Белое перо - Гектор Шульц

– Элигос, ты выпил уже двенадцать, – рассмеялась Виктория. – Как у тебя сердце не остановилось?

– Я же не слабый человечишка, юная леди, – фыркнул он. – Но ты права. Наслаждаясь этим напитком, я отклонился от цели своего путешествия.

– Достопримечательности?

– Да. Мне интересно, как человечество провело последние пять сотен лет. Создало ли оно нечто прекрасное, способное меня удивить так же, как этот кофе, – сказал демон. – Поэтому мне и посоветовали начать с Европы.

– Тебя не обманули, – вздохнула девушка. – Итак. Куда ты хочешь пойти? Неподалеку есть Национальный музей, к примеру.

– С него и начнем, – улыбнулся Элигос, бросая на столик деньги. – Ну же, Виктория. Я в прекрасном настроении для экскурсий. Веди меня, юная леди.

– Ох, мои ноги, – буркнула Виктория, слабо улыбнувшись. Она покачала головой и направилась следом за демоном, который вертел головой по сторонам, рассматривая старинную архитектуру.

Музей понравился Элигосу, и Виктория в этом даже не сомневалась. Куда только девалось ехидство демона, стоило ему переступить порог и отдалиться от основной группы туристов. Вместо привычной легкости Виктория увидела, как он серьезно и задумчиво осматривает экспонаты, подолгу стоит рядом с витринами, за стеклом которых скрыты настоящие сокровища, изучает рассеянным взглядом картины великих мастеров прошлого.

Девушка следовала за ним тенью и старалась не отвлекать своего спутника от лицезрения внутреннего богатства музея. Этого Элигоса она еще не видела и поэтому внимательно подмечала и его бормотание себе под нос, когда он останавливался рядом с какой-нибудь картиной, и его восхищенный взгляд, когда демон разглядывал мраморные статуи, и легкую грусть, когда он замер возле большой статуи, изображавшей ангела[14]. Ангел был красивым, но его красота была злой, как и черты лица. Тонкие брови изогнулись в гневе, вены на руках вздулись, а губы были сурово поджаты. Виктория подошла ближе и прочла табличку рядом со статуей. «Люцифер».

– Да, это он, – задумчиво сказал Элигос, когда Виктория встала с ним рядом. – Я удивлен, что скульптор так точно перенес его эмоции, словно он сам был свидетелем изгнания моего брата. И, как видишь, Виктория, нет никаких козлиных рогов и дьявольского пламени.

– Это же просто образ, – хмыкнула она и неуютно поежилась.

– Это наиболее правдивый образ, – ответил Элигос, скрестив руки на груди. – Почему-то человечество из всех образов выбирает наиболее страшные. Люцифера всегда изображали драконом, уродливым зверем, чудовищем с козлиной головой, и никогда таким, каким он был на самом деле.

– Может, потому что свидетелей не осталось? – пошутила Виктория, но демон не улыбнулся.

– Свидетели всегда были. Но к ним не прислушались, а вместо этого побили их камнями и закидали грязью. Человечество любит грязь. Я это вижу, и этого не скрыть. В сплетнях оно видит смысл жизни, а чужие неудачи и страдания доставляют им удовольствие, – ответил Элигос, нахмурив аккуратные брови. – Тем не менее, я удивлен. Хотя бы этой статуе, которая хоть немного показывает правду. Обрати внимание на эту гравюру, Виктория, – сказал он, указав рукой на другую стену, где висела репродукция одной известной гравюры.

– «Потерянный Рай. Песнь первая», – прочла Виктория и понимающе кивнула. – Здесь запечатлен момент изгнания?

– Да, – хрипло ответил демон, смотря на картину черными глазами. – Она написана по поэме некоего Джона Мильтона «Потерянный Рай»[15]. Среди той глупости, которой пестрит поэма, особого внимания заслуживают некоторые гравюры. И снова заметь. Ангел изгоняет ангелов. Ни надуманного уродства, ни тошнотворных образов, ни извращения прошлого. Я помню этот момент. Всегда буду его помнить. Как и презрение на лицах бывших братьев, которые изгоняли нас с Небес.

