Эльф, инкуб и попаданка - Юлия Эллисон

– Мы…

– Мы просто гуляем! – раньше всех выдал вампир, тоже вставая со своего места. – Лансернил!

Ну и имечко. Но про «гуляем» от этого чудика слышать было непривычно. Это же он больше всех про долг и честь орал. И что теперь? Приоритеты сменились?

– Хорошо, гуляем, так гуляем, – пожала плечами, не собираясь спорить. Интересовало меня сейчас все равно другое. – А гулять одетой мне можно?

Мужчины переглянулись. Ну да. Их-то комары местные не кусали, даже если укусы потом и не чешутся, и ноги не мерзли, и в задницу противно не впивались долбанные кружева, и вообще холодно!!! Эх, жаль тут нет моего любимого сервиза с цветочками – с удовольствием бы расхреначила, все равно ведь так и простоял всю жизнь нетронутый в серванте!

И тут, словно по волшебству, в моих руках оказалось огро-омное блюдо как раз из моего серванта. А на поваленном дереве рядом – и остальная часть сервиза. Хмыкнула. Значит, одежды мне не дождаться, а сервиз – пожалуйста?! Ну, держитесь мужики!

Замахнулась и, не жалея, запустила прямо блондину под ноги красивое до невозможности блюдо. Имею право спустить пар хоть в собственном сне! Это раздражение, бессилие, злость, ненависть к самой себе и окружающим уже давно копились во мне, собираясь внутри по капле. Не дернуться, не двинуться, не высказать ничего, не пожаловаться на бессовестных медсестер, ни-че-го! Зато теперь!

– Это за уши! – рявкнула, не жалея ни чувств, ни эмоций. И тут же вцепилась в красивую сверкающую в пламени костра чашку.

– Это за лошадей! – сама не поняла в кого кинула – фея или опешившего нага.

– Это за долги! – следующая тарелка полетела под ноги вампиру, разбиваясь о его колени на сотни сверкающих частиц.

Я кидала и кидала посуду, порой сама не понимая, куда, просто сбрасывая напряжение, высказывая все претензии, накопившееся горе, отчаяние, бессилие, ненависть, злость, холод. И так хорошо было… так легко на душе... так отчаянно живо, словно я действительно снова живая. Снова могу ходить, снова могу говорить, петь, танцевать, гулять и просто быть… собой. Я так устала сама от себя. Я не жила никогда – существовала. Все было некогда, все откладывалось, вот и этот сервиз…

Грохнула последнюю красивую тарелку уже себе под ноги, не обращая ровным счетом никакого внимания ни на изрезанные кровавые ноги, ни на собственные злые слезы, ни на крики и попытки достучаться до меня мужчин. Я словно отгородилась от них. Создала вокруг себя кокон. Личное пространство. Они долбили по нему, пытались прорваться, дотянуться, остановить меня, а я…

Наклонилась, бесстрастно вытаскивая из кожи ног небольшие осколки. Подумаешь, пара царапин. Я же не совсем дура калечиться так глупо. Но…

Посмотрела на блестевшие на насте темной зелени осколки… Какого, собственно, черта! Это всего лишь сон! Глупый, бредовый плод моего сознания и воображения. Наркотический дурман, галлюцинация, неправда…

С животной тоской взглянула в обеспокоенные глаза инкуба. Как бы я мечтала о том, чтобы это действительно было правдой, но…

Сделала первый шаг, наступая на острые грани осколков и… ничего. Грустно улыбнулась. Пора просыпаться, Валентина…

Мерное жужжание аппарата поддержания дыхания было слышно все отчетливее и отчетливее. Обеспокоенные возгласы врачей. Тихий плач дочери, которая всегда так смешно хлюпала носом, когда рыдала. Я помню, сколько ночей я провела, успокаивая её и утирая слезы, после того, как её бросил соседский мальчишка. О, а вот и басовитый голос сына.

– Стой! Стой! – заорал вдруг инкуб, больно хватая меня за плечи и встряхивая, словно тряпичную куклу! – Не смей! Не смей, я сказал, уходить!

Практически безразлично на него посмотрела, клацая зубами от сильного рывка и безвольно болтаясь у него в руках.

– Пусть мы сон! Пусть фантазия! Но не смей возвращаться в реальность! – взвыл он. – Тебе разве никогда не хотелось пожить как-то иначе, Валентина? Походить по бескрайним лесам, научиться магии, выйти замуж за какого-нибудь принца, насладиться свободой или богатством, например?

Дотронулась до гладкой щеки, поражаясь, насколько же все реально, насколько точно мой мозг копирует эффект присутствия здесь.

– Так давай окунемся в этот новый, выдуманный тобой мир, и вместе будем изучать каждый его уголок до самой твоей смерти? Ну что тебе терять? Зачем тебе туда возвращаться? Здесь есть мы! На все готовые и внешне очень даже привлекательные. Тебе ведь понравился эльф? – толкнул он ко мне бледного как мел красавчика. – Так вот он! Разве в твоем мире есть эльфы? А инкубы? Может быть, наги?

Медленно покачала головой, понимая, что в чем-то он прав. Ну куда я хочу вернуться, от какой реальности я бегу? Дура старая…

– Обещаю, мы добудем тебе самую лучшую одежду! Смотри, – мне указали на огромного дракона, парящего в небе. – Он прямо сейчас принесет тебе теплые вещи. И еда... ты голодна, Ленти? Хочешь, научу на зайцев охотиться? Или, может быть, рыбалка? Ну же, Ленти, не молчи! Скажи что-нибудь!

Он был таким обеспокоенным, таким реальным под моим руками, что я… я… я не выдержалась и разревелась. Все это слишком. И два года после аварии, и смерть любимого мужа, и сон этот, чтоб его!

– Тише, вот так. Пореви, успокойся. Все хорошо! Даже если это и выдуманный мир, то это же неплохо… прогуляешься здесь с нами, развеешься, ну неужели тебе в твоем мире было так хорошо, что не хочется узнать и увидеть что-то новое, необычное?

Покачала головой, вцепившись пальцами в рубашку инкуба и обильно орошая её слезами, не прекращая рыдать.

Он прав. Плевать, бред это или галлюцинация воспаленного сознания – я хочу прожить этот сон до конца!