Попаданка за пять монет - Лидия Миленина

В зале снова повисла звенящая тишина. Я стояла спиной к другим парам и их гостям, но буквально кожей ощутила изумленные взгляды. Потом послышались редкие смешки. Кхеканья. Шепот: «Ах, это ж дикая попаданка!».

Лицо ректора стало мрачным и суровым, словно я, самое малое, решила прилюдно раздеться и этим его опозорить. Нет, хуже — раздетая танцевала на столе!

Он крепко схватил меня за кисть и дернул, мол, замолчи.

Блюститель же несколько мгновений смотрел на меня в немом изумлении, потом как-то растерянно спросил:

— О чем?

— Ну… — несмотря на то, что рука ректора сжимала мою кисть до хруста костей, продолжила я. — Является ли мое решение добровольным и… каким там… полностью осознанным?

— Зачем? — искренне изумился Блюститель и с печалью поглядел на меня, как на тяжелобольную. Видимо, решил, что великий ректор решил жениться на убогой сумасшедшей.

А я ему говорила! Говорила ведь! Что не нужна ему я, такая убогая!

— Кхм… Простите, ваша честь. Девушка не разбирается в наших законах. А законы иных миров иной раз бывают очень странными. Продолжайте, — сказал Гадор и за руку притянул меня ближе к себе. Так, что я оказалась прижата боком к его … удивительно горячему боку.

Гад! Ну чего же ты такой приятно-мускулистый!

— Хорошо, — кивнул Блюститель. — Итак… Обещаешь ли ты, Гадор, обеспечивать Анну-попаданку едой, питьем и одеждой все время, пока она является твоей женой в меру своего разумения и возможностей, а также в меру своих возможностей исполнять супружеский долг?

— Обещаю, — твердо ответил ректор.

Блюститель с опасением поглядел на меня:

— Обещаешь ли ты, Анна-попаданка быть послушной Гадору всегда до тех пор, пока и если он тебя не отпустит?

«Отпустит…» — эхом пронеслось у меня в голове. И верно, может ведь и отпустить! Браки здесь — это я вызнала у Симона — заключаются на то время, пока «муж желает видеть эту женщину своей женой». То есть, по идее, он может ее отпустить и через два дня. Вдруг за два дня надоест страшно…

При этом, если девушка местная, то муж должен выплатить ей выходное пособие. Его размер варьировал в зависимости от того, за сколько он ее когда-то купил. Если дорого — то и выходное пособие должно быть высоким. Еще одним важным критерием служило то, как он с ней обращался. Если муж, например, бил жену — то выходное пособие тоже должно быть высоким.

Только попаданкам выходное пособие не положено, с ними можно, как угодно обращаться, и тебе за это ничего не будет. Ведь для сам факт, что их пристроили замуж — и так большое счастье. Как-то так…

К тому же, что-то подсказывало, Гадор меня в ближайшее время не «отпустит». Иначе зачем ему вообще было жениться?

Тут-то мои губы сами собой и произнесли твердое:

— Нет.

Лицо Блюститель раздраженно скривилось.

— Она обещает! — Гадор больно дернул меня за руку. Я поморщилась. Он же так мне плечо вырвет, и будет у него жена-калека. Этого хочет?

— Так нельзя же! Без моего согласия! — чуть не плача, шепнула я Гадору.

— Не валяй дурака, попаданка! Хватит! — ответил он.

А священник уже воздел руки и произносил:

— Согласно вашим обетам я… властью, данной мне Богом и Советом Трех стран, объявляют вас супругами — на все время, пока муж желает видеть эту женщину своей женой! Да не оскверните вы священные узы брака поганой изменой и низкими помыслами! Гадор, возьми ваше свидетельство…

— Эээ… как пафосно-то… — прошептала я, едва удерживаясь от бессильных слез.

В этот момент Блюститель извлек из-за пазухи какую-то бумагу, свидетельство о браке, видимо, провел над ней рукой — и на бумаге что-то засветилось серебром. Вспыхнуло — и погасло. Деловито отдал эту бумагу Гадору. Тот забрал ее и тоже сунул за пазуху.

— Можете забрать вашу жену, — сообщил Блюститель Гадору.

Дракон обернулся ко мне, хищно блеснул глазами и сказал:

— Все пошли отсюда. Я спешу.

И одним махом… подхватил меня на руки. Решил, что так быстрее, что ли. Или надежнее — не убегу.

Ведь вряд ли из романтических побуждений…

И, тем не менее, когда этот каменный мужчина нес меня к выходу, другие пары и гости громко аплодировали и кричали пожелания счастья.

Счастья… Я заревела, схватилась рукой за железное плечо и даже прижалась к нему лицом.

Счастье! Не видать мне теперь счастья. Я теперь жена ректора-дракона. Аа-а!