Я не ваша, мой лорд - Ольга Островская

А следующее, что я слышу, это голос герцога.

— Что ж ты её спать не отправила, Ниота?

— Так девочка вас ведь непременно дождаться хотела. Блинами вот угостить, вашими любимыми, порадовать вашу светлость. Сама пекла, старалась. — расхваливает меня кухарка, отчего уши неожиданно начинают гореть от смущения.

Поднимаю голову и вижу моего лорда. Он сидит напротив и смотрит на меня. Уставший, грустный немного, но почему-то такой родной.

— Сама, говоришь? — улыбается мягко.

Я киваю и неуверенно улыбаюсь в ответ.

— А к блинам что?

— Черничное варенье и взбитые сливки. — сообщаю, довольная собой.

— Ух ты. Прямо всё, как я люблю. Спасибо, Скарлетт. И знаешь, для того, чтобы твоё угощение стало идеальным, не хватает лишь одного. — заговорщически подмигивает мне мужчина.

— Чего же? — с замиранием сердца спрашиваю я.

— Приятной компании. Ты ведь её мне составишь?

— С радостью. — соглашаюсь чинно, как учила мама, хотя в душе хочется прыгать от восторга. Ему нравится, нравится. Значит, я на верном пути. А завтра придумаю ещё что-нибудь новенькое.

Севастьен

С тех пор, как уехала Рия, Скарлетт стала как-то странно себя вести. Сначала я не особо обратил внимание. Ну подумаешь, девчонка стала помогать на кухне и участвовать в приготовлении, либо и вовсе самостоятельно готовить мои любимые блюда. Если ей нравится готовить, почему бы и нет. Тем более, что получается ведь хорошо. На уроках она изначально выкладывалась на полную, а теперь ещё и стала расспрашивать меня о моей учёбе, работе в Департаменте, планах. Я как-то о себе рассказывать не привык, но Скарлетт каждое моё слово ловила с таким вниманием и даже восхищением, что, каюсь, мне и самому хотелось ей поведать, как можно больше. А потом эта хитрая зайчишка поинтересовалась, может ли её дар пригодиться на службе в Департаменте.

— Ещё спрашиваешь. — улыбнулся я. — Ты видишь магию лучше, чем кто-либо, значит сможешь читать магические почерки, а твоя способность, как ты это называешь, договариваться это и вовсе что-то невероятное. Уникальный дар. Если ты захочешь стать ищейкой и пойти в следственный отдел, то вполне можешь стать лучшей в этом деле. — Я говорил, а у неё глаза буквально загорались, отчего создавалось отчётливое ощущение, что я присутствую при рождении мечты.

— Я хочу. Очень хочу. — прошептала она, сжимая маленькие кулачки. Такая кроха, и не дашь ей девять лет. С виду Скарлет кажется младше, если только в глаза не заглядывать. Порой они смотрят совершенно не по детски.

Ну что же, это желание вполне осуществимо. Хорошая школа, лучшие наставники, Академия и будет ей следственный отдел. С руками и ногами возьмут. Надо будет Виттории сказать.

А на следующий день после этого разговора я отправился сначала в Академию, где получил свои заслуженные "отлично" по зачётам и соответственно допуск до выпускных испытаний. У меня была назначена встреча с Яргардом, я сильно спешил и не особо обращал внимание на несколько удивлённые взгляды встречающихся мне студентов и преподавателей. В карете, по дороге во дворец, всё моё внимание принадлежало папке с уликами по последнему делу, которое я вёл в Департаменте, поэтому ничего необычного я тоже не заметил. И лишь шагая коридорами королевского дворца и снова ловя на себе недоумевающие взгляды, понял, что всё-таки со мной сегодня что-то не так.

— Тебе идёт этот цвет. — услышал я от короля вместо приветствия, стоило мне оказаться в кабинете его величества. Яргард Сэйнар, склонив голову набок, с интересом рассматривал мои… ноги. — Чем вызваны столь разительные перемены в твоём сдержанно-мрачном образе?

Не понимая, о чём он говорит, я наклонился, чтобы посмотреть о чём идёт речь и опешил. Вместо любимых чёрных сапог, которые я совершено точно обувал утром, на мне красовалось какое-то вишнёвое безобразие. Как? Откуда? Не мог ведь мой камердинер такое сделать. И тут я вспомнил, как утром одна маленькая девочка спрашивала нравится ли мне, как начищенны мои сапоги.

— Скарлетт. — прорычал я. Вот ведь разбойница малолетняя. Зачем она это сделала?

— Что за Скарлетт? — поинтересовался король, откидываюсь на спинку кресла. — Необычное имя. Твоя новая пассия?

— Нет, моя новая головная боль. — раздосадовано ответил я, усаживаясь напротив него.

— Расскажешь? — удивлённо вскинул брови Яр.

Почему бы и нет? Сомневаюсь, что мой венценосный друг хорошо разбирается в поведении девятилетних девочек, но две головы однозначно лучше, чем одна. Так что, я поведал королю историю о том, как мои защитные заклинания взломала уличная воришка, чтобы стащить с моей кареты корзину с булками, и как так получилось, что эта егоза сейчас живёт у меня.

— То есть, раньше эта твоя зайчишка таких пакостей не делала? — сделал закономерный вывод Яр.

— Нет. Наоборот, девочка всячески пытается мне угодить. — а ведь действительно пытается, и как я раньше не понял? Может и с сапогами этими совсем не напакостить хотела? Всё-таки рассказать Яру, было правильным решением. — Ладно, приеду домой, поговорю с ней. Думаю, это какое-то недоразумение.

Так и оказалось. Стоило мне оказаться дома и позвать Скарлетт, я уже по выражению её лица всё понял. Девочка прибежала из кухни с сияющими радостью глазами, но встретившись с моим суровым взглядом, затормозила настороженно. Её взгляд метнулся к моим сапогам и глаза внезапно стали огромными, как плошки. А ещё в них появился страх. Нет, ну этого я совершенно точно не хотел.

— Скарлетт, скажи это твоих рук дело? — вздохнув, спросил я.

— Да. — пискнула она, понурив голову.

— И что ты хотела сделать на самом деле?

— Начистить вам сапоги. Я умею, правда. И не знаю, почему так получилось.

— Юная леди, наверное, перепутала баночки, ваша светлость. — поделился своими соображениями, появившийся рядом Баккот. Губы моего верного камердинера подозрительно подрагивали. — Там в шкафу рядом с ваксой лежало средство для чистки серебра. Оно тоже чёрное и могло так среагировать с остатками ваксы на ваших сапогах.

— Ясно. — ну что же, уже хорошо, что это вышло не нарочно. Наказывать её мне точно не хочется. — Не хочешь мне ничего сказать, Скарлетт?

— Простите. Я не хотела. — подняла она на меня полные слёз лазурные глазищи, осознанно, или нет, заставляя забыть, что я вообще был на неё зол. Какое наказывать? Вон как переживает. Да и что тут такого? Подумаешь, вишнёвые сапоги.

— Прощаю, зайчишка. Больше так не делай. — улыбнулся я, закрывая тему, и, приобняв за плечи, увлёк её в столовую. — Ты не знаешь, что сегодня на ужин?

— Знаю, конечно. — облегчённо выдохнула девочка, и сверкнула озорной улыбкой. — А красивый цвет получился.

— Да, пожалуй. Королю даже понравился. — согласился я.

— Правда? — потрясённо выдохнула Скарлетт.