Врата ведьмы - Джеймс Клеменс

Девушка уже потянулась к обложке, когда ночную тишину разорвал трубный клич дракона. Первым побуждением Элены было — спрятать книгу, но она узнала голос Рагнар’ка.

Ведьма настороженно вгляделась в темноту. Ее спутники замерли рядом.

— Что-то случилось, — пробормотал Эр’рил, напряженно рассматривая ночной А’лоа Глен.

Внезапно черная крылатая тень промелькнула на фоне луны, устремляясь к ним.

Мама Фреда повыше подняла фонарь, а Тикал пронзительно заверещал:

— Большая птица… Большая, большая птица…

Дракон пронесся над шпилями и крышами А’лоа Глена, будто мотылек, стремящийся на свет. Поравнявшись с башней, он завалился на одно крыло и начал описывать круги в воздухе. Всадник, оседлавший дракона, что-то кричал, но его голос терялся из-за большого расстояния. Эр’рил помахал рукой, призывая Рагнар’ка садиться.

С ревом, хлопая огромными перепончатыми крыльями, дракон подлетел к дальнему краю площадки. Серебряные когти глубоко врезались в гранитный парапет. Черные глаза, отражающие свет звезд и луны, глядели изучающе и холодно.

На спине дракона сидели двое, и Элена узнала их: Мерик и Сай-вен.

Принц-элв’ин соскользнул с чешуйчатой спины и, покачнувшись, легким танцевальным движением восстановил равновесие. Казалось, он и не замечал пропасти позади. Что такое высота для существа, сотканного из ветра и воздуха? Мерик спрыгнул с парапета, подбежал к трем людям и опустился на одно колено перед Эленой.

— Принцесса крови, — тяжело дыша, произнес он.

Щеки Элены вспыхнули, несмотря на прохладу.

— Встань, Мерик! Довольно этой ерунды. Что за срочное дело привело вас ко мне? — Она указала на дракона и Сай-вен.

Принц взмахнул рукой, все еще тяжело дыша.

Сай-вен тихонько соскользнула с шеи Рагнар’ка и спустилась на камни по его чешуйчатому боку. Мер’ай потрепала дракона по морде и на миг прижалась лбом к его щеке, очевидно мысленно общаясь с огромным зверем. Элена обратила внимание на печальную улыбку Сай-вен, когда та отошла в сторону.

Чешуя, когти, крылья взметнулись черным смерчем, из которого на гранитный парапет вывалился обнаженный человек. Каст. Элена отвела взгляд, дожидаясь, когда Сай-вен подаст ему узелок с одеждой.

Мерик наконец-то отдышался. Все еще стоя на коленях, он снял с плеча сумку и открыл ее, извлекая лютню. Отшлифованное дерево, красно-коричневое с золотым отливом, сияло в свете звезд. Элена узнала инструмент, и спазм горького сожаления сжал ей горло.

Лютня Ни’лан.

— Что произошло, элв’ин? — строже, чем следовало, спросила девушка.

Мерик поднялся на ноги, мрачно кивнув Эр’рилу.

— У меня для тебя новости, — сказал он. — Сообщение от… О, Добрая Матушка, понимаю, что это звучит почти безумно…

Ведьма мягко прикоснулась к руке принца.

— От кого сообщение?

— От Ни’лан. — Ярко-синие глаза Мерика встретили пристальный взгляд Элены.

Девушка отдернула руку, задыхаясь, будто от удара.

— Но это невозможно, — заметил Эр’рил.

— Вы думаете, я не удивился? — Элв’ин оглядел окружающих его людей.

К этому времени Каст и Сай-вен присоединились к остальным. Кровавый наездник хрипло проговорил:

— Элв’ин ничего не выдумал. Мы все это слышали. Струны лютни говорили с нами.

— О чем вы? — Эр’рил нахмурился.

Мерик коротко пересказал, что случилось на борту «Бледного жеребца».

— Я узнал ее голос, — закончил он. — Она требует, чтобы я принес лютню в Западные Пределы. Леса под угрозой.

— Но она же мертва.

— Может быть. А может быть, и нет, — рассудительно произнес Мерик. — Ни’лан — нифай. Она — существо корней и земли. В ней еще меньше человеческого, чем во мне.

Эр’рил открыл рот, чтобы возразить, но Элена жестом остановила его:

— Живая или нет, о какой угрозе она говорила?

Ведьма вспомнила срочное сообщение, принесенное шаманом-зу’улом. Опасность из Западных Пределов. Врата Вейра.

Мерик покачал головой, глядя в сторону.

— Не знаю точно. Какая-то угроза лесу. — Он пожал плечами. — Ее последние слова, на мой взгляд, вообще лишены всякого смысла. Но она торопила и настаивала на своем. — Принц посмотрел прямо в глаза ведьмы. — Уничтожьте врата, или все будет потеряно!

Потрясенная Элена повернулась в Эр’рилу. Оба молчали, но поняли друг дружку без слов. Врата Вейра. Второе предупреждение за один день.

— Мы не можем пропустить это мимо ушей… — прошептала Элена.

Воин слегка кивнул, но окончательное решение оставил за ней.

— Я прошу твоего позволения взять один из кораблей элв’инов, — проговорил Мерик. — Я разыщу Ни’лан или ее дух. И верну лютню хозяйке.

После недолгого колебания Элена посмотрела на Эр’рила, но заговорила с Мериком:

— Это не первое предупреждение о надвигающейся с запада опасности, которое мы услышали. — Она тронула локоть воина Станди. — Расскажи Мерику о сообщении мудреца из племени зу’улов.

Эр’рил не стал возражать и вкратце поведал элв’ину о встрече с темнокожим шаманом и призыве лорда Тайруса.

— Мисилл и ее сподвижники отправились в замок Мрил, — продолжила Элена, когда он закончил. — Если ты, Мерик, решил лететь на запад, я бы советовала взять с собой зу’ула. Его способности воспринимать мысли на расстоянии могут пригодиться. Мне кажется, оба сообщения говорят об одном и том же. Где-то там спрятаны врата Вейра, которые несут угрозу всем нам. И они должны быть разрушены.

— Мы кое-что упустили, — вмешался Эр’рил.

Все посмотрели на воина равнин.

— Что же? — спросила ведьма.

— Ни’лан просила уничтожить все врата, а не только эти. Вот их перечень: виверн, василиск, гриффин, мантикора. А еще раньше кое-кто просил меня о том же самом. Четверо врат — путь к Вейру, средоточию могущества Черного Сердца. Разрушив врата, мы лишим его силы.

Элена покрепче сжала Кровавый Дневник. Неужели именно это — искомый ответ? Да, а возможно — и очередной шаг в противостоянии с Гал’готой.

Каст опередил ее, задав мучивший девушку вопрос.

— А как мы найдем остальные?

— Не знаю, — признался Эр’рил. — Шоркан перенес виверна в Черный Зал Гал’готы. Но остальные могут быть где угодно.

— А при чем тут Западные Пределы? Зачем прятать врата Вейра там? — вслух рассуждала Элена. — Эр’рил, ты искал ответ в замковой библиотеке. И что нашел?

— Брат Рин и другие ученые продолжают поиски, — угрюмо вздохнул воин.

Девушка подошла к парапету, положила на камень Кровавый Дневник.