– Элигос…

– Все в порядке, Виктория, – улыбнулся Элигос, подходя к другой картине, на которой художник изобразил непонятную авангардную мешанину. – Посмотри. У этого человека словно мозг через ухо вытек.

– Авангардизм[16], – улыбнулась девушка. – Нужно тебя сводить в музей современного искусства.

– Не нужно, – отрезал демон. – Если там похожее искусство, как эта мазня, то я лишь потрачу время. Если я захочу увидеть, как у человека вытекает из головы мозг, то самолично этим займусь. И для этого мне не нужны какие-то невнятные картины душевнобольного идиота.

– Я не хочу, чтобы ты уходил отсюда с грустью, – вздохнула Виктория и робко покраснела, когда Элигос ехидно на неё посмотрел.

– Твоя забота похвальна, хоть и непонятна, – сказал он, обводя рукой обширный зал, где располагались шедевры изобразительного искусства. – Посмотри на этих людей и ответь мне, почему они уткнулись в эти маленькие коробочки, и не наслаждаются мазней своих предков?

– Элигос. Это мобильные телефоны, – покачала головой девушка. – Люди фотографируют экспонаты, а потом делятся этим с друзьями, отправляя им фотографии.

– Зачем им это бессмысленное занятие?

– Другие оценивают их фотографии, выставляют им оценки и оставляют комментарии.

– Зачем оценивать то, что было создано не ими? Это особое извращение в присваивании себе чужих заслуг? – спросил Элигос.

– Нет. Просто способ привлечь внимание, наверное. Честно говоря, я тоже не понимаю, почему они сидят в телефонах вместо того, чтобы рассматривать сокровища прошлого.

– В точку. Теперь ты видишь, что человечество ужасно? – ехидно улыбнулся демон. – Перед ними история их мира, а они ждут чьего-то одобрения. Глупо!

– Многие ждут одобрения, потому что не получают его в реальной жизни. А это хоть как-то её заменяет.

– Хм. Видимо, чтобы понять, я должен сам воспользоваться этим мобильным телефоном, – нахмурился Элигос. – Где его можно взять?

– Купить в магазине, – пожала плечами Виктория и усмехнулась, когда демон схватил её за руку и потащил за собой. – Куда ты?

– В магазин. Мне срочно нужно понять, что такого в этом телефоне, раз люди предпочитают его музеям и глупым картинам, – буркнул он, отпихивая в сторону тучного паренька, который глупо улыбался и резво тыкал пальцами в экран своего телефона.

– Здравствуйте. Я могу вам помочь? – улыбнувшись, спросил паренек в желтой футболке, когда в магазин вошел Элигос и смеющаяся Виктория, которую очень забавляло поведение спутника.

– Добрый день, – тактично кивнул Элигос. – Можете. Мне нужен мобильный телефон.

– Хм. Отлично. Возможно, есть предпочтения в брендах? Как вы планируете его использовать? Обычные звонки или серфинг в интернете, просмотр фильмов, прослушивание музыки? – затараторил паренек, но демон оборвал его взмахом руки и повернулся к улыбающейся девушке.

– Я не понимаю, что он хочет, Виктория. Почему он не даст мне то, что я требую, минуя глупые вопросы?

– Нам нужен самый современный телефон. Для интернета, фотографий и всего остального.

– В таком случае, предложу эту модель, – кивнул паренек и, подойдя к витрине, достал из нее серебристый телефон, который протянул Элигосу. Тот повертел его, а потом охнул, когда экран зажегся.

– Приятный на ощупь, – буркнул он, пробегая пальцем по металлическому корпусу. – О, я нажал на эту штуку и теперь вижу себя.

– А если нажмешь сюда, то сделаешь фото, – сказала