Чужая победа - Максим Хорсун

Величко замолчал, точно призадумался.

– Ладно. Молодцы, – бросил он. – Отбой.

И сразу же затараторил радист:

– Товарищ капитан третьего ранга! На связи адмирал Лардар!

– В-включай, – ответил, чуть запнувшись, Любимов.

Сам адмирал? Вот как… Интересно.

Я отпустил штурвал, размял пальцы. Объект-114 полностью заполнил иллюминатор. Каждая складка рельефа, каждая воронка, каждое строение было четко видно – так, как это возможно только в безвоздушном пространстве. Над поверхностью висели пузатые цилиндры транспортных кораблей «островитян», скупо подсвеченные бортовыми огнями. Из дюз двигателей коррекции то и дело вырывались бело-голубые струи.

– Капитан третьего ранга Любимов! – раздался голос Крылатого. – Приказываю разархивировать и выполнить файл «три-девять-ноль-ноль-три». Немедленно! До связи!

– Вас понял! – успел проговорить Любимов прежде, чем Лардар отключился.

На этот раз обошлось без шуток про личные коды и склероз.

– Ну, что там? – взволнованно спросил старпом.

– Ни черта не понимаю… – пробормотал Любимов. – Мы должны состыковаться с платформой на спутнике Объекта-114. Принять на борт людей и уходить в «искажение». К союзной базе на Убежище!.. На связь с другими кораблями эскадры выходить запрещается! Что это еще за ерунда?! – командир вдохнул-выдохнул и взял себя в руки. – Ладно, приказ есть приказ. Действуем! Штурман! Пересылаю координаты платформы.

– Который спутник нам нужен, товарищ капитан третьего ранга? – поинтересовался Кучер.

– Вон тот, который на яблочный огрызок похож.

Штурман тем временем выдал нам данные по курсу.

– Поползли, ребята, – вздохнув, распорядился Любимов.

Я включил маршевый. Слабая перегрузка надавила нам на плечи. ЛК-50 сошел с орбиты и пополз к цели.

– Что там с гравитроникой? – Я увидел, что на индикаторе меньше ноль-шесть «же», которые полагалось поддерживать во время боя. – Компенсация работает? На пульте – зеленые огни, но…

– Пытаемся вывести на штатную мощность, Ильин, – отозвался Озерян. – Работай.

– Понято… – отозвался я. Понятно, да ничего не понятно. Вражеские ПКО мы подавили, но понадобится уклониться от куска какого-нибудь погибшего корабля – и всем придется пищать от перегрузки.

– Держите ниже среднего, – Любимов как будто читал мои мысли. – Прощупывайте курс радарами! Чтоб ни одной мелкой метки на пути!

Объект-114 сместился вниз. Его место занял и на самом деле похожий на огрызок яблока астероид-спутник. В тени изломанной гряды, в чаше широченного кратера прятались постройки «мумий».

– Подтягивайте!.. Малым-малым… – пришептывал Любимов.

Астероид-спутник надвигался на нас неровной стеною темной породы, испещренной разноцветными рудными жилами. Он заслонил собой Объект-114 и Поллукс. ЛК-50 вошел в густую тень.

– Товарищ капитан третьего ранга! – услышал я радиста. – Контр-адмирал Величко вызывает нас…

– Приказано же – не выходить на связь… – проскрипел Любимов.

Всем как-то стало не по себе от его тона. На несколько минут повисло мрачное молчание. Затем попытался сумничать Кучер:

– Система стыковки у «мумий» не такая, как у нас. Мы не сможем…

– Следуйте заданным курсом, – не дал договорить моему напарнику Задорожный. – Адмирал знает, какие приказы отдает.

Я видел на мониторе приземистое строение, сверху которого располагалась посадочная платформа. Выровнял горизонт; астероид-спутник вальяжно перевернулся под крейсером.

– Смотрите! Ильин, Кучер! – заговорил старпом. – Там узлы разных типов.

«Оптики» выдали картинку на тактический монитор. Судя по всему, на этой платформе можно было принять малотоннажные корабли всех человеческих цивилизаций. В воображении нарисовался почему-то сгинувший в окрестностях звезды Глизе 1 КК-3А, на котором служил Димка Макарь. Как захваченный крейсер буксируют к этому астероиду-спутнику и стыкуют с узлом, предназначенным для кораблей землян. Из вскрытого люка выходят с поднятыми руками наши ребята…

Мы состыковались. Что будет дальше и кого следует принять на борт, никто понятия не имел. Любимов и Задорожный, передав командование штурману Полозову, ушли в шлюз. Туда же командир отправил отряд вооруженных космолетчиков из младших чинов. Все поворчали по поводу того, мол, только стрельбы внутри корабля не хватало. А что делать, если вдруг попрут «мумии»? Не верилось, что адмирал Лардар мог бы нас так подставить. В общем, все были как на иголках.

Мы с Кучером прислушивались к тому, что происходит внутри корабля, – по громкой связи транслировались переговоры наших в шлюзе. И были готовы «отчалить» по первой команде.

Гудели компрессоры, выравнивая давление, урчали сервомоторы, раздвигая тяжелые створки внешнего люка.

Зачем мы здесь? Для чего был нужен этот маневр?

Я услышал бряцание: наши вскинули стволы.

– Не стрелять! – сказал чужак. По-русски, но с характерным акцентом. – Группа особого назначения, корпус Вселенской пехоты Крылатых. Капитан Сааведа. Вы должны были получить приказ принять нас на борт!

Я представил себе осназ Крылатых: очень крутые ребята в роботизированных скафандрах, вооруженные не менее крутыми пушками. Коридорчики-то на ЛК-50 – узкие, отсеки – тесные. То-то столпотворение случится…

Любимов прочистил горло и сказал:

– Добро пожаловать на ЛК-50, союзники!

Я услышал, как грохочут по палубе металлические сапоги Крылатых. Через минуту вышел на связь Полозов.

– Клиенты поднялись на борт, – сообщил он. – Гравитроника в норме. «Отчаливаем», ребята.