Дорогами нечисти - Варвара Ветрова

Я уже говорила, что не питаю к Рейграну никаких нежных чувств?

Кажется, говорила. Но это не мешает мне повторить еще раз.

Никаких. Нежных. Чувств. Напротив, этот человек никогда не вызывал во мне иных чувств, кроме отторжения.

И данный случай не был исключением.

Особенно в те мгновения, когда герцог стоял напротив, сверля меня взглядом.

— Значит, Райена, — протянул он, а я прикусила губу. Глупо было надеяться, что мой маскарад сойдет незамеченным для архимага такого уровня. Возможно, визуально, в городе, но здесь…

Да и кому придет в голову лезть ночью в хранилище? Разве что тем, кому приспичит. А приспиченных в Оорске было ровно двое.

— Раз пошли на дело я и… кгм, — убито недоцитировала я известную песню про юшских торговцев.

Герцог неопределенно хмыкнул — видимо, тоже был знаком с народным творчеством. И вновь уставился на меня, на сей раз основательно.

И время остановилось.

Я не знаю, сколько минут мы там провели, — я, сидящая на полу и не совершающая даже попытки отползти, и он со скрещенными на груди руками. Глаза Рейграна мягко светились зеленым светом — видать, магией не побрезговал. Хотя почему я так удивляюсь?

Тем временем молчание затянулось, и я не выдержала:

— Это заразно?

Рейгран заломил бровь:

— Что заразно?

— Ваши глаза, — смело ответствовала я, шустро отползая вдоль стены. Пальцы нащупали что-то, на поверку оказавшееся старой пыльной вазой. — Или вы их можете выключить?

— А, это… — Мужчина моргнул, и адский взор потускнел.

— Спасибо, — поблагодарила я, — а то, знаете ли, инфекций много в природе.

Герцога заметно перекосило.

— Дерзить вздумала? Да ты знаешь…

— Кто вы? Знаю, — я поморщилась, — кажется, именно вас в народе небезосновательно называют господином «да вы знаете, кто я».

Судя по выражению лица Рейграна, он это знал. Даже слишком хорошо — видимо, сталкивался лично. Мало того, герцог застыл, сверля меня взглядом, вот только зря — я уже разошлась.

— А вы тоже… по стене? — задала интересующий меня с первой минуты вопрос. Картинка протискивающегося через узкое окно герцога была настолько яркой, что предательскую улыбку сдержать не получилось.

— Смешно тебе, да? — Рейгран наконец-то отмер и даже проявил какую-то человеческую эмоцию — первую за все время нашего личного знакомства. — А если бы я тебя не поймал на полпути к земле, тоже смешно бы было?

Неожиданно. Настолько неожиданно, что я сразу не нашлась что ответить. Сразу же вспомнился миг моего странного падения — ведь действительно я должна была свалиться вниз, а не в комнату. Тем более что желанное окошко находилось в полуметре надо мной, когда меня подвели особенности архитектуры.

Неожиданно-то неожиданно, а чувства, вызванные этим, были вполне понятными и даже в какой-то степени банальными.

— …! — подытожила я. Герцог вздрогнул — или мне показалось?

— Что?

— Спасибо, говорю, — выдавила жалкое подобие улыбки я, — большое, искреннее человеческое спасибо.

Мысль о том, что сегодня вечером я могла оставить в назидание потомкам лишь мокрое пятно у подножия храма, меня отрезвила. Губы сами собой задрожали, и бравада схлынула, будто ее и не было.

Рейгран, видимо, понял, что со мной происходит, за что схлопотал второе человеческое спасибо, — он просто отошел и зарылся в сундук с книгами, оставив меня наедине с моими переживаниями.

Я постаралась успокоить дрожащие руки, и через несколько минут мне это даже удалось. Правда, выяснился еще один любопытный факт.

— Я слышу ваши эмоции, верно? — Тут и архимагом быть не нужно, чтобы догадаться, что глухое раздражение, примешивающееся к моему страху, не мое.

Герцог вынырнул из глубин сундука и уставился на меня. Его интерес отразился не только во взгляде, но и частично погасил раздражение.

— Догадалась уже, да?

Пришлось кивнуть.

— Я предполагал что-то подобное.

— Предполагали?

— Предполагал. — И он вновь углубился в сундук.

А Рейгран неразговорчив. Впрочем, я бы удивилась, вздумай он подробно просветить меня в данном вопросе, а заодно поделиться своими соображениями по этому поводу.

— Нашли уже? — спросила только затем, чтобы разрушить эту удушающую тишину, прерываемую только шелестом книжных страниц. Рейгран почему-то отлично видел в этом скудном освещении, а мне оставалось лишь догадываться, почему он так хорошо ориентируется в хранилище.

— Нашел. Проблемы на свою голову. — Он выпрямился, держа в руках твердый кожаный чехол — в таких хранят рукописные книги. Я подалась вперед, завязки на чехле с треском лопнули, и Рейгран уставился на содержимое.

Пожалеть о том, что не могу приспособить к его голове свою пару глаз, я не успела. Да и стоило ли?

— …! — тихо выругался мужчина. Кажется, школа жизни его тоже не миновала.

Стол. Зажженный светильник на оном. Около стола с видом баранов, глядящих на новые ворота, стоят двое: черноволосый мужчина и миниатюрная кудрявая девушка. На растерзанном кожаном чехле лежит один-единственный листок бумаги. А на бумаге — одна-единственная строчка, скрепленная красной печатью: