Одержимый магией - Роджер Желязны

Время от времени он ощущал пульсации в кисти руки, и тогдагде-то начинали дребезжать тарелки. Ден поспешно подавлял эти пульсации,пользуясь техникой биосвязи, которой владел совсем недавно.

— Дела с записями на студии идут не совсем хорошо? —спросил Майкл.

Ден поднял голову и покачал ей. Затем пожал плечами.

— Сперва трудно понять, что делаешь неправильно. Нотеперь я уже вижу многое, что следовало бы сделать иначе…

— А мне понравилось, — сказал Майкл, чем здоровоудивил Дена. Затем он хлопнул ладонью по столу. — Зато небольшие налоги,вычеты… Ты знаешь, как много песен записывают каждый год?

— Да. И я знаю…

— Все же ты кое-что смыслишь в статистике и экономике,несмотря на гуманитарное образование.

— Но больно уж все это сложно, — признался Ден.

Майкл снова хлопнул ладонью по столу.

— Да это почти невозможно понять, черт побери!

Где-то на кухне снова раздался звон разбитой посуды. Денвздохнул.

— Наверное, ты прав. Я ко всему этому еще не готов.

Старший Чейн заказал послеобеденную выпивку. Ден отказался.

— Ты по-прежнему встречаешься с этой Льюис?

— Да.

— Очень экстравагантная особа.

— Нам хорошо вместе.

— Решай сам, это твоя жизнь, — Майкл пожалплечами.

Ден допил кофе. Когда он снова поднял глаза на отца, тотсмотрел на него и смеялся.

— Я рад за тебя, — он коснулся руки Дена. — Ярад, что ты живешь своим умом. Я знаю, что иногда слишком давлю на тебя, нопослушай: что бы ни случилось, знай, что в моей фирме для тебя всегда найдетсяместо. Если ты когда-нибудь решишь сменить работу, знай, что место для тебявсегда есть. Помни об этом.

— Спасибо, отец.

Майкл допил виски и осмотрелся.

— Официант, счет!

Подсвечник на столе начал подозрительно шататься. Ден тотчассреагировал и постарался остановить излучение энергии.

* * *

Мор стоял, держась руками за спинку кровати и яростно терпальцами глаза. Ему показалось, что в последнее время он занимался только сном.И колени его снова распухли…

Он взял со столика у кровати графин с водой и жадно выпил,закашлялся, затем принял снотворное, приготовленное заранее, и запил егоглотком воды.

Подойдя к окну, он откинул тяжелые шторы и открыл его. Набледном небе сверкали звезды. Утро это или вечер? Этого он не мог сказать.

Поглаживая свою седую бороду, он смотрел в окно, прекраснопонимая, что не просто физиологическая потребность подняла его ото сна. Онснова ждал сон, приносящий облегчение, но тот не приходил. Постояв у окна, онзатем опустил шторы, не позаботившись его закрыть. Может, если он вернется впостель, и сон вернется к нему… Да, это хорошая мысль.

Медленно покачивая головой, он подошел к постели.Человеческие тела так подвержены болезням, подумал он. Несколько раз проухаласова. Где-то между стенами скреблись мыши.

* * *

Глубоко под землей, в подвале замка Рондовал, одурманенныйсильным заклинанием, погрузившим его в сон, в величественной позе на полупещеры лежал Лунная Птица — самый могущественный дракон. Его дыхание теплымветром разносилось по пещере, согревая его соседей. Дух его, как некий призрак,носился в небесах. Он пролетал мимо огромный черных птиц, чьи тела были, какмечи, из металла, и летали они на тех высотах, которые были доступны толькоему. Он был невидим и нематериален, он не угрожал и не нападал, и птицы летелипо своим делам, не обращая на него внимания. Он не мог причинить им вреда.

Бессилие приводило Лунную Птицу в бешенство, и онвозвращался назад, в глубокую пещеру, где покоилось во сне его тело. Страшныекогти дракона во сне царапали по каменному полу, едва не задевая соседей.