Время Бармаглота - Дмитрий Колодан

— Вы живете одна? — спросил старший констебль, входя в дом.

Фиона кивнула.

— Да. Сейчас — да. И у меня беспорядок, — сказала Фиона, будто это имело значение. — Чаю?

— Не стоит беспокойства, мисс, — старший констебль пригладил усы. — Мы на задании… Просто не обращайте на нас внимания.

Подняв с пола потертый томик стихов, он перелистнул пару страниц и хмыкнул.

— А я бы не отказался от чашечки, — его напарник опять подмигнул Фионе. — Или перекусить чего. Когда еще нас сменят…

В дверь позвонили через час. Птичья трель, от которой задрожали оконные стекла. Полисмены переглянулись. Младший щелкнул застежкой на кобуре.

— Вы ждете кого-нибудь, мисс? — его напарник тоже потянулся к оружию.

— Нет, — ответила Фиона.

— Точно? — переспросил старший констебль. — Может, вы заказали пиццу и забыли? Знаете, люди часто забывают о подобных мелочах…

— Я не люблю пиццу, — сказала Фиона.

Звонок повторился, настойчивый и требовательный.

— Наверное, кто-то из соседей, — предположила Фиона. — Или опять газетчики.

— Оставайтесь здесь, — приказал старший констебль. Вытащив пистолет, он вышел в прихожую. Его напарник шагнул было следом, но остановился.

Фиона услышала, как полисмен подошел к двери, как он, шумно дыша, топчется перед глазком. Наконец щелкнул отпираемый замок.

— Отбой тревоги, — донесся голос констебля. — Это…

В то же мгновение раздался глухой удар и следом — тонкий визг. Он тянулся и тянулся, безо всякой передышки. Фиона зажала уши ладонями. Человек не может так кричать… Визг оборвался на самой высокой ноте.

Младший констебль попятился, поднимая пистолет. Фиона не видела, что происходит в прихожей, но ей с лихвой хватило выражения лица полисмена.

Дальнейшее произошло слишком быстро, чтобы Фиона успела что-то разглядеть. Мелькнула смазанная тень, вдоль стены и навстречу полисмену. Сверкнула яркая, как солнечный блик, металлическая вспышка… Констебль выстрелил, но почему-то в сторону туалетного столика. Брызнули осколки разбитого зеркала. А потом все замерло, и Фиона увидела Плотника.

Он был высок, выше любого человека, худой и бледный. Лицо походило на восковую маску. На тонких губах застыла легкая полуулыбка — пустая и ничего не значащая. Пустыми были и глаза. По клеенчатому переднику текла свежая кровь.

— Какая жалость, — Плотник поднял скальпель, смотря, как на лезвии собирается тяжелая темно-красная капля. Полисмен у его ног хрипел и корчился. Кровь за считанные секунды залила пол.

— Не бойся, — сказал Плотник. — Я не желаю тебе зла… Будет больно, но это пройдет.

Он перешагнул через тело констебля. Ботинки скрипнули. Комната закружилась. Фиона почти чувствовала на шее холодные пальцы.

— Так будет лучше для всех, — сказал Плотник.

В тот же момент констебль вцепился ему в ногу. Плотник споткнулся. По бледному лицу скользнуло брезгливое раздражение. Он дернул ногой, освобождаясь от хватки.

Фиону словно ударило током. Наваждение спало, и она закричала что было мочи. Не думая, что делает, Фиона бросилась к окну и прыгнула.

Удар был сильный. Защелка не выдержала, громко хлопнула рама. Фиона вылетела на улицу и, перекувырнувшись в воздухе, упала на сырую траву газона. Пошатываясь, Фиона поднялась на ноги. Боли она не чувствовала. Только дикий ужас и жжение в горле.

В окне молчаливой статуей застыла фигура Плотника. Он не пытался ее догнать, просто стоял и смотрел. Плотник улыбнулся и отсалютовал ей скальпелем. Багряно-красным в лучах солнца.

Девушка бросилась прочь. В ушах стоял звон, Фиона задыхалась и ждала, что за спиной раздастся громкий скрип ботинок. Но все, что она могла, — это бежать. Фиона знала лишь одного человека, который мог ее защитить. Во что бы ни стало она должна была найти Джека.