Академия которой нет - Ханна Хаимович

Но магия не проявлялась. Вероятности не мелькали перед глазами — наверняка ждали самого неподходящего момента.

Вероятности — они такие. Разбегаются, как мыши, таятся по углам и только и ждут неподходящего момента…

В холле царила нервозность. То и дело кто-то вздрагивал, испуганно глядя на стену, окно или дверь, но тут же с облегчением опускал голову. Неудивительно — после рассказа Эллен что угодно примерещится. Интересно, ожидание и готовность увидеть свое зеркало способны стать катализатором резонанса?

Не успела Анаис устроиться на краю скамейки, а Ларс — рядом на своем чемодане, как двери распахнулись. В холл ворвался один из парней, которые уходили с Мерклин. Он придержал тяжелую створку, и вскоре появилась сама Мерклин. Она безжизненно обвисла на руках у другого парня. Третий плелся в хвосте и явно плохо понимал, что творится вокруг.

— Что случилось? — вскочила Анаис. Она бросилась к компании. — Что с ней? Тоже зеркало?..

— Какое зеркало?

— Положите ее на скамейку! — Рядом из воздуха возникла Эллен. — Вот, она уже открывает глаза… Как тебя зовут? Что ты помнишь?

— Я ела… Потом увидела что-то непонятное… будто сто жизней одновременно. Дальше не помню, — прошелестела Мерклин. Она снова прикрыла глаза. Анаис не на шутку перепугалась… пока не заметила, что приятельница искоса поглядывает из-под ресниц на одного из своих спутников. Точно проверяет, как он отреагирует. Вот ведь!..

— Ела? Смотрела в тарелку или еще куда-то?

— В тарелку… Кажется…

— Принесите сюда эту тарелку! Живо! — Эллен обернулась к парням.

— Чего? — протянул тот, что принес Мерклин.

— Принесите тарелку. Из которой она ела. Да поскорее, тупицы! — гаркнула Эллен тоном, который сделал бы честь бывалому полководцу. — Вам потом все объяснят!

То и дело переглядываясь, парни неуверенно двинулись к входу. На их лицах крупными буквами было написано, что они думают об Эллен и как оценивают ее психическое здоровье. Дверь захлопнулась.

Анаис тихонько отошла в сторону и достала из кармана блокнот брата. Погладила выцветший зеленый коленкор. Она теперь все время носила его с собой. Даже начала пользоваться — делала кое-какие заметки, сперва робко, затем все увереннее; вклеила то самое объявление о том, как найти Академию… Но почему-то побаивалась заглядывать на страницы, исписанные почерком Натана. Кажется, он нарисовал там схемы, графики… Анаис казалось, что если она начнет вчитываться, то пути назад уже не будет. А она еще не понимала, готова ли идти до конца.

Растрепанная книжица открылась на первом форзаце — желтоватом и пустом.

Анаис скользнула по нему глазами, и…

На нее точно нахлынул океан. Только вместо воды — образы, образы, образы, текучие, сменяющие друг друга, катящиеся, как капли по ниточке или волны на берег морской… Она увидела себя. Себя нынешнюю, с книжицей, и себя ненастоящую, с сиденьем от стула в качестве магического зеркала, и еще одну себя ненастоящую… И еще. И снова. И сотни знакомых и незнакомых людей. Они обступали плотным кольцом, меняли лица или растворялись в воздухе, а воздух рябил россыпью призрачных картин. Улицы и дома, битвы и поцелуи…

…Она пришла в себя и поняла, что полулежит на все той же скамейке, а Ларс держит ее голову у себя на коленях. Очнувшаяся Мерклин сидела рядом. Эллен было не видно. Наверное, сочла случай рядовым и не стоящим внимания. Все-таки блокнот не доска и даже не тарелка.

Парень со стопкой грязных тарелок как раз входил в дверь. Эллен тут же возникла перед ним, и они начали демонстрировать тарелки Мерклин.

