно. У нас и так никогда не было бы дома, что мы смогли бы назвать своим. Нас ожидало вечное существование в бегах и страхе. Жить долго и счастливо нам не светило. Не в этой жизни, не пока мир застрял на грани пропасти.

Митл оказался для меня настоящим лабиринтом. Ступив впервые на его улицы в одиночестве, я понятия не имела, куда шла. Взгляд метался по стенам домов. В первую очередь он цеплялся за деревянные вывески, что едва заметно покачивались под окнами второго этажа. Меня интересовала всего одна: «У Гав…». На поиски заведения могли уйти часы, а может, даже дни.

Остановившись на очередном перекрёстке, я осмотрелась. Взгляд сновал по трём совершенно одинаково окутанным туманом улицам.

Холод брусчатки под ногами ощущался голыми ступнями слишком остро, как и любой мусор, что валялся на дороге и впивался в кожу, причиняя боль. Мне было всё равно. Если потребуется, я обойду весь этот город, но найду её!

Закрыв глаза, я втянула носом воздух и расправила плечи. Если попробовать завладеть разумом Веды, то можно попытаться рассмотреть больше подробностей местности вокруг неё. Меня учили, как делать это. Очистив голову и всмотревшись в черноту, я попыталась потянуться к связям, что были между нами. Одним резким толчком меня пнули в грудь, возвращая в тело и прерывая попытку. Ничего не вышло. Мерзавка