Лотерея - Вячеслав Кумин

— Рот открой…

В рот посветили фонариком, разве что пальцем не залезли.

— Вроде чист. Разве что в совсем уж интересных местах смотреть…

Главарь, повертев в руках часы, бросил их под ноги и раздавил ударом ноги.

— Одевайся и пошли с нами. Позже мы решим, что с тобой делать.

— Или предпочтешь остаться?

— Н-нет… я с вами.

Махов оделся и, чувствуя себя не в своей тарелке, зашагал посреди группы, три человека спереди и трое сзади. Его это несколько удивило, но потом он подумал, что у «крыс» свои причуды. «Крысы» несли с собой небольшие мешки, в которых явно что-то болталось.

«Может, еда?» — подумал Эрик, и живот снова сдавило от острой боли.

Но просить он не стал, чувствуя, что это будет не слишком правильно.

Вскоре группа с пленником пришла в какой-то особо сухой участок и еще через минуту все оказались в натуральном убежище — комнату четыре на четыре метра. Здесь сидело еще пять человек.

— Ну наконец-то, а то мы думали, что вас уже повязали. Что так долго? — встретил их недовольным голосом парень под два метра ростом, с короткой стрижкой и со шрамом на левой щеке. — А кого это вы привели, а? — спросил он, увидев незнакомца.

— Из-за него и задержались. Пришлось погоняться… Прыткий очень.

— Чей он? Шульц, зачем вы его сюда привели?!

— Успокойся, Григ, он пока ничей — новичок. Потому и привели. Но это нужно проверить…

Шульц — так звали главаря — дернул Эрика к себе и выставил перед остальными членами банды.

— Кто-нибудь его знает или видел?

Пять человек подозрительно, со всем вниманием осмотрели Махова. Каждый из них дал отрицательный ответ.

— Значит, действительно новичок.

— А вдруг он «крот»? — не унимался Григ.

— Все может быть…

То, как на него посмотрел Шульц, Эрику очень не понравилось.

«Будут бить», — отстраненно подумал он и оказался прав.

Махова повалили на бетон и принялись пинать ногами. Били больно, что-то кричали, но иногда все прекращалось, и Шульц спрашивал:

— Кто тебя послал?

— Никто меня не посылал, — всхлипывая, отвечал Эрик, размазывая кровь по лицу.

Он не понимал, почему его бьют и что означает это слово: «крот», хотя смутно догадывался. Проверяли опять же явно на «жучки».

Избиение продолжалось, во время него Григ да и остальные кричали примерно одно и то же:

— Сознавайся, тварь, тебе же лучше будет, кто послал?! На кого работаешь?!

И в том же духе.

Избиение наконец прекратилось. К забившемуся в угол Махову подошел Шульц, в его руках заточенным лезвием сверкнул нож. Приставив его к горлу замершего Эрика, главарь сказал:

— Лучше сразу скажи, от кого ты, или я тебя убью. Скажешь — отпущу…

— Вы что-то путаете, — прохрипел в ответ Эрик, чувствуя, как острие ножа коснулось горла, что даже глотнуть опасался.

— Ответ неправильный.

Шульц сделал широкий замах и начал опускать нож на свою жертву. Эрик закричал, защищаясь руками от удара.

— Да ни от кого я, черт бы вас побрал!!!

— Чист, — сказал Шульц, отходя от чуть не обделавшегося Махова.

Остальные согласно кивнули головами и разошлись по своим углам, словно ничего особенного и не произошло.

— Да что, черт возьми, происходит-то, объяснит мне кто-нибудь? За что вы меня чуть не убили и что означает этот долбаный «крот»?! — выпалил Эрик, почувствовав, что гроза миновала.

Он начинал медленно понимать, что ему устроили довольно жестокую проверку. Радовало во всем этом то, что он ее, по всей вероятности, прошел.

— Извини, парень… Как тебя зовут-то хоть?

— Эрик… Махов.

— Извини, Эрик, что помяли тебя немного, — снова извинился Шульц, вот только нот раскаяния Эрик в его голосе не уловил. — Все очень просто, мы тебя проверяли…

— Это я понял… вот только на предмет чего?

— «Крот» ты или нет.

Видя, что парень пока из-за пережитого шока не понимает, главарь терпеливо пояснил:

— «Крот» означает, что человек является полицейским агентом. Такой вот агент внедряется в «стаю» «крыс» и ее однажды ночью тихо накрывают. Уже несколько групп вот так пропало. Так исчезли группы Сломанного Клыка, Большого Носа, другие… впрочем, я вижу, что тебе эти имена ни о чем не говорят. Но это неважно. Теперь мы в каждом новичке видим «крота».

— Понятно. Это многое объясняет… — вздохнул Эрик, ощупывая бока, там все болело, но вроде ничего не сломано.

— Можешь считать это перерождением или посвящением в «крысы».

Эрик только хмыкнул, ощупывая распухшую губу.

— И как мне теперь быть?

— Решать тебе… — пожал плечами Шульц. — Можешь отправиться в свободное плавание и со временем, если раньше не попадешься копам или другим «крысам», стать «призраком»… впрочем, ты не выживешь в одиночку. Не приспособлен. Пока. Тебе тем более не жить, если встретишься с другим «призраком», что случится вероятнее всего. Но «крысы» «призраков» не любят, впрочем, как и чужих «крыс» на своей территории, за коего мы тебя поначалу и приняли.

— А-а… теперь я понял, почему вы спрашивали «чей ты».

— Ну да. Так вот, «призраков» немного, они довольно быстро умирают, либо от голода, либо вот так, как чуть было тебя не пришили. Но есть и такие, в нашем районе пара таких шастает, с которыми даже крупным стаям лучше не связываться, это настоящие машины для убийства, людоеды. Но ты на такого крутого «призрака» не потянешь.

— Не потяну, — сник Эрик, тем более что человечину ему точно жрать не улыбалось.

— Сначала их звали отшельниками, поскольку были довольно безобидными и сами никого не трогали, но потом с ними словно что-то стало происходить, и они становились все злее, все сильнее и скоро их стали опасаться.

— И как мне быть? — снова спросил Эрик, чувствуя, что уже боится этих «призраков».

— Я предлагаю тебе остаться с нами.

— И что в этом случае от меня требуется?

— Быстро схватываешь, парень, далеко пойдешь, — засмеялся Шульц, ему поддакнули остальные. — В данном случае с тебя взять нечего… Все твои платежные карточки заблокированы, так что ты их можешь смело выбросить. Будешь выходить с нами на охоту — и все будет тип-топ. Позже мы познакомим тебя с необходимыми правилами выживания, без которых тут никак, и все дела. А теперь давай поедим, а то разболтались, как на митинге…

В животе Эрика больно кольнуло и заурчало, да так громко, что это услышали почти все члены банды и засмеялись.