Дракон принцессе (не) жених - Альма Либрем

– Ваше Драконейшество, тьма попутала! Ваше Драконейшество, тухлых коров привезли, ох, тухлых.

– Что творишь, дурачина! – зашипел на него старик, но мужчина явно не собирался слушать чужие советы.

– Молчи, старый дурак! – рявкнул он. – Я ещё жить хочу, а ты лги себе дальше! Ох, Ваше Драконейшество, поддались соблазну! Что ж делать, что ж делать! Не велите сжигать, велите всё исправить!

Я скептически осмотрел селян. Приволочили они мне только мясо, а этого определенно было мало для полноценного питания.

– Что ж, – протянул я. – Я готов вас помиловать. Если до завтрашнего обеда привезете всё, что скажу, и вывезете отсюда эту тухлятину, так и быть, сжигать вас в этот раз не буду. Ну так что, согласны?

– Согласны, Ваше Драконейшество! – воскликнул мужчина. – На всё согласны! На всё, что угодно!

Вот и замечательно. Потому что моё драконейшество даже в дракона превратиться не способно, не то что кого-то там жечь.

– Девушек развяжите, – велел я. – Они мне для работы нужны, а не на убой, а значит, должны передвигаться.

Селяне переглянулись, но возражать не посмели. Минута – и пленницы были лишены своих пут и, несмело переступая с ноги на ногу, двинулись в поместье. Оглянулись на пороге и сразу же юркнули в коридор. Очевидно, по их мнению дракон отдавал очень правильные приказы, а значит, дракона надо слушать. С ним всяко безопаснее, чем с односельчанами, которые их едва ли не на убой отдали.

Но я решил, что с девицами разберусь позже. Дракону не терпелось поскорее вернуться в замок, проверить яйцо и Марлену, но в первую очередь надо было решить бытовые вопросы. Я поинтересовался сам у себя, есть ли здесь где вести хозяйство, и драконья память участливо продемонстрировала мне подобное вспышке воспоминание: ещё один выход из поместья уводил на подобие огорода, окруженное скалами. Там же у стены ютилось некое подобие хлева, можно было разместить домашнюю скотину... как туда попасть, я пока не знал, но чувствовал, что это место – где-то рядом с поместьем. Значит, можно увеличивать запросы, не зря ж двух девушек притащили.

Попытавшись прикинуть, как в деревне может быть с продуктами я принялся перечислять:

– Значит так, приведете мне сюда корову, только живую и дойную. Сыра принесете – есть у вас в деревне сыр? – был, судя по тому, как лихорадочно закивали мужчина. – Птицу тоже притащите. Куры есть? – опять кивок, подтверждающий, что куры в этом мире водились. -Девять куриц-несушек и петуха одного. И я способен отличить петуха от курицы и взрослую птицу от цыпленка, так что не пытайтесь меня обмануть. Мяса свежего, и если только мой драконий нос унюхает что-то не то!..

– Свежего, Ваше Драконейшество! Свежайшего! – уверили меня.

– И как будете везти, охладите, льда к нему положите, чтобы по пути не протухло, -распорядился я. – И накройте. Чистым накройте. И снизу чистое подложите. Ткань какую-то.

– Да где ж это видано! – возмутился один из селян, – чтоб чистую ткань на мясо пускать!..

– А где ж это видано, – отзеркалил я его реакцию, – чтоб селяне подневольные дракону перечили!

– Простите, Ваше Драконейшество, – тут же сориентировался мужчина. – Этого больше не повторится.

– Овощей мне надо, – продолжил я. – Свеклы, моркови, картошки. Огурцов. – недоумения на лицах пока что не было, и я, воодушевившись, – продолжил. – Помидоры? Растет такое?

Помидоры – ну, или какой-то их аналог, – росли.

– Баклажаны, кабачки? – селяне кивали. – Отлично. Круп принесете. Гречка? Пшеничная крупа? Рис?

– Не велите сжигать! – взвыл тут же селянин. – Не знаем такого!

– Давайте без риса, – вздохнул я. Не знают так не знают; спасибо ещё, что я никакие семена чиа не загадываю! – Фрукты принесете. Яблоки, груши, есть такое? – судя по всему, было. -Вишни, черешни, сливы? Абрикосы? Персики?

– Персики не растут, – ответили мне. – Холодно для них.

– Хорошо, обойдемся. Муки ещё... – я задумался. – Специй. Соли обязательно. Сахар, если есть. Есть?

– Есть, Ваше Драконейшество!

– Чудесно, – вздохнул я. Хотел сказать, чтобы семян прихватили на всякий случай да инструменты, но подумал, что для первого раза уже загаданного будет достаточно. – И если где ошибетесь или мало привезете, я вас лично на месте сожгу! А теперь выметайтесь отсюда!

Дважды просить селян уйти не пришлось. Убежали сами, аж пятки засверкали. Но -тухлятину с собой забрали, оставив только немного приличного мяса, наверняка привезенного по ошибке, свежего молока да сыра. Что ж, из этого уже можно было что-то приготовить, найти бы только в поместье кухню...

Я подхватил оставленное – весило оно очень легко, и я откровенно удивился, мне казалось, что мясо должно быть гораздо тяжелее, – и направился в поместье. Селяне, осеняя меня какими-то священными знаками и кланяясь, удалялись вниз по дорожке. Хотелось верить, что страх перед драконом достаточен, чтобы они в самом деле вернулись, а не исчезли с концами. Потому что выживать как-то надо!

В коридоре в сравнении с улицей было темно, я б даже сказал, как-то очень серо. Девиц там не оказалось, они наверняка прошли дальше, и я поспешил в основной зал, чтобы обсудить с ними условия работы.

Не успел.

– Это ещё что такое?! – нежный голосок моей принцессы звучал весьма звонко и крайне недовольно, чувствовалось, что она с трудом сдерживает свой гнев. Дракон во мне всколыхнулся, порываясь её защищать, и только мысль, что при обращении я навеки застряну в этом коридоре, немного его сдержала.

– Жертвы мы! – хором ответили Марлене два других голоса. – Господина дракона ждем!

– В церемониальных сорочках?!

Не ожидая ничего хорошего, я вбежал в зал. Марлена, облаченная в мужскую одежду – где это она её, интересно, раздобыла? – стояла, прикрывая своей стройной фигуркой пылающее яйцо, и гневно на кого-то взирала. Я проследил за её взглядом и обнаружил всё тех же девушек, которых велел было развязать. Часть их одежды валялась на полу, а сами они, облаченные в длинные, грязно-серого цвета хламиды, застегивающиеся под самую шею, выглядели подобно монашкам. Но что-то мне подсказывало, что этот наряд совсем не для того.

– Что здесь происходит? – не удержался от вопроса я.

– Это ты мне объясни, что здесь происходит, – прошипела Марлена. – И почему эти две девки стоят и ждут тут кого-то в сорочках для первой брачной ночи?!

Она раздраженно скрестила руки на груди и смерила меня таким взглядом, что сомнений не оставалось: эта девушка не просто очень недовольна моим поведением, она разъярена.