Золотые сердца с червоточинкой - Глен Кук

– Это все его милость. Он такой довольный, просто жуть.

– Вот, значит, как? Что ж, пойду взгляну.

– Такое событие надо отметить, мистер Гаррет.

– Я смотрю, ты уже готовишь закуску. Что там у тебя?

– Жаркое из баранины.

– Терпеть не могу баранину! – Когда я служил в морской пехоте, нас закормили бараниной. Мы ели ее каждый день по три раза, кроме тех случаев, когда приходилось питаться твердой, как камень, солониной, собственными лошадьми или, хуже того, ягодами и кореньями.

– Вам понравится, честное слово. – И Дин пустился в объяснения насчет того, как именно он готовит жаркое.

Я повернулся и пошел прочь, бормоча себе под нос: «Баранина, баранина». Пожалуй, надо будет притвориться, что ем с удовольствием; ведь всякий раз, стоило мне раскритиковать очередной кулинарный шедевр старины Дина, как на следующий день он подавал блюдо, изобиловавшее зеленым перцем. А на свете – на том ли, на этом, неважно – нет ничего более омерзительного, нежели зеленый перец. Его избегают даже свиньи – точнее, даже голодные свиньи. А люди едят. Признаться, я часто поражаюсь тому, что мы употребляем в пищу.

В таком вот настроении я вошел в комнату Покойника.

– А, Гаррет. Добрый день. Хорошо, что ты заглянул ко мне. Как идет расследование?

– Паренек вернулся домой целым и невредимым. – Я выглянул за дверь, окинул взглядом коридор и вновь повернулся к Покойнику.

– Поздравляю, ты хорошо поработал. Расскажи мне поподробнее. Кстати, что означает твое поведение?

– Я просто хотел удостовериться, что попал в свой дом и разговариваю с тем Покойником, которого знаю столько лет. А поздравлять меня не с чем, я ровным счетом ничего не сделал. – Я принялся рассказывать, стараясь не упускать ни единой детали. Не упомянул лишь о том, что Амиранда провела прошлую ночь отнюдь не под крышей дворца.

– Любопытно, любопытно. Столько странностей! Честно говоря, жаль, что ты не ведешь расследование. Какой вызов твоим умственным способностям!

– Ты, похоже, решил свою задачку?

– Совершенно верно. Тайная магия Слави Дуралейника для меня больше не тайна. Разумеется, чтобы быть полностью уверенным, нужно проверить мою теорию на практике.

– Ты понял, как он одержал победу? Один-единственный логхир оказался мудрее всего Военного совета венагетов, подумать только!

– Именно так.

– Каким же образом тебе это удалось?

– Благодаря, мой мальчик, умению логически мыслить.

Мой мальчик? Ну и дела!

– А также продолжительным размышлениям, индукции, дедукции и целой серии экспериментов, в которых я анализировал возможный ход событий на основе заданных параметров. Отсюда возникла гипотеза, в истинности которой я практически не сомневаюсь. Мне известно, как Слави Дуралейник совершил то, что совершил, и теперь, получив некую толику информации, я смогу предугадывать его действия.

– Так как же он «совершил то, что совершил»? Сделался невидимкой? Или тайком ото всех прокопал подземный ход?

– Гаррет, пока я оставлю свое открытие при себе. Гипотеза основана на допущении, которое, как я уже сказал, требует проверки практикой. Необходимы дополнительные сведения. Но не беспокойся, ты узнаешь обо всем первым.

– Не сомневаюсь. – «Тоже мне, гений! Ни дать ни взять петух, кукарекающий на рассвете». – Почему бы тебе…

– Мистер Гаррет! – В дверь просунулась голова Дина, которому строго-настрого было велено перед тем, как впускать кого-либо в дом, спросить разрешения у меня или у Покойника. – Прошу прощения, но вас хочет видеть какая-то молодая женщина.

По тому, с каким видом Дин произнес эту фразу, а еще по тому, что он сказал «женщина», а не «дама», я заключил, что ему гостья показалась вертихвосткой, куда менее достойной моего внимания, чем его бесчисленные племянницы.

– Кто такая?

– Она не назвалась. Однако, – прибавил Дин, неодобрительно поглядев на меня, – похоже, что с вами она знакома достаточно близко.

Я сказал Покойнику, что сейчас вернусь, и направился к входной двери, рассчитывая увидеть Амиранду. Да, Гаррет, женщины к тебе прямо липнут.

Это оказалась не Амиранда, а Амбер, которая, завидев меня, обольстительно улыбнулась.

Я оглядел улицу, высматривая Коуртера-Слоса, но ничего подозрительного не заметил и впустил Амбер в дом.

Девушка незамедлительно продемонстрировала мне некоторые из своих ужимок.

– Это что, праздничный наряд? По какому поводу?

На всякий случай я снова оглядел улицу. Никого. Однако женщины с Холма не спускаются в город без сопровождающих. Впрочем, среди них попадаются и такие, которые настолько уверены в собственной безопасности, что бандиты с ними попросту не связываются.

– По поводу охоты, если можно так выразиться. – Она одарила меня улыбкой, обещавшей неземное блаженство.

– Понятно. Сколько тебе лет, Амбер?

– Двадцать.

Врет и не краснеет. Лет восемнадцать, никак не больше.

– Гм… Сюда. – Я проводил девушку в свой кабинет, пытаясь по дороге собраться с мыслями. Не буду отрицать, женщины – моя слабость. С другой стороны, к тем женщинам, которые приходят без приглашения, я отношусь настороженно. А если они близки к власть предержащим, ветрены и капризны, как Амбер, тут надо действовать крайне осмотрительно. В конце концов, как мне показалось, я нашел выход.

– Я знаю, наружность у меня привлекательная. Однако, хотя мне об этом больно даже думать, я подозреваю, что тебе требуется не кавалер, который стар, прост и беден, а частный сыщик.

– Может быть. – Она продолжала заигрывать. Неужели Амбер – одна из тех женщин, которые не могут иметь дела с мужчиной, пока не убедятся, что поймали его на крючок? Подобные женщины всячески избегают того, что на юридическом языке называется «консуммацией брака». Амбер молода, но опыта ей явно не занимать; по-видимому, она прекрасно понимает, что уступить на деле означает потерять власть.

Допустим, она играет именно в эту игру. Не будем ее разубеждать, пускай думает, что сумеет добиться того, чего хочет, не подвергая опасности свою честь.

Симпатичная, конечно, даже очень. Но прежде чем крутить амуры с дочкой Владычицы Бурь, лично я предпочел бы познакомиться с ней поближе.

– Ты можешь мне помочь, – проговорила девушка, – но это подождет. По-твоему, здесь нас не потревожат? Мне кажется, тот старик, который открыл дверь, может появиться в любой момент…

Я сел в кресло – и совершил тем самым серьезную ошибку. Мое седалище едва успело коснуться обивки, как Амбер плюхнулась мне на колени.

Получай, Гаррет, несравненный знаток противоположного пола!

Поцелуй длился около минуты – пока Амбер не захихикала. Откровенно говоря, мне не нравится, когда моя женщина хихикает. Я сразу начинаю подозревать, что связался с умственно отсталой.