Отбор для короля дракона - Марго Генер

— Я из далека. Плохо знаю местную историю. Прям реально плохо. Можно сказать, совсем не знаю.

— И как только таких на отбор занесло… — пренебрежительно отозвалась девушка. — Тебе следовало покинуть его вчера, если даже элементарного не знаешь. И вообще, если хочешь знать, здесь…

— О чем так мило беседуют две девушки на другом краю стола в присутствии короля Дорноса? — прервал ее глубокий властный голос. Девушка моментально побледнела, бросив на Рину перепуганный взгляд.

Такого испуга в женских глазах Рина никогда не видела. Из надменно-пренебрежительной девушка вдруг превратилась в дрожащую овечку.

Быстро поднявшись, она склонила голову в поклоне и пролепетала:

— Прошу простить меня ваше величество. Этого не повторится.

Король скривился, беря со стола инкрустированный рубинами кубок.

— Уверен в этом. Потому, что вы сейчас же покинете мой отбор. Не собираюсь терпеть неуважение.

Девушка пошатнулась, и упала бы, если бы не уперлась ладонью в столешницу, глаза выпучились и немигающе уставились в тарелку.

От такой вопиющей несправедливости у Рины даже дыхание перехватило. Да что он в самом деле! Не в плену же они тут, в конце концов.

Король тем временем, отпил из кубка и сделал знак юноше в белом вывести девушку. Тот коротко кивнул и направился через беседку.

Девушка продолжала стоять, таращась в никуда, губы становились все бледней, в глазах блестело. Видимо, этот отбор для нее крайне важен, если так паникует. Но почему? Король обещал хорошо наградить всех, кто на него попал, отличительный знак какой-то вручить. Может надо продержаться, как можно дольше, чтоб получить больше бонусов?

Черт, ну почему она ничего не знает? Этот клирик вместо словоблудия про долг и что-то там еще лучше бы рассказал, как тут все устроено.

Нет, надо что-то делать.

— Эм, ваше величество? — проговорила Рина, подняв руку, как на лекции, когда Лиам оказался уже рядом с девушкой.

По беседке прокатился испуганный вздох, девушки переглянулись и уставились на нее дикими глазами, мол, что ты творишь, молчи, дура, а то и тебе достанется.

Король взглянул прямо на нее, и Рине показалось, сквозь ее тело пропустили огненный столб — всю обдало жаром. Но отступать поздно.

— Вы что-то хотели, м… мисс… — спросил он.

— Ри… Катриана, — быстро представилась она, путаясь в именах, которыми теперь положено называться и поднялась.

Король бросил короткий взгляд на Лиама, тот произнес четко и сдержанно:

— Катриана Отокар, племянница барона Отокара, владельца земель между Кнерскими горами и рекой Шираной.

Его величество несколько секунд изучал Рину. И эти секунды показались ей вечностью. Взгляд желтых, как расплавленное золото глаз скользил по ней, обжигал, словно на ней не платье из вообще-то плотной ткани, а вообще… нет платья. В его золотых волосах пляшут солнечные зайчики, но лицо остается внимательным и хищным. Ууу… зачем она влезла, сидела бы молча, так нет, влезла со своей обостренной жаждой справедливости.

Расхлебывай теперь.

Ансар Агаринос наконец произнес:

— Катриана? Та, что вчера рухнула мне в руки?

От такой постановки вопроса к щекам прилил жар. Ему в руки? Она же не специально!

Но девушки, которые вдруг стали смотреть на нее волком, этого не знали. И в эту секунду Рина поняла — подруг у нее здесь не будет.

Сглотнув тугой комок, она нервно поправила смоляной локон и проговорила, стараясь быть сдержанной и твердой, хотя внутри все трясется:

— Извиняюсь за вчерашнее, ваше величество. В зале было душно.

Девушки снова охнули, Рина догадалась, что опять сморозила что-то не то. Соседка, которую король приказал вывести уставилась на нее молящими глазами, мол, ты что творишь, молчи, мне уже не помочь, не топи себя, он же тебя выгонит. Лиам позади нее приподнял бровь и послал вопросительный взгляд королю.

Все замерли.

Видимо, она и правда как-то дерзко себя повела.

Король внезапно усмехнулся, все как-то расслабленно выдохнули, даже Лиам позади.

— Значит, душно? — уточнил он.

Рина уже пожалела, что сказала это, но деваться некуда.

— От тех вазонов с огнем, наверное, — проговорила она неуверенно.

— Не любите огонь? — спросил король все так же спокойно, но в вопросе Рина уловила скрытый смысл и напряжение.

Она ответила спешно:

— Почему? Люблю. Зимой в приюте печку топили, дровяную, очень помогала не замерзнуть. И когда свет отключали, свечи жгли. Нет, вы не подумайте, у меня с огнем все в порядке. Даже не обжигалась ни разу.

Рина понимала, что несет какую-то околесицу, причем слишком тарахтит, но короля, это видимо забавляет — смотрит сурово, все так же обжигающе, но самый уголок губ подрагивает.

Он потер подбородок и произнес медленно:

— Зимой… Зима это… что?

Рина запоздало вспомнила, что в совсем другом мире, тут могут и не знать про снег.

— Ну, это такая погода, — спешно объяснила она, — там, где я выросла. С неба падает замерзшая вода. Белая, очень холодная и красивая.

Брови короля сдвинулись, уголок губ дергаться перестал, а у Рины сердце в пятки ушло.

— Подойди, — коротко сказал он.

Внутри нее все рухнуло. Сейчас он ее пришибет непонятно за что. Клирик предупреждал, что он чудовище, а она, наивная, вздумала его вразумить. Короля-дракона! Она, студентка, выросшая в приюте.

Идти не хотелось. Но на нее смотрели все, а заставлять ждать короля означает вызвать настоящий гнев.

На чугунных ногах Рина выбралась из-за стола и приблизилась к правителю.

Рядом с ним ощутила еще сильней, как все тело становится мягким, неуправляемым, как сердце то замирает, то пускается вскачь. Спина взмокла. Она нервно сглотнула — что сейчас будет…Король чуть отодвинулся, опершись на спинку стула и сделал знак ладонью, чтобы она опустилась. До Рины не сразу дошло, что он требует, чтобы она стала перед ним на колени. И в любой другой ситуации взбунтовалась бы не на шутку, но сейчас, казалось, это в пределах нормы местных этикетов, и ее не будут считать… В общем, медленно она опустилась.

Голову склонить забыла и теперь во все глаза рассматривает лицо короля. Все-таки, он невообразимо красив. Пугающе, хищно, мощно. Именно так должен выглядеть дракон в человеческом облике.

Король усмехнулся, видимо, его позабавила её непосредственность. Затем наклонился вперед, взгляд скользнул на задрапированное декольте.

— А это что? — спросил он.

— В платье не хватало деталей, — ответила Рина.