Побратим смерти - Дмитрий Силлов

— Октоо знает, — повторил кутруб. — Кайооо не рождееен драконом… Кайооо просто хомо, одеевший на себя крылатое теело. Пусть кайооо захоочет его сброосить… Тогда он не умрееет сегоодня…

«Что он несет? — думал Лис, слушая нервные подвывания… как его? Окто? Вроде так. — Захочет сбросить… Да как его сбросишь, когда оно полностью ощущается как собственное?»

Но в то же время Лис понимал: демон, рожденный в Черном пятне, наверняка знает об огненной магии намного больше его самого. Да и после его слов и вправду драконья плоть стала ощущаться как-то по-другому… Будто тяжелые, помятые в бою доспехи, которые и вправду, если захотеть, можно и сбросить с себя. Только если очень сильно захотеть… Очень сильно…

Это было странно и страшно одновременно. Внезапно Лис почувствовал, как на его спине треснула чешуя. Треснула — и начала медленно сползать вниз вместе с обугленным мясом, которое только что болело нестерпимо… и вот уже не болит почему-то. Разве что нога в области щиколотки ноет будь здоров, а в остальном вроде нормально. Только душно очень, того и гляди задохнешься от недостатка воздуха и специфической вони, какая бывает в дешевых коптильнях.

Лис осторожно шевельнулся… Без толку. Взрыва боли не случилось, но и давить со всех сторон не перестало. Было ощущение, словно тебя со всех сторон обложили тяжелыми, сырыми коровьими шкурами, только что снятыми с целого стада.

— Я помогууу, кайооо! — раздалось откуда-то сверху знакомое подвывание. Потом что-то затрещало — и дышать стало немного легче.

— Я помогууу…

Вой стал надсадным, будто кутруб тужился изо всех сил, присев в кустиках по серьезному делу. Лис осторожно приподнял голову… и понял, что происходит.

Только что взошедшие Сестры заливали все вокруг мертвым, призрачным светом. Его было вполне достаточно, чтобы осмотреться. Лис лежал… внутри огромного драконьего тела, треснувшего посредине, словно перезрелый арбуз. А наверху, уперевшись лапами в края спекшейся чешуи, кутруб силился расширить трещину, рискуя при этом свалиться вниз прямо на Лиса.

Такая перспектива парня не устроила, и он, изнутри цепляясь руками за ребра летающей рептилии, потихоньку вылез наружу — щели, которую Окто расширил для Лиса, вполне хватило, чтобы в нее протиснуться. После этого парень осторожно съехал на землю по чешуе, превратившейся в спекшуюся корку, и сел, прислонившись спиной к тому, что совсем недавно было его телом.

— Уффф, — выдохнул сверху подуставший демон, после чего смачно шлепнулся рядом с Лисом, утирая вспотевшую морду мохнатой кисточкой хвоста. Надо же, оказывается у кутрубов еще и хвост имеется, заменяющий им полотенце и носовой платок. Такого платка у Лиса отродясь не было, но он слышал, что благородные синьоры имеют привычку сморкаться в специальные тряпицы — так же, как это сейчас сделал Окто в кисточку собственного хвоста. Трубно, смачно, душевно так. Лис аж непроизвольно отодвинулся в сторону, чтоб ненароком не попасть под веер кутрубовых соплей — все-таки пучок волос не тряпка, может и не удержать столь обильных излияний. Отодвинулся — и зашипел от боли в ноге.

— Кайооо нооогу подвернууул, — Окто опечалился настолько, что забыл про свой хвост и быстро, словно ночная тень, перетек из положения сидя в позу на корточках. Миг — и Лису показалась, что его стопу зажали в тиски. Парень даже открыл рот, собираясь возмутиться по поводу такого фамильярного обращения… но не успел. Демон дернул ногу так, словно собирался ее оторвать.

Лис от неожиданности довольно чувствительно приложился затылком о спекшуюся драконью чешую. То, что раньше было эластичной броней, способной с легким, приятным шуршанием гнуться в любых направлениях, теперь стало по твердости похоже на древесину горелого дуба. В результате парень нехило долбанулся головушкой, аж загудело в ней, как в колоколе, по которому служитель Высших молотит билом по великим праздникам.

— Твою мать… — простонал Лис.

— У кутруба нет материии, — грустно простонал Окто, с неохотой отпуская ногу. — Только кайооо.

— Это типа отца? — настороженно переспросил Лис, на всякий случай немного отодвигаясь в сторону.

— Да, — кивнул демон. — Этооо и есть отеец в понимании хомо.

— Ну, слава Высшим, — облегченно выдохнул Лис.

— Но только если кайооо признает кутруба своим сыном, — добавил Окто, пытливо уставившись на парня своими красными глазками.

«А ведь не признаешь, может и сожрать», — промелькнуло в голове Лиса. Поэтому он кивнул с важностью жреца Посвященных.

— Да будет так, сын мой.

— Благодарюю тебя, кайооо! — радостно взвыл кутруб. — Тепеерь я бууду рядом с тобоой всегдаа!

«Вот этого точно не надо», — мысленно поморщился парень. Мало ли какие у человека могут быть дела, не требующие присутствия рядом жуткого, волосатого демона. А вслух мягко произнес:

— Конечно, всегда. Кроме тех случаев, когда мне нужно будет послать тебя по неотложным делам.

Почуяв подвох, кутруб насторожился.

— По какииим делам, мой кайооо?

Лис подтянул к себе поврежденную ногу, ощупал голеностопный сустав, попробовал приподняться. Спасибо демону, вывих он вправил. Ходить можно, но только осторожно, небыстро и прихрамывая.

— Ну, например, я жрать хочу, — сказал Лис. — И пить. А охотиться, думаю, пару дней не смогу. Намек понял?

— Пооонял, — кивнул кутруб. — Октооо будет два дня грустиить рядом со своим кайооо.

Лис внимательно посмотрел на демона. Придуривается он, или как? Да нет, непохоже. Смотрит преданными глазками, похоже, и вправду собрался дежурить рядышком, оплакивая вывихнутую ногу.

— А поймать какую-нибудь птицу или зверюшку ты способен? — поинтересовался Лис. — И что нужно для того, чтобы ты нашел родник и принес немного воды?

На лице демона отразилась искренняя радость — ровно настолько, насколько она может отразиться на жуткой, волосатой, клыкастой морде.

— Кайооо хоочет водыы и мяса? — догадался кутруб. — Почемууу же он рааньше не приказаал?

«Ну вот, так всегда и оказывается, что не собеседник дебил, а ты сам дурак», — с легкой досадой подумал Лис. Еще дядька Стафф говорил, что солдатам, подчиненным и родственникам нужны прямые приказы, намеков они не понимают. И хотя старик не был сотником в отставке и никогда не имел ни рабов, ни прямой родни, тему он откуда-то знал крепко.

— Тогда приказываю, сын мой, — устало сказал Лис с интонациями умудренного жизнью папаши, выговаривающего туповатому отпрыску. — Принеси мне пожрать и попить. И себя не забудь — тебе тоже чем-то питаться надо.

— Слууушаюсь и повинуууюсь, мой кайооо! — радостно провыл кутруб, бросаясь в сторону недалекого леса. Только его и видели.

«Вот и славно, — подумал Лис, поудобнее пристраиваясь к еще теплым останкам собственной плоти. Только сейчас он почувствовал, насколько устал. — «Хорошо, что жар от драконьего огня держится так долго в теле сожженных…»