Обреченная - Клаудия Грэй

Он резким голосом произнес:

— Ты им ничего не сказала.

— Нет.

— Ни про меня, ни про Михаила.

— Нет. Клянусь.

Алек наклонился еще ближе, впился в меня взглядом и прошептал:

— Если тебе дорога жизнь, молчи. Это единственное, что может тебя спасти. Ты меня слышишь, Тесс?

И пошел вперед так спокойно, будто вообще никогда со мной не разговаривал. Он даже улыбнулся, когда отец помахал ему, подзывая к себе. Я не знала, что и думать, но шагала следом, как и полагается послушной служанке.

Сказав мне, что Михаил нанесет удар, если я расскажу кому-нибудь о нем, пытался Алек меня защитить? Или это угроза?

Хоть так, хоть этак, он лишь подтвердил то, от чего я пыталась отмахнуться весь день. Мне угрожает опасность.

— Как ты могла повести себя так нахально, Тесс? — Леди Регина швырнула свою шляпу на диван в каюте Лайлов. — Вот так высунуться вперед! Попытаться завладеть вниманием Алекандра Марлоу!

— Мама, он сам заговорил с Тесс, — попыталась вставить Ирен, но леди Регина не обратила на нее никакого внимания.

Она отчитывала меня довольно долго, но я ее почти не слушала. Я стояла и вовремя кивала, но мысли мои были заняты угрозой Алека. Или предостережением — я все еще не знала, чем именно. И еще я не могла не думать о холодных глазах Михаила.

Я говорила себе, что свою часть сделки выполняю. Я никому ничего не сказала. Алек пообещал, что это меня защитит, и зачем бы ему врать? Молчать, никому не рассказывать про себя правду — до сих пор мне это помогало, верно? Значит, просто нужно помалкивать еще об одном случае.

Леди Регина допоздна выплескивала на меня свою злость, а потом мне пришлось одевать Ирен к обеду. Пока я помогала ей надеть синее, как васильки, вечернее платье, она не переставала извиняться передо мной за свою мать.

— Она просто нервничает, — говорила Ирен, как будто эта коровища вообще умеет нервничать. — В последнее время мама занята… очень многими делами. И поэтому сердится. Пожалуйста, не принимай этого на свой счет.

— Вам не нужно передо мной извиняться, — ответила я, зачесывая ее бесцветные волосы наверх и закалывая их гребнями с драгоценными камнями. По крайней мере это придаст им хоть какой-то блеск. Хорошо, хоть она уже достаточно повзрослела, чтобы носить высокие прически, это помогало мне скрывать, насколько прямые у нее волосы. — Я ваша прислуга и знаю свое место.

— Это не значит, что с тобой можно скверно обращаться. — Ирен посмотрела на свое отражение в зеркале и вздохнула. — О, ну какой в этом смысл?

— Сегодня вечером вы выглядите очень славно. Только нужно немного подбодриться. Улыбнитесь. Уверенность в себе — наполовину выигранное сражение, мисс.

Она в самом деле выглядела этим вечером лучше, чем обычно, — ей очень идет этот цвет и простой покрой платья. В любое другое время я бы гордилась своим мастерством. Как горничная леди, я должна следить за тем, чтобы Ирен выглядела с лучшей стороны. Когда ее мамаша мне не мешает и не напяливает на Ирен оборки, в которых тонет ее хрупкая фигурка и бледные «чистые» краски лица, Ирен бывает… ну, не восхитительной красавицей, но вполне хорошенькой. Может, я и стала горничной при леди, будучи слишком юной и не имея никакого опыта, но я быстро всему научилась.

Впрочем, сегодня вечером я не могла от души наслаждаться своим триумфом. Мне казалось, что я не слышу ничего, кроме шума крови в ушах и шепота Алека.

Молчи.

— Ну, не так уж и плохо, — протянул Лейтон, вошедший в комнату. Ирен нахмурилась. Она любит уединение, но ее брат уважает его так же мало, как всё (и всех) остальное. — По крайней мере сегодня вечером нам не придется тебя стесняться.

За его спиной я увидела Неда, чье веснушчатое лицо гневно пылало. Он терпеть не может, когда Лейтон цепляется к Ирен. Но Нед спросил только:

— Это все, сэр?

— Абсолютно. — Лейтон и вправду выглядел безукоризненно в смокинге без единой морщинки. — Весь вечер можешь быть свободным.

— И ты тоже, Тесс, — слегка улыбнувшись, сказала Ирен.

Но тут из соседней комнаты послышался голос леди Регины:

— Тесс, ты останешься здесь. Хорн занимается мной. Уложи Беатрис спать.

Мой желудок ныл от голода и страха, но что я могла поделать? Что мне приказывают, то я и должна выполнять.

— Да, миледи.

К тому времени, как я умыла малышку Беатрис, уложила ее спать и леди Регина меня отпустила, я уже ничего не боялась. Хотя всякий раз, как я вспоминала про угрозу Михаила или думала об Алеке, меня охватывала слабость, но голод все же преобладал. Мне казалось, что если я просто поем, то смогу выдержать все что угодно.

Но когда я добралась до своего третьего класса, время чаепития давно прошло. Во сколько в следующий раз накроют стол? Я торопливо зашагала по длинному коридору, ведущему, как мне казалось, в столовую, и наткнулась на Мириам, которую (что весьма интересно) сопровождал Джордж.

— Разве вы не должны заниматься делами корабля? — выпалила я, прежде чем успела прикусить себе язык.

Когда Джордж краснеет, он становится просто очаровательным — по крайней мере, для Мириам, уклончиво улыбнувшейся ему.

— В это время я не на дежурстве, мисс. Подумал, что мы с мисс Нахас можем прогуляться по палубе третьего класса.

— Конечно, мы будем рады, если ты пойдешь с нами. — Мириам кинула на меня испепеляющий взгляд, означавший, только попробуй, и умрешь сегодня же ночью.

Могла бы и не беспокоиться — у меня имелись совершенно другие планы.

— Спасибо за приглашение, но мне необходимо хоть что-нибудь съесть. Чаепитие еще не закончилось, правда? Я знаю, что здорово опоздала на первую смену, но… — Тут я прочитала правду по их испуганным лицам. — О нет!

Джордж поправил свой форменный китель:

— Послушайте меня. Идите на кухню. Персонал там как раз занимается уборкой. Назовите им мое имя, и они непременно вас покормят. Не переживайте, еды всегда остается полно.

Может, он сказал это только для того, чтобы красиво выглядеть перед Мириам, но я так не думала. И, честно говоря, мне было плевать.

— Седьмой лейтенант Джордж Грин, — повторила я на всякий случай. — Спасибо!

— Желаю тебе хорошо провести вечер! — крикнула вслед Мириам. Возможно, она говорила искренне.

Я помчалась по коридору, расталкивая нескольких запоздавших пассажиров, вроде бы возвращавшихся после чая, но уже начала сомневаться. Этого поворота я совсем не помнила, а коридор напоминал лабиринт. Я не привыкла ориентироваться в незнакомых местах, потому что впервые покинула дом, в котором проработала последние четыре года, а до этого провела всю свою жизнь в деревне.

Оглянулась, надеясь увидеть Мириам с Джорджем, но они уже скрылись из виду. Судя по внешнему виду, вокруг больше никто по-английски не говорил. Двое мужчин рядом походили на китайцев. Вот и спрашивай, куда идти!