Там, где тепло - Павел Корнев

– Нормально везу, – в очередной раз зевнул Денис и пояснил: – Если с Терешковой заезжать, замучаемся в очереди стоять.

– Промзону окончательно огородили?

– Какой там! Въезды перекрыли и копаются потихоньку. – Селин достал откуда-то из-под ног термос и протянул мне: – На, хлебни.

Я задрал маску, свернул крышку и с наслаждением глотнул горячего сладкого чая.

– Хорошо!

– А ты думал! – пробурчал Денис, немного отпил сам и вернул термос на место.

– Чего-то ты сегодня конкретно не в духе, – присмотрелся я к парню. – Проблемы?

– Проблема рядом со мной сидит. – Селин вытер варежкой под носом и покачал головой. – У меня дел невпроворот, а приходится с тобой по Форту мотаться!

– Да какие еще у тебя дела? Так и скажи, что задницу морозить не хочешь!

– И это тоже, – не стал спорить Денис, направляя сани через дворы затесавшихся меж заброшенных цехов жилых домов. – А вообще у меня на сегодня планы были! Нашли, блин, мальчика на побегушках!

– Не мальчика на побегушках, а водителя кобылы. Даже двух кобыл…

– Иди ты! – ругнулся парень и остановил сани перед шлагбаумом, перегородившим служебный въезд на промзону.

Из караулки на улицу неспешно вышел мужик в облезлой ушанке, огромных валенках и тулупе с пустыми красными петлицами. Глянув на пропуск Селина, рядовой взмахом руки велел поднять шлагбаум и отправился обратно, но Денис поспешил его окликнуть:

– Служивый! Как к цеху, где колючку делают, проехать?

– А кто там за главного? – задумался мужик и поправил свисавший с плеча СКС.

– Марков! – подсказал я.

– Сейчас прямо, на втором перекрестке налево. И до упора.

– Благодарю!

Селин уселся на козлы и взмахом вожжей заставил лошадей вновь тронуться в путь. За спиной у нас со скрипом вернулся на место шлагбаум, и я с интересом начал озираться по сторонам. Впрочем, за время, прошедшее с моего последнего сюда визита, тут ровным счетом ничего не изменилось. Караулку на въезде поставили и все. А так и цеха полуразвалившиеся никто не ремонтирует, и дороги не чищены. Ладно хоть нам пока по сугробам пробираться необходимости нет. Иначе только на снегоходах, сани вмиг увязнут.

Внимательно поглядывавший по сторонам Денис, как и подсказал караульный, свернул на втором перекрестке налево, и уже минут через пять мы уткнулись в свежеокрашенные ворота, ярко-зеленым пятном выделявшиеся на фоне грязно-серого снега, ржавчины и замызганного бетона стен.

Навстречу нам никто выходить не спешил, и соскочивший с козел Селин раздраженно приложил ногой по громко лязгнувшему листу профнастила.

– Вымерли они, что ли? – обернулся он ко мне.

– Да нет, вон дым из трубы валит, – указал я на крышу цеха и неожиданно уловил чей-то настороженный взгляд. – Эй, там! Может, хватит уже пялиться?

– Чего надо? – приоткрыв калитку, выглянул в узкую щель охранник.

– К Маркову.

– Вас ждут?

– Несомненно.

– Как представить?

– Сами представимся! – усмехнулся Селин. – Открывай!

– Еще чего! – возмутился охранник, и стоило Денису шагнуть к воротам, как он моментально скрылся за оградой и лязгнул засовом. – Или говорите, как представить, или проваливайте!

– Вот гаденыш! – удивился не привыкший к подобному обхождению Селин.

– Дружину вызову!

– Передай, Евгений Максимович его видеть хочет.

– Передам, – не стал больше ничего выспрашивать охранник и предупредил: – Ворота не трогайте, они под напряжением!

Я глянул на тянувшиеся поверх забора витки колючей проволоки и сообразил, что новую разработку Марков решил в первую очередь обкатать на своем собственном цехе. Пусть в городе от накопителей Иванова толку и немного – основные перепады магического напряжения стены Форта на себя принимают, – но хоть какое-то представление о работе комплекса в полевых условиях технарям составить все же удастся.

– Вот урод! – никак не мог успокоиться злой на весь белый свет Денис. – Надо ему пробить!

– Ты аккуратней, у него «дырокол», – предупредил я.

– Откуда знаешь? – удивился парень и тут же махнул рукой: – Ах да, ты же из этих! Да мне на его «дырокол» с высокой колокольни! Не сработает он.

– Да ну?

– Зуб даю.

Тут послышались быстрые шаги и хриплые голоса, а мгновенье спустя вздрогнули и начали медленно открываться ворота. Приглядывавший за выскочившими на мороз в одних спецовках работягами давешний охранник указал во двор и крикнул:

– Заезжайте!

Селин загнал сани в ворота, я прошел следом и спросил:

– Теперь куда?

– Заходите в АБК, – подсказал охранник, на поясе которого и в самом деле болтался чехол с «дыроколом». – Там подскажут.

Селин задумчиво глянул на него, но скандалить не стал и зашагал вслед за мной к административному корпусу. Оказавшись в полутемном холле, он уселся на отодвинутую к радиатору центрального отопления лавку и вытянул ноги.

– Ты иди, тут тебя подожду.

– Не скучай.

Я толчком распахнул следующую дверь, и сидевший за конторкой охранник с ленцой оторвался от журнала с замусоленной обложкой, который он разглядывал в тусклом свете моргавшей под потолком лампочки.

– Проходите на второй этаж, – подсказал парень, прежде чем я успел спросить, где искать Маркова. – Вас ждут.

На втором этаже оказалось темно и пустынно. Все кабинеты закрыты, дорогу спросить не у кого. И куда мне дальше, интересно?

Ну, Георг, жмот, мог бы и секретаршу нанять…

Но тут в дальнем конце коридора распахнулась дверь, и из нее в коридор выглянул господин Марков собственной персоной – плотного сложения мужчина, с недавних пор ставший моим компаньоном в деле производства колючей проволоки и кое-каких сопутствующих продуктов.

– Евгений! – махнул он мне рукой. – Заходи!

– Привет! – Я прошел в небольшую комнатушку, сплошь заставленную металлическими шкафами, и пожал протянутую руку. – Еще меньше конуру не мог найти?

– Больше этой, как ты выразился, конуры мне хоромы и не нужны. Не балы, чай, устраивать.

– А чего секретаршу не заведешь?

– Никак с женой согласовать не получается, – усмехнулся Георг. – Такие вот дела.

– Проблемы? – поинтересовался я, приметив, как оттопыривает полу пиджака заводчика убранный в чехол на поясе жезл «свинцовых ос».

– А? – не понял Марков, потом сообразил, что именно меня насторожило, и рассмеялся: – Нет, привычка просто. И сам не расслабляюсь, и другим не даю.