Лаксены. Начало - Дженнифер Арментроут

Дэймон откашлялся.

– Подобного со мной раньше не случалось. Никогда не взрывал компьютеры.

Мои щеки загорелись, в то время как взгляд был прикован к лэптопу.

– Со мной тоже.

Его глаза снова переместились к телевизору.

– Что-то подобное произошло с Доусоном. Именно так Бетани и узнала обо всем. – Последовала пауза, и я затаила дыхание. Он так редко говорил о своем брате. – Доусон занимался с ней любовью и, потеряв контроль, перешел в свою естественную форму.

– Ого. Наверно, это было…

– Неловко?

– Да-а, неловко.

Между нами повисло молчание, и я не могла не задаваться в тот момент вопросом, не думали ли мы с ним об одном и том же.

Как это было бы? Целоваться, дотрагиваться друг до друга?..

Чувствуя, как пылает кожа, я лихорадочно искала безопасную тему для разговора.

– Ди говорила, вы много раз переезжали. В каких местах вы побывали?

– Мы какое-то время жили в Нью-Йорке, потом переехали в Южную Дакоту. И если ты думаешь, что здесь ничего не происходит, то ты никогда не была в Южной Дакоте. Потом мы жили некоторое время в Колорадо, прежде чем оказались уже здесь. Честно говоря, каждый переезд был чаще всего спровоцирован мною. Я постоянно что-то искал, но не мог найти ни в одном из новых мест.

– Могу поспорить, в Нью-Йорке тебе нравилось больше всего.

– На самом деле нет. – В его легкой улыбке блеснули зубы. – Больше всего мне нравится здесь.

Удивленная, я рассмеялась.

– В Западной Вирджинии?

– Здесь не так уж и плохо. С нами рядом находится много Лаксенов. Больше, чем где бы то еще. У меня есть друзья, с которыми я могу быть самим собой. Существует даже целое сообщество. Это немаловажно.

– Я могу это понять. – Обнимая подушку, я прижалась к ней щекой. – Думаешь, Ди счастлива здесь? С ее слов я поняла, что она никуда не может отсюда уехать.

Дэймон пересел поудобнее, подняв ноги на диван.

– Ди хочет найти свой собственный путь в жизни, и я не могу ее в этом винить.

Поиски своего собственного пути привели ее к близким отношениям с Адамом. Я терялась в догадках: мечтает ли все еще она о поступлении в колледж за океаном…

Дэймон выпрямился, словно пытался избавиться от негативных мыслей, осевших в его голове, и я немного отодвинулась, чтобы дать ему больше пространства.

– Если ты еще не заметила, среди нас гораздо меньше женщин, чем мужчин. Поэтому девушки очень быстро находят пару, и все женщины находятся под особой защитой.

Я сделала гримасу.

– Находят пару? Я, конечно, могу это понять – вам необходимо поддерживать рождаемость… но Ди не должна подвергаться давлению. Это несправедливо. Вы имеете право на то, чтобы контролировать свои собственные жизни.

Он взглянул на меня, и его глаза затуманились.

– Но мы не контролируем, Котенок.

Я покачала головой.

– Так не должно быть.

– Не должно. Но большинство Лаксенов не ищут чего-то другого. Доусон искал. Он любил Бетани. – Дэймон прерывисто выдохнул. – Мы были против. И я считал, что с его стороны было глупостью влюбиться в человека. Без обид.

– Какие тут обиды.

– Ему было тяжело. Вся наша группа была расстроена его выбором, но Доусон… он был сильным и упрямым. – Дэймон улыбнулся, покачав головой. – Он не уступал, и если бы старейшины узнали правду, я не думаю, что они смогли бы как-то на него повлиять.

– Не мог ли он решиться на то, чтобы сбежать с Бетани за спиной у МО? Возможно, это именно то, что произошло?

– Доусону нравилось здесь. Он любил ходить в горы и проводил много времени на природе. Он всегда любил жить в отдалении от больших городов. – Дэймон взглянул на меня. – Доусон никогда бы не уехал, тем более не сказав об этом ни слова ни Ди, ни мне. Я знаю, они оба мертвы. – Он слабо улыбнулся. – Тебе бы понравился Доусон. Выглядел так же, как я, но по характеру гораздо лучше. Иными словами, далеко не придурок.

В моем горле возник ком.

– Я уверена, что так и есть, но, Дэймон, ты… не плохой.

Его бровь изогнулась.

– Ладно. Конечно, ты часто совершаешь идиотские поступки, но ты не плохой. – Я сделала паузу, прижимая к себе подушку. – Хочешь знать, что я на самом деле думаю?

– Мне следует начинать беспокоиться?

Я рассмеялась.

– Под личиной придурка скрывается по-настоящему хороший парень. Иногда он проявляет себя. Поэтому, несмотря на то, что мне почти все время хочется выбить из тебя дурь, я совсем не думаю, что ты плохой. На твоих плечах лежит слишком большая ответственность.

Дэймон наклонил голову и усмехнулся.

– Ладно, полагаю, это не так уж и плохо.

Я пожала плечами.

– Могу я спросить тебя кое о чем и рассчитывать на то, что ты скажешь мне правду?

– Всегда, – произнес он.

Потянувшись пальцами к шее, я вытащила обсидиан и сжала его в ладони.

– МО вызывает у вас гораздо большие опасения, чем Аэрумы, верно?

Его губы сжались, но он не солгал:

– Да.

Я гладила поверхность серебряного обрамления кристалла.

– Что бы они сделали, если бы узнали о том, что я могу передвигать предметы?

– Вероятно, то же самое, что они сделали бы с нами, если бы узнали о наших возможностях. – Дэймон потянулся и положил ладонь на мою руку, которая удерживала обсидиан. Он сжал мои пальцы, остановив их движение. – Они бы изолировали тебя… или еще хуже. Но можешь не волноваться. Я никогда не позволю этому случиться.

Мою кожу закололо в том месте, где наши руки соприкасались.

– Как вы можете жить со всем этим? Все время в ожидании, что в МО могут узнать, что у вас гораздо больше возможностей, чем они полагали изначально?

Его пальцы сомкнулись вокруг моих так, что теперь мы вместе удерживали кулон.

– Мы никогда ничего другого не знали.

Я пыталась сдержать неожиданно подступившие к глазам слезы.

– Это как-то слишком уж… печально.

– Это наша жизнь. – Он сделал паузу. – Не плачь, Котенок. С тобой ничего не случится.

Наши лица были на расстоянии нескольких сантиметров. Его рука все еще удерживала мою. И тут меня осенило.

– Дэймон… на твоих плечах постоянно лежит ответственность за безопасность и других, верно?

Он сжал мою руку, а потом отпустил ее. Откинувшись на спинку дивана, он оперся на подлокотник, подперев рукой голову.