Легенды. Приключения и сражения - Энтони Горовиц

— Давайте поедем вместе, — произнес король Артур.

Так они вернулись ко двору.

И хотя путешествие закончилось для короля благополучно, на сердце у него лежал камень. Ему предстояло присутствовать на свадьбе и увидеть женитьбу своего племянника. Он бы отдал все королевство за то, чтобы изменить это.

Свадьба

Бракосочетание сэра Гавейна стало событием, которое никто никогда не забудет. Уродливая женщина хохотала в течение всего обряда венчания и позже, во время пиршества, так странно ела, что пища больше попадала ей на одежду, чем в рот. Она сидела, раздвинув ноги, поставив локти на стол, и намеренно путала имя каждого, к кому обращалась.

Конечно, не обошлось и без рыцарских поступков. Приглашенные на свадьбу гости добросовестно, хоть и с большим трудом, принуждали себя быть вежливыми. Когда жена сэра Гавейна напилась и упала, они бросились к ней с таким видом, будто она просто оступилась. Когда она грубо и неприлично шутила, они смеялись и аплодировали. И все поздравляли сэра Гавейна со счастьем настолько искренне, насколько хватало притворства.

Бедный Гавейн был вежливее всех. Он никому не сказал о том, что женится на жуткой женщине только по принуждению. Он называл ее «моя леди» и держал под руку, ведя к столу. Когда она осушала (или проливала на себя) свой бокал, он вновь наполнял его вином. И хотя он был достаточно молчалив и иногда выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок, тем не менее старался делать вид, что все нормально. Но к концу вечера, когда он оказался один на один в спальне со своей жуткой женой и увидел ее запудренный нос и три подбородка, терпение оставило его. Он выхватил меч, отрезал свои волосы и разрыдался.

— Что случилось, мой дорогой? — спросила леди. — Что так омрачает тебя в первую брачную ночь?

— Леди, — ответил Гавейн. — Я не могу утаивать свои мысли от вас. Вы принудили меня жениться на вас. По правде говоря, я бы не стал этого делать.

— А что такое? — спросила леди.

— Я не могу этого сказать.

— Скажи мне!

— Хорошо, — Гавейн глубоко вздохнул. — Я не хочу оскорблять вас, моя леди, но вы стары, не красивы и, по всей видимости, низкого происхождения. Поверьте мне, я говорю лишь то, что чувствую.

— Что же в том плохого? — захихикала женщина. — С возрастом приходят мудрость и рассудительность. Разве эти качества для жены плохи? Может быть, я уродлива, но если так, вы никогда не станете думать о соперниках, пока женаты на мне. Другие мужчины живут в страхе, что их жена сбежит с другим. Такая участь тебе не грозит. Ты упрекаешь меня в низком происхождении. Неужели ты действительно такой сноб, Гавейн? Неужели ты правда думаешь, что благородство присуще только тому, кто рожден в хорошей семье? Ведь это зависит, прежде всего, от характера человека! А можешь ты научить меня быть столь же благородной, как и ты?

Гавейн на мгновение задумался. Несмотря на его внутренние чувства, он не мог не согласиться с тем, что говорила старуха. В то же время он чувствовал стыд. Что бы он ни думал о ней, он спас жизнь своему дяде. Он плохо поступил с ней. Он поступил не так, как подобает рыцарю Круглого стола.

— Моя леди, — сказал он. — Вы во всем правы. Я был груб и прошу у вас прощения.

— Тогда иди в кровать, — сказала она.

По тому, как она говорила, Гавейн заметил, что ее голос изменился, и когда обернулся, то, к своему удивлению, увидел, что преобразилась и она сама. Это уже была не жирная и уродливая женщина, в его постели лежала молодая, красивая девушка со светлой кожей и кроткими зелеными глазами.

— Гавейн, — сказал она, улыбаясь ему. — Позволь мне объяснить. Громер Сомер Джур, больше известный тебе, как Черный рыцарь, — мой брат. Мы оба были порабощены злой королевой фей Морганой. Я помогла королю снять чары с моего брата, но только доброта и понимание отзывчивого сердца могли спасти от страшного заклятия меня. И ты сделал это, милый Гавейн. Теперь ты наконец видишь меня такой, какая я есть на самом деле. Я буду твоей женой, если ты захочешь этого. Выбор за тобой.

Гавейн пристально вгляделся в нее, не произнося ни слова, затем взял ее руку и прижал к своей щеке.

На следующее утро весь двор был потрясен тем, что произошло. Король приказал организовать второе свадебное празднество, чтобы уже каждый мог по-настоящему получить удовольствие, не притворяясь. Гавейн и его жена жили вместе счастливо многие годы. В их присутствии никто не вспоминал эту историю (чтобы не смущать), но во время долгих зимних ночей рыцари и их пажи собирались вокруг потрескивающего огня, чтобы услышать снова удивительный рассказ об уродливой жене.