Чужая победа - Максим Хорсун

– Ты с кем тут целоваться собрался? С Евгением, что ли? – Антонина кивнула в мою сторону. – Давайте лучше выпьем!

– За нас!

– За космические и противокосмические силы!

– За то, что собрались вместе в нашей старой столице!

– Спасибо, что пригласили!

– Спасибо, что пришли!

Радио принимало с сильными помехами. В новостях рассказали о том, что был успешно запущен первый терраформирующий комбинат Крылатых, который построили в Черном море на острове Змеиный. Таким образом, было начато выполнение комплекса мер, направленных на борьбу с глобальным похолоданием. Лига Объединенных Наций выражала признательность братской планете Гнездо. В ближайшем будущем будут запущены еще шесть комбинатов. И «ля-ля-ля» в таком духе…

Ира выключила радио, поставила музыку. Тот вальс, под звуки которого отправлялись с космодромов Земли транспортные корабли с юношами и девушками – будущими бойцами Союзнического флота. Оберегать мир в человеческом пространстве.

Крылатые делились с нами технологиями и по мере сил помогали решить проблемы планетарного масштаба. Мы же расплачивались единственным ресурсом, которого у нас было в достатке, – самими собой. Может, не расплачивались, а, наоборот, помогали избежать сотням тысяч, миллионам людей смерти от голода и холода.

Черт его знает, каждая палка имеет два конца.

Танцевать в крохотной комнатушке было абсолютно негде: все свободное место занимали стол, сервант и диван. Можно было только маневрировать на узких проходах между ними. А за дверью сразу начинался коридор: в одну сторону – общая кухня, в другую – общий сортир.

Но мы ухитрились потанцевать! Возле порога квартиры. Я держал в руках Иру, вдыхал запах ее духов и говорил о всяких пустяках. Потом мы опять вернулись за стол, а танцевать на наше место вышли Димка и Антонина.

– Не привык действовать на коротких дистанциях? – решил подколоть меня захмелевший приятель. Да я на него в обиде не был. Я действительно мерил расстояние между объектами в мегаметрах.

– Ты веришь в то, что старшие расы говорят об Эдеме? – спросила меня Ира.

Я пожал плечами.

– Вроде все логично.

– И правдоподобно?

Дело в том, что в земной мифологии так или иначе отражена история с Эдемом, хоть и ее переврали за многие тысячи лет. И изгнание из рая, и Великий Потоп, и гибель Атлантиды – все это имеет одну подоснову. Был мир, на котором жили люди. Причем мир высокоразвитый. Потом случилась катастрофа, и людям пришлось бежать с гибнущей планеты на космических ковчегах. От Эдема до Гнезда, Зеленых Островов и Могилы лететь относительно недалеко. Поэтому на этих планетах цивилизацию начали возрождать в первую очередь. От Эдема до Земли было далековато, пока ковчег дополз на досветовой скорости, сменилось не одно поколение на его борту. Люди опустились и одичали. На Земле им пришлось открывать заново огонь и колесо. А до Убежища ковчег добирался вообще невообразимо долго, и как следствие – сегодняшняя дикость прятунов. Этим объясняется разница развития старших, средних и младших рас.

Такие вот дела.

На мой взгляд, Эдем – или то, что от него осталось после катастрофы, – стоило изучать, а не делать на этой планетарной рухляди политику. Или фетиш космических масштабов. Но у старших рас было иное мнение, и нам, пользующимся их благами, стоящим в тени их величия, приходилось лишь молча поддакивать.

А тут еще, оказывается, идет непрекращающаяся война за пространство Эдема. Сначала Крылатые владеют им, а «островитяне» в союзе с «мумиями» пытаются их выбить. Потом «островитяне» захватывают Эдем, и война переходит в следующую фазу. А последние лет сто пятьдесят (земных, само собой) Крылатые в союзе с «островитянами» долбят «мумий». Или это «мумии» громят и тех и других. «Мумии» – бойцы свирепые, им палец в рот не клади.

В общем, все это походило на грызню за Иерусалим в Средние века. Только вместо Гроба Господнего – планета. А вместо сарацин – «мумии» на космических крейсерах.

– Крылатые хотят запретить земные религии, – сказала Ира.

Я с удивлением посмотрел на нее. А какой толк от этих религий? Они сильно помогли, когда наша цивилизация катилась к краху? – хотел спросить, но вовремя прикусил язык.

– Крылатые это сделают, – Ира опустила глаза. – Мы будем поголовно поклоняться Эдему, как полчища язычников. И камлать на ее пепелище.

– Если это случится, – ответил я, растягивая гласные, – то не при нашей жизни.

– Наша жизнь может оказаться очень короткой, – определенно, на Иру алкоголь нагонял депрессию. – Давай выпьем за то, чтобы жить долго!

Я хотел подлить Ире коньяку – в рюмке у нее оставалось на донышке, – но она отказалась.

– Нет-нет. У меня есть.

И мы выпили, а потом подошли наши друзья, и мы выпили еще. Поговорили о том, как эффективнее провести бомбардировку планеты из космоса и как успешнее ее отразить. Спецы присутствовали по обоим вопросам.

Главный козырь ПКО – это мощные боевые лазеры. Каждый излучатель получал энергию от собственного реактора. На космических кораблях такое энергозатратное оружие было непозволительной роскошью; у нас почти все ресурсы уходили на фокусы с гравитацией и завязанную на них возможность прыгать в «искажение». Мы использовали лазеры только для измерения расстояния до цели, наведения ракет и связи. А вообще, пушки, которые разят со скоростью света, – это страшная вещь… Но наши крейсеры были быстрыми, маневренными, для поражения наземных целей несли атомное оружие и бить могли издалека. А планета – мишень, в которую очень тяжело промахнуться.

Так что меры были симметричны контрмерам.

– Американцы построили первый космический авианосец! – Макарь размахивал сигаретой, почти как дирижерской палочкой. – Свершилась мечта идиотов! На борту – почти сто шаттлов, неспособных уходить в «искажение».

– Корабли орбитального боя, – уточнил я. – В межпланетном пространстве от них толку не будет.

– Зато они смогут «выносить» станции, объекты на планетах и лунах.

– Если авианосец не будет уничтожен сразу после того, как он выйдет из «искажения», – заметила Антонина и потянулась к Димке, сжав в губах незажженную сигарету. Макарь чиркнул зажигалкой, двинулся девушке навстречу.

– Да, авианосец – цель соблазнительная для противокосмических систем, – добавила Ира.

– Соблазнительная… – повторили мы с Димкой в один голос и заржали. Свинтусы. Американцы тоже постарались – слишком уж бросалась в глаза фаллическая форма их последней боевой машины. И я представил, как какая-нибудь дама-полковник противокосмической обороны отдает приказ в пылу сражения: «Из рельсотронов и лазеров! По американскому члену! Огонь!» Впрочем, с американцами мы теперь на одной стороне, хотя в прошлом немало копий было сломано. Так что дама из ПКО должна быть не с Земли, а «мумией»… И в следующую секунду сделал вывод о том, что я уже порядочно принял на грудь, если строю столь ступенчатые ассоциации.