Возвращение - Роман Романович

На это мне даже как-то злиться лень было.

— Поглощай энергию из камней, — скомандовала она. — А потом знак учи. Будет хорошо, если молнию освоишь. У тебя сутки на тренировку, не трать время зря.

Глава 3. Адские земли, или Как Спартанец медленно коптился

Сутки отдыха означали, что отдыхать будут Вологодские, а я, если не считать коротких передышек, перерывов на обед и одного полноценного сна — тренироваться.

С некоторыми отступлениями и задушевными разговорами.

Люций всего полчаса на медитацию потратил, после чего молча ушёл. Мария же, прямо рядом с тем местом, где расположились, создала небольшой котлован. Выглядело это так, словно камень просто осыпался, образовав форму чана. Управилась она меньше чем за минуту и повернулась ко мне.

— Не задирай меня, — сказала Мария тихо, пока я пытался собрать знак. — Мне плевать на любые твои слова. И на тыканье, и на дешевые провокации, и на попытки вести свою игру, и на грубость, и на взгляд волчонка. Если хочешь дожить до старости, никогда при Люции не оскорбляй и не пытайся задеть. Он и за меньшее убивал. И обиды его не имеют срока давности.

Сказано это было абсолютно без злости, ненависти, затаенной агрессии или привычного высокомерия. Мария констатировала факт. И того, что ей плевать, и того, что Люций захочет меня приучить, рано или поздно. Это совпадало с моими ощущениями, поэтому я поверил сразу, что так и будет.

Отметив про себя, что Гроза прекрасно разглядела мои провокации и то, что за ними стояло. То, что сейчас она проявила… заботу. Предупредив об опасности.

Это говорило о том, что она хочет, чтобы я выжил после всей этой истории и похода к Истоку. Или говорило о том, что она хочет создать такую видимость.

Я коротко кивнул, и, удовлетворившись, Гроза вернулась к своему занятию, расщепляя камень и создавая яму. Сомневаюсь, что она понимала главное — сам факт отсутствия возможного доверия между нами перечеркивал любое налаживание отношений. Впрочем, чего это я. Для использования меня по-настоящему дружественные отношения не нужны. Хватит и деловых.

— Но и ты неправа, — решил я посмотреть её реакцию.

— Спар, Спар, — улыбнулась она и бросила на меня взгляд. — Разбаловал вас Такен. Я знаю много школ, где за малейший косой взгляд в сторону учителя тебя избили бы палками и бросили так в канаву. Не буду отрицать, что тебе надо было рассказать чуть больше… Чтобы тебе было комфортнее справляться с трудностями, — не преминула она поддеть меня, выделив слово «комфортнее». — Но извиняться не собираюсь. Лично меня устраивает, что ты сталкиваешься с трудностями. И Колодцу это нравится. Пока хорошо идем и, тьфу-тьфу, — поплевала она через плечо, — пусть так и продолжается.

— Зачем тогда предупредила? Насчёт мужа, — спросил я.

— Потому что ты мне нравишься, — она закончила с ямой, повернулась и посмотрела прямо. — Более того, я была бы рада, будь ты моим настоящим сыном. Но пойми меня правильно… — от её слов, признаю, я пусть и не вздрогнул, но внутри что-то шевельнулось. — Тебе ведь Такен наверняка рассказывал, что я всегда хотела родить, но так и не смогла подарить Люцию наследника. А он ведь последний в роду… — с грустью произнесла она, смотря в ту сторону, в которую ушёл мужчина. — Давно бы бросил меня и нашёл себе десяток девок, которые ему детей нарожают. Но не уходит. Странные у меня с ним отношения, болезненные, маниакальные. Поэтому и предупреждаю. Поэтому и говорю, что была бы рада, будь ты нашим сыном. Но я любому ребенку была бы рада, в этом плане твоё преимущество только в том, что ты неплохо подходишь на роль наследника. Сильный, с потенциалом, обучаемый, с твердым характером.

То, что шевельнулось внутри, приподняло голову, хмыкнуло и затихло. Да уж. Ничего приятного в словах Грозы не было. Только то, что я подходящая лошадка для закрытия её мечтаний.

— Это не ответ. Я не твой сын и не смогу им стать по понятным физическим причинам. Так зачем предупреждать?

— Как и сказала, наш союз обусловлен взаимной выгодой, но где-то на один процент… Считай, ты мне симпатичен, — подмигнула она. — Характер дурной, но так и я не самая приятная личность. А теперь возвращайся к знаку, хватит отлынивать.

Гроза бросила взгляд в сторону, и вскоре оттуда показался Люций. Он не говорил, зачем уходит, поэтому я несколько удивился, когда мужчина притащил огромный кусок льда. Который бросил в созданную яму. После чего его растопили, и получилась… ванна.

— Мой тебе совет, Спартанец, — своим обычным, не «откровенным» тоном сказала Мария. — Когда идешь в дальний поход, то во время безопасных остановок не пренебрегай личной гигиеной и помывкой. Если ты не понял, то это тебе ванна. Чего встал? Мойся.

— А вы? — немного растерялся я.

Как-то не ввязались откровенности, обмен угрозами, и вся непростота нашей ситуации с тем, что эти двое сделали мне ванну, чтобы искупался.

— А мы оба умеем регулировать потливость, — ответила женщина. — Поэтому не так испачкались. Ты же, без обид, воняешь. Если нужно что-то постирать, займись этим.

Сказав это, Гроза потеряла ко мне интерес и вернулась… Ну, неправильно говорить, что к костру, просто на свою лежанку, где и притихла. Открытого огня-то не было. Приготовили пищу и горелку убрали.

Зачем мылся, я так и не понял. Нет, это приятно, не спорю. Да и вещи застирнул, пусть и не так много грязных у меня было. А потом Люций сказал доставать меч, и понеслось. Я снова пропотел. Правда, в этот раз занимался в одних штанах, так что вещи не испортил. Как Люцию надоело со мной возиться, снова за знак пришлось браться. Там и Гроза очнулась. На этот раз она просто дремала, свернувшись клубком. Что выглядело несколько противоестественно. Эта женщина и клубком. Скажешь кому, не поверят.

— Мария, — спросил Люций, пока я знаком занимался, — а ты не хочешь проверить его на стихии?

— Нет, — резко ответила она.

— Стихии? — вскинулся я, почувствовав подвох.

— Предрасположенность, — коротко пояснил Люций.

— И? — не понял я. — К стихиям есть предрасположенность?

— Конечно, есть. — ответил