Наследница Единорогов - Энн Маккефри

– Мне кажется, это вы ничего не поняли. Акорна больше не является вашей проблемой. После хирургической операции и медикаментозного лечения она будет отправлена в сиротский приют; мы также проведем поиски покинувших ее родителей.

– Черта с два! – взревел Гилл! – мы забираем ее. Сию минуту. Вы сами за ней пошлете, или нам сходить?

– Она должна была отправиться в хирургическое отделение в 13.30, – Эва посмотрела на наручные часы. – Уже слишком поздно.

– Успокойся, Гилл, – взглянув на свои собственные часы, проговорил Калум. – Сейчас только 13.45. Они, должно быть, все еще возятся с анестезией, – он присел на край стола Эвы Глатт, небрежно прикрыв от нее клавиатуру рукой. – Однако же мне кажется, что самым разумным для вас было бы рассказать нам, как добраться до отделения хирургии.

В кабинет вошла молодая женщина; ее темные волосы были заплетены в толстую косу, переброшенную через плечо.

– Полагаю, джентльмены, я могу вам помочь в этом вопросе, – сказала она. Ее грудь вздымалась так, словно она бежала, но голос звучал спокойно. – Так вышло, что я сама иду в это отделение.

– Это было бы очень кстати, – ответил Гилл. – Мы, надо сказать, очень торопимся…

Он вывел девушку в холл, не давая ей увидеть то, что происходило в кабинете Эвы Глатт; Калум тем временем шагнул к столу и перехватил руку Эвы, собиравшейся нажать какую-то кнопку на панели.

– Рафик, иди вперед. А я пока займусь этой… дамой: присмотрю за ней, чтобы ей не пришло в голову вызвать службу безопасности…

Он вытащил Эву Глатт из кресла, поставил ее на ноги и зажал ей рукой рот.

– Калум, – прервал его Рафик, – у нас нет времени тащить с собой заложника. И мы вовсе не хотим тревожить нашу проводницу…

Он пошел к Калуму и Эве. Глаза Эвы Глатт немедленно закатились, и она безвольно обмякла.

– Что ж, эта проблема решена, – с облегчением проговорил Калум. – Она без сознания.

– Нет, – возразил Рафик, – только обессилела от страха. Прошу простить меня за то, что я сделаю, – обратился он к Эве, которая немного ожила и снова попыталась вырваться из рук Калума – правда, без особого успеха, – но у нас нет доступа к вашим, несомненно, более научным методам, позволяющим утихомирить человека.

Он ударил Эву в лоб кулаком: его движение было настолько стремительным, что она едва ли успела его заметить. На этот раз Эва обвисла на руках Гилла, действительно лишившись чувств.

Гилл и та девушка, которая предложила проводить их в хирургическое отделение, уже успели уйти достаточно далеко, когда Калум и Рафик вышли из кабинета и, едва не переходя на бег, поспешили за ними по длинному коридору, сворачивавшему налево. В конце концов, они действительно побежали и нагнали девушку и своего товарища на пересечении двух коридоров, где те ненадолго остановились.

– Если вы будете бегать, – сурово проговорила девушка, – то наверняка привлечете чье-нибудь внимание. Просто идите так быстро, как только можете. Я полагаю, вы трое и есть те мужчины, которые привезли с собой инопланетного найденыша, верно?

– По крайней мере, хоть один человек здесь понимает, что она не относится к человеческому роду, – проговорил Рафик, пока они быстро шагали по коридору. – Да. Акорна наша. Или мы – ее. В зависимости от того, с какой стороны на это смотреть. И ее нельзя подвергать хирургической операции.

– Верно. Мой босс, доктор Форелль, тоже хочет, чтобы операции не было. Он должен был предупредить об этом отделение хирургии, чтобы они задержали операцию, пока я не доберусь до отделения и не передам приказ передать девочку нашему отделу.

– Минуточку! – Гилл схватил девушку за плечо. – Ее нужно передать нам , а не в другой отдел этой проклятой компании!

– Вы, – не остановившись ни на миг, ответила девушка, – не можете отменить распоряжения Эвы Глатт о проведении немедленного хирургического вмешательства. Я – могу.

– Кто же вы, в таком случае? – спросил Рафик.

– Джудит Кендоро. Психолингвистика. Я работаю на доктора Альтона Форелля.

– Да сохранят нас все святые! – воскликнул Гилл. – Неужто на “Объединенных Производителей” работают только яйцеголовые?

– “Объединенные Предприниматели” решили использовать старую базу КРИ под отделы исследования и подбора личного состава, – объяснила Джудит. – Они свертывают независимые операции по разработке полезных ископаемых; ваша команда – последняя группа контрактников, прибывшая сюда. В дальнейшем добытые ископаемые будут переправляться на другие станции в автоматических грузовых капсулах.

Несмотря на то, что шли они довольно быстро, девушка дышала все так же ровно и спокойно.

– Форелль… – задумчиво повторил Рафик. – Это тот самый человек, который хотел получить от нас записи первого контакта с Акорной?

– Да. Он верит – или, по крайней мере, хочет надеяться на то, что эта девочка – разумное инопланетное существо.

– Значит, он на нашей стороне?

– Я бы не стала этого утверждать с такой уверенностью, – Джудит остановилась: в этом месте коридор разветвлялся на три. Стены каждого коридора были покрыты своим узором зеленых и желтых полос. – Он не хочет, чтобы ее подвергали хирургической операции до того, как ему представится возможность изучить ее. А что вы хотите с ней делать?

– Заботиться о ней, – ответил Гилл.

Джудит смерила его с головы до ног долгим взглядом, потом повернулась к Рафику:

– Я надеюсь, вы говорите правду?

– Можете смело в это верить, – ответил Рафик.

– В таком случае… – она оглянулась назад: Калум шагал по коридору и скоро должен был нагнать товарищей. Джудит заговорила тише: – Не позволяйте доктору Фореллю забрать ее. Он будет извлекать из ее мозга воспоминания о словах ее родного языка, не заботясь о том, как это повлияет на девочку и что будет с ней потом. Это может оказаться даже хуже, чем хирургия.

– Что же нам тогда делать?

– Ваш корабль готов к отлету?

– Мы недавно вошли в док: нам нужно было только заправиться и обновить воздух на корабле – никакого ремонта не требовалось…

– Тогда, – сказала Джудит, – вот что нам нужно делать дальше.

Она изложила им свою идею.

– Вы слишком легко доверяетесь нам, – заметил Рафик, когда она закончила.

– Но кому-то ведь надо верить, – ответила Джудит, – и, кроме того, я… я некоторое время подслушивала под дверью, прежде чем войти в кабинет доктора Глатт. Кстати сказать – могу я надеяться, что вы придушили ее?

– Времени не было, – ответил поравнявшийся с ними Калум. – Мы просо вырубили ее.

– Тоже неплохо.

– Если вы слышали наш разговор, значит, вы кое-что о нас знаете. Но что мы знаем о вас? Почему вы так рискуете ради нас? – требовательно спросил Гилл.