Дорогами нечисти - Варвара Ветрова

Отец Дорон немного постоял у стола, глядя на закрывшуюся дверь, а затем подошел к ближайшему книжному шкафу и достал оттуда небольшой томик в глянцевой обложке.

— Бюрократия, бюрократия… — проворчал он, любовно упаковывая книгу в лежащий на столе чехол. — И ведь главное, комар носа не подточит!

Скрип двери прервал его монолог. Священник вскинул голову и заулыбался.

— Ну, как дела? — Симпатичная темноволосая девушка в одеянии жрицы неслышно подошла к столу.

— Великолепно! — Храмовник любовно завернул книгу в чехол, расправил завязки. — Завтра уедут в свое свадебное путешествие. Не благодари.

— Не буду. — Симпатичная черноволосая девушка в серой мантии жрицы проскользнула к столу. — Все хотела спросить: они там друг друга не поубивают?

— Не должны. — Книга заняла свое место в сундуке, священник выпрямился. — Другое дело, что легко им тоже не будет.

— А кому сейчас легко? — подхватила извечную тему девушка. — Ничего, притрутся. Но не мало ли им будет трех дней до Райдоса?

— Три дня, говоришь… — Отец Дорон оторвался он любовного поглаживания чехла. — Три дня… А это уж как пойдет, — подмигнул он внезапно, вызвав новую улыбку. — Как пойдет, Питума.

Особняк, в который меня привезли, ничем особенным не выделялся — так, дом средней руки. Да и не разглядывала я его особо, сданная на руки подозрительно поглядывающему на меня мажордому.

— Устрой госпожу в гостевых покоях на втором этаже. — Рейгран снял с вешалки и накинул темный плащ. — Обеспечь всем необходимым. Завтра до рассвета выезжаем.

Он уже взялся за ручку двери, когда я все-таки задала вопрос:

— Куда же вы, ваша светлость? Неужели к достойным кандидатурам?

Ответом мне послужил новый ледяной взгляд.

— Не смешно, Райена. Пойду распоряжусь по поводу твоего друга.

Широкую резную кровать было очень удобно пинать. Я отвесила страдалице еще пару ударов и, обессилев, упала на одеяло. На потолке гнусно улыбались крылатые пухлые младенцы. Судя по тому, чем обычно занимаются в подобных покоях, — неудивительно.

Я брезгливо откинула одеяло. Нет, постель была чистой, и легкий запах полевых трав явственно говорил об этом. Даже ночная рубашка обнаружилась — правда, на пару размеров больше. Интересно, что за дама обычно здесь обитает?

Стараясь не думать о «достойных кандидатурах», я подхватила парус, по недоразумению названый сорочкой, и направилась в ванную.

Заминка возникла, когда я мельком отразилась в зеркале. Кудряшки было жалко… очень жалко. Однако если учитывать тот факт, что ближайшие дни мыться придется максимум под дождем, да и то, если повезет, я все-таки решила ими пожертвовать.

Горячая вода здесь была. Были и многочисленные баночки-скляночки, рядом выстроенные на полке. И большое пушистое полотенце, в которое я без зазрения совести укуталась, выбравшись из ванной. В зеркале отразилась помятая сегодняшним днем физиономия. Радовало одно — на щачло Орнессы оно не было похоже.

Кстати, об Орнессе. Надо бы поинтересоваться, что там вообще такое.

Вернувшись в комнату, я с удивлением обнаружила у кровати свою сумку. Правда, раскрытую. И выпотрошенную.

Сверху красным знаменем алели порты.

Злость затопила жгучей волной. Ну, знаете ли…

Оделась я быстро — благо вся одежда была на месте. Скрипнула дверь, выпуская меня в коридор. Так…

А искать-то и не надо. Вон оно само стоит напротив двери и хмуро смотрит на меня.

— Чего встали? Палочкой потыкать? — Вежливость после подобного эксцесса помахала мне ручкой и ушла в запой.

Рейгран заморгал.

— Зачем?

— Признаков жизнедеятельности долго не подаете, — гневно откликнулась и приподняла за ремешок выпотрошенный багаж. — Это что?

— Твои вещи.

— Почему в таком виде?

Мужчина тяжело вздохнул.

— Ты полна сюрпризов, Райена. Я не могу допустить, чтобы эти сюрпризы портили мне жизнь… или лишили меня ее.

Если я и удивилась, то виду не подала. Лишь едко поинтересовалась:

— С каких пор наш архимаг боится девушек?

— Я не боюсь. Я лишь хочу застраховать себя от неожиданностей.

Я икнула, резко осознав, что, кажется, кошеля с настойками в сумке я не найду.

— Верните мне мои зелья, — тихо попросила, вызвав понимающую улыбку.

— Верну. Завтра.

— Лучше сегодня.

Мужчина покачал головой:

— Считай, они в залоге.

— Что-то я не помню, чтобы одалживала у вас денег.

— Это залог того, что утром я не найду распахнутое окно и отсутствие своей жены.

— Вы думаете, отсутствие зелий помешает мне сбежать?

— Думаю, помешает. А если не помешает, — Райена, помни, что я знаю, где тебя искать. Мы поедем верхом, постарайся выспаться. — С этими словами Рейгран повернулся и легко сбежал вниз по лестнице. Посмотрел на меня снизу вверх и улыбнулся уголками губ. — Спокойной ночи.

Я не ответила, пытаясь понять одну важную вещь.

В каком месте меня нагрели?

Заснуть не удалось. Я честно легла и отлежала себе оба бока и живот заодно, но сон ехидно скалился мне сквозь призму мыслей.

Ощущение обмана было настолько ярким, что я даже не стала проверять его наличие. Тот факт, что Рейгран спокойно согласился ехать в Райдос и не стал спорить с храмовником, означал одно: у него есть свой интерес. А если учитывать утренний разговор, этот интерес становится очевиден. Архимагу нужен некий ритуал.

Это меня и беспокоило.

Ритуалы бывают разные. Иногда довольно безобидные, иногда — более сложные, кровавые.

Я поежилась, представив свою обескровленную тушку на алтаре в девственных лесах Райдоса. Ну уж нет, подобного удовольствия я ему не доставлю.

Раздираемая противоречиями, я встала. Подошла к окну и выглянула во двор. Решеток нет, защита вроде тоже отсутствует. Вот бы мне кошель — у меня там есть кое-что, помогающее выявить заклинания. Тем более лучшей возможности для побега и не пожелаешь. С одной стороны.

С другой же…

Во мне определенно текла юшская кровь. Ибо при воспоминании о кошеле целое стадо жаб высадилось мне на горло. Дышать стало сложно.

Нет уж, никакого побега. У меня в кошеле целая сокровищница, рисковать потерей которой я не могу.

Я вздохнула и, присев на подоконник, прикусила губу. Видит божественная пара, что я не хотела ни этого брака с Рейграном, ни последующих приключений. Я всего лишь хотела…

Я посидела еще немного, думая свои мысли. Мысли думаться не хотели, меня отвлекал пустой желудок, который периодически исторгал стоны наподобие человеческих. Хотелось пива и пирожков с капустой, и чтобы с корочкой. А еще картошки в мундире, с подсолнечным маслом и солью, как в пансионе по выходным. Если, конечно, ты не провинился и не отбывал наказание на конюшнях или в подвале.