— Нет, эта глубокая, а эта с красным узором, зачем ты их приволок? Не видел, что ли, из чего я ела? — напустилась на спутника Мерклин. Она с отвращением кривилась. Хотя остатки еды на донышках еще не успели прокиснуть, выглядели они непривлекательно. Запахи жаркого с травяным соусом, ванильного мороженого и томатного супа смешивались в невообразимый компот.

Анаис села и опасливо открыла блокнот. Образы все так же мелькали, но уже не вызывали дурноты.

Ларс заглянул через плечо.

— Что там? На что похожи вероятности? — поинтересовался он. Анаис перевернула страницу. На следующей красовалась размашистая подпись Натана и печать дома Инфортов. Ларс неожиданно вздрогнул, будто заметил привидение.

— Это… ваш герб, да? — растерянно спросил он.

— Ну да. Инфорт. А что?

— Ничего. Я его видел…

— Его многие видели. Инфорты — не последняя семья в обществе. Даже после революции мой дед сохранил кое-какое влияние.

— Я не о том. Я его видел… в странной ситуации. Очень давно.

— И что там было странного? — насторожилась Анаис. Но больше ей расспрашивать не дали. Мерклин наконец отыскала нужную тарелку — ту самую, из-под ванильного мороженого. Остальные Эллен телепортировала обратно в кафе, небрежно мазнув пальцем по своему магическому зеркалу, и отошла к модели глобуса.

— Внимание! Слушайте меня! — крикнула она. Голос ее громом раскатился под сводами. Видно, снова не обошлось без магии. — Собеседования завершены! Объявляю перекличку! После этого вам прочитают обзорную лекцию и расселят по комнатам.

Толпа загудела. Ждать уже надоело. Стрелки часов над входом давно оставили позади отметку «двенадцать».

— Клэр Азельен!

— Здесь, — та лениво поднялась, и Анаис невольно залюбовалась ею. Уверенность чувствовалась во всем — в движениях, в осанке, в наклоне головы и манере поправлять волосы. Уверенность, своенравность и четкое знание цели. Вот кто не стал бы бежать от повстанцев…

— Даррен Аббафи!

Поднялся парень, сидевший возле Мерклин. В руке он все еще держал злополучную тарелку.

— Ларс Аласси!

Что? Аласси? Она сказала «Аласси»?!

Анаис застыла и лишь смотрела, как Ларс поднимается, а Эллен отмечает его в списке. Проклятье! Покровитель Каррайе! Надо же было случиться такому совпадению! Первый сокурсник, с которым она познакомилась, к тому же симпатичный парень, который ей просто понравился — и вдруг из этого проклятого клана! Аласси… Теперь ей стало понятно, что он имел в виду, рассказывая об отце, требующем, чтоб сын пошел по его стопам. Еще бы! Все они там идут по стопам! И это странное «У меня-то? Не украдут»… И то, что Ларс узнал печать Инфортов… Силы небесные, наверняка он видел герб в ту ночь, когда у родителей украли медальон наследника Генрио! О Покровитель…

— Анаис Инфорт!

Она встала. Ноги держали как-то неуверенно, хотя с чего бы? Мир пока не перевернулся. Но, возвращаясь на место, Анаис села между Мерклин и незнакомой девушкой с пышными золотыми кудряшками, в сторонке от Ларса.

От выходца из клана воров, причастного к гибели ее родителей.

Она постаралась мыслить трезво. В ту страшную ночь Ларсу наверняка было столько же лет, сколько и ей – четырнадцать, от силы пятнадцать… Когда там у них инициация — в шестнадцать? Раньше? Так или иначе, Аласси начинали обучать детей ремеслу с ранних лет. Подростки умели немногим меньше взрослых воров с опытом. Он вполне мог быть на подхвате. Помогать в мелочах, обеспечивать отход… как там они это делают? Без разницы. О воровских приключениях было написано немало книг — в одних злодеев ловили, в других оправдывали, — но Анаис лично вышвырнула их из библиотеки после несчастья. Преступники могут вызвать интерес и сочувствие только у тех, кто ни разу не становился их добычей. Или у тех, кто сам был бы рад убивать и грабить, но духу не хватает.