Входящая во Мглу - Кэт Ричардсон

Я не была уверена, что поступаю мудро, но последовала за Марой на кухню, где она взялась за ужин. Когда Мара говорила, Альберт скользил у нее за плечом.

— Между нашим и загробным миром есть некое пространство. Бен называет его Мглой.

Зашел Бен Дэнзигер, неся черноволосого малыша, который грыз большую русскую матрешку.

— Готовы к разговору о Мгле? — спросил он.

— Мы уже начали, — ответила Мара.

— Ага! У меня есть наглядное пособие. Если сумею отобрать его у Брайана.

Бен посадил ребенка и выманил у него матрешку.

— Так. Для начала обзорные сведения. Материя, какой мы ее знаем, является лишь состоянием энергии. Физика элементарных частиц и так далее. Просто энергетические состояния и их взаимодействие. Если забыть про красивые термины, многие философские и религиозные постулаты сводятся к одному и тому же: бытие, жизнь и сознание — это в основе своей энергетические состояния.

Он сел на пол рядом с тяжелым дубовым столом и раскрыл матрешку, показывая вторую внутри.

— Дальше, если мы воспринимаем одно состояние энергии, следовательно, может быть и такое, которое мы не воспринимаем, потому что существуем в другом. Кроме «нормального» мира — нашего обычного энергетического состояния, — есть параллельный или «паранормальный», где доминируют другие энергетические состояния, и переходная зона, где миры накладываются друг на друга. Как матрешка — одна в другой. Переходная зона — Мгла, у нее свои обитатели, всевозможные проявления паранормального и нормального. Призраки, вампиры, духи стихий и прочие. Они не принадлежат ни к тому миру, ни к этому. Обладают неким физическим телом, которое слишком материально для паранормальной сферы бытия — или могут его обрести, — но одновременно и способны на более быстрое, легкое преобразование энергии, которая…

Малыш выхватил матрешку, и Бен поднял на меня взгляд.

— Вы хмуритесь. Потеряли нить?

— Да.

Мара вздохнула и заговорила, не отворачиваясь от раковины:

— Это не так сложно, как Бен объясняет. Представьте, что мир — это море энергии, по поверхности которого и скользит большинство людей. Умерев, вы нырнули в море, а когда очнулись, частичка его осталась с вами, меняя ваш взгляд на мир. Вы можете игнорировать это знание, но оно не исчезнет.

— Я «нырнула»? — недоверчиво взглянула я на нее.

— По аналогии, смерть это действительно глубокое погружение. Говоря, что кто-то «уходит», люди сами не понимают, насколько правы. Вы скидываете все тяжелое, замедляющее и проноситесь сквозь барьер к… чему-то новому. Сверхъестественному. Но вначале вам придется пройти через Мглу, и если вы не совсем готовы к иному миру, во Мгле вы задержитесь на какое-то время, потому что именно там миры накладываются друг на друга.

— Чистилище, — подсказала я.

Мара рассмеялась, откидывая с лица кудряшки и оглядываясь через плечо.

— Выдумка католиков. Мгла не имеет отношения к вероисповеданию, страданиям или искуплению грехов. Но там много странностей, вы наверняка заметили, и энергии в изобилии. Не сомневаюсь, вы видите, что дом сияет.

— Гм… да.

— Дом стоит на узле силы — вот почему мы его выбрали, — который является частью энергосистемы, если брать широкую аналогию. Это та же энергия, что течет во всем живом или магическом. Она кажется хаотичной, но у нее есть свои правила. Вам нужно лишь изучить их.

Я села. Мара повернулась ко мне и, прислонившись к кухонному столу, отряхнула руки от муки. Я наблюдала, на миг оцепенев, как мука плывет в воздухе подобно знакомому облаку, и опускается на пол.

— Зачем мне? Сейчас я в порядке. Я здесь, живая, настоящая. Синяки пройдут, и все закончится.

Дэнзигеры покачали головами.

— Смена состояния произошла, — сказал Бен. — Не важно, как вы себя чувствуете теперь. Вы изменились и не можете вернуться к себе прежней.

Ребенок раскидал матрешек по полу, заглушив мой ответ. Бен поднялся и взял Брайана под мышку.

— Ну все, хватит. Мама превратит тебя в жабу, если не угомонишься, будешь жить в саду. Эй… хорошая идея!

Мара замахнулась на него полотенцем.

— Остынь, чудовище, а не то я тебя сделаю зеленым и бородавчатым. Можешь не сомневаться, тогда поцелуев ты от меня не дождешься.

Бен засмеялся и вприпрыжку покинул кухню с извивающимся малышом. Мара нагнулась, подобрала матрешек и поставила их на стол передо мной.

— Не могли бы вы собрать вселенную обратно?

Она вернулась к кухонному столу и занялась раскатыванием теста для печенья. Сказала через плечо:

— Догадываюсь, как вы расстроены.

— Да. Слушайте, я ничего не понимаю. Даже если смирюсь с призраками, как насчет остального?

— Все это связано. Вы видите призраков, потому что способны заходить во Мглу, где они живут. Большая редкость. Многие из нас, кто их видит, могут только стоять у края и вглядываться в смутные очертания, или черпать воду ведрами, или кричать в надежде, что кто-то ответит. Мы очень ограничены и слабы, мы рискуем привлечь ненужное внимание, если вы понимаете, о чем я. Чтобы нырнуть, мы вынуждены оставлять тело и отправлять в путешествие разум. Это тяжело и опасно, немногие способны выдержать больше пары минут.

— Вы имеете в виду медиумов?

Мара засмеялась, добавляя фрукты в пирог.

— Среди прочих. Но вы, понимаете, вы сохраняете силу и безопасность собственного тела, когда заходите туда. Пока что вы не идете дальше. Вы могли бы, если б знали как, пройти насквозь и найти то, что искали. Вам бы не понадобились посредники, вы бы не боялись остаться не услышанной. У вас есть другие проблемы, однако сила, которой вы обладаете во Мгле как реальный человек среди, в основном, энергетических существ, очень велика. Некоторые жители Мглы имеют тела — и часто сильные, — но взамен у них другие слабости.