Спящий дракон - Александр Мазин

Между тем мальчик приблизился к столу и поклонился.

– Моим друзьям понравилась твоя песня,– произнес светлорожденный, стараясь, чтобы голос его звучал мягче, чем обычно.– Я хочу наградить тебя! Нил!

Гигант осторожно взял руку мальчика, перевернул ее ладонью вверх, вложил серебряную монету, двойной тенг, и сжал пальцы. Мальчик посмотрел на него снизу вверх. Борьба чувств отразилась на его подвижномлице.

– Нет! – сказал он наконец.– Благодарю тебя, мой господин: я не достоин. Прости. Это не моя песня,– и положил на стол нечаянное богатство.

Эрд усмехнулся.

– Честность и правда,– сказал он,– опасные друзья.

Мальчик задрожал. Рука Нила ласково коснулась его головы. А Эрд, удивив сам себя, снял с пальца одно из золотых колец, положил на монету и придвинул к мальчику.– Высока мера искусства. Но мера чести – выше. Клянусь Рогами Быка! Будь ты моим подданным, я возвысил бы тебя, но,– добавил он с сожалением,– кто же автор?

– Не спрашивай, господин! – прошептал мальчик, и на глазах его выступили слезы.

– Позволь мне, светлейший, поговорить с ним,– вмешался Нил, заметив в глазах Эрда зарождающийся гнев.

Светлорожденный кивнул.

Великан увел мальчика в одну из соседних стенных ниш.

– Ты голоден, брат? – спросил Нил, когда они сели за стол.

– Нет.

– Врешь! Когда я был таким же тощим юнцом, как ты (мальчик недоверчиво окинул его взглядом), я всегда был голоден. Эй, друг! – крикнул он слуге.– Еще две порции.

Когда мальчик утолил голод, великан сказал:

– Друзья зовут меня Нил!

– А меня – Соан.

– Мой господин, светлорожденный Эрд Асенар Элэкский, Аснорский и Моритский, очень любит музыку. Признаться, иногда мне кажется, что он немного сумасшедший. Ну, ты знаешь, все эти благородные – немного свихнувшиеся.

Мальчик кивнул.

– Но ты его не бойся. У нас в империи благородные не жрут людей, как у вас. Он тебя не обидит. А поможешь – отблагодарит. Очень богатый, понимаешь?

– Да, господин.

– Нил!

– Да, Нил!

– Тот, кто сочинил песню,– твой друг?

Мальчик кивнул. Он хотел что-то добавить, но прикусил губу и с опаской огляделся.

– Мой господин желает видеть его. И уж если он чего желает, будь уверен – получит. А он прямо помешан на песенках. Твой друг хорошо поет?

– Как фьёльн! – воскликнул Соан и тут же съежился от испуга.

– Мощь Быкоглавого, перестань трястись! – сердито произнес Нил.

Приблизив свое широкое белокожее лицо почти вплотную к лицу Соана, северянин процедил с угрозой:

– Скажи только, кого ты боишься, и я так его вздую!

Великан сжал кулак размером с голову собеседника.

– Не кричи,– сказал Соан.– Ты же чужой здесь. На этот раз твой господин ничего не получит. Он опоздал.– Губы мальчика предательски задрожали, но он справился.– Санти исчез. Три ночи назад.

– Значит, его зовут Санти? Уже лучше. Что значит – исчез?

– Тише! Иначе и ты исчезнешь. И твой господин. И я.

– Вот в этом, малыш, я очень сомневаюсь! – усмехнулся Нил.– А сейчас мы с тобой пойдем ко мне наверх и доберемся до сердцевины этого ореха.– И, не обращая внимания на слабое сопротивление Соана, увлек мальчика наверх.

Через полчаса он знал все.

* * *

– Так его звали Санти?

– Сантан, сын зодчего Тилода. Я учился у его отца. Видел ли ты дом Начальника Гавани Шинона, такой, с бирюзовой крышей, недалеко от порта?

– Его построил Тилод?

– И не только его. Как мог мастер Тилод исчезнуть? Он был так осторожен в словах. А Санти? Ему лишь семнадцать лет! Если бы ты знал его! Весь Фаранг поет его песни! Хочешь, я приведу его девушку, ту, что видела его последней?

– Нет. Объясни-ка мне лучше, что значит – «исчез»?

– Не знаю. Об этом не принято говорить, Нил. Пройдет месяц – и дом продадут. Считается – исчез, значит, пропал без вести. Мой отец говорил: кого-то из таких видели на болотах Юга. Ты уверен, что нас никто не подслушивает?

– Уверен. Если то, что я слышал о вашем Юге,– правда, им лучше было бы умереть.

– Что ты говоришь, Нил! Лучше быть живым на Юге, чем Великим Анганом – в Нижнем мире!

– Складно говоришь! Сам придумал? А кто твой отец?

– Моряк. Ходит помощником кормчего на торговом паруснике.

– Что ж ты подался в строители?

– Я слабый. Больной. Зато умею резать по дереву. Видел мои фигурки? Лучше всего у меня получаются собаки… и девушки!

– Да, славные.

Соан вздохнул:

– Знаешь, я отдал бы свое умение за твои плечи. Не смейся!

– Я и не смеюсь, брат. Дай-ка мне руку!

– Это зачем?

– Не трусь. Ты сказал мне то, что не сказал бы никому, верно?

– Ты чужеземец, Нил. А потом я знаю, что ты меня не выдашь. Не выдашь?

– Само собой! – великан похлопал его по спине.– Открою тебе тайну: во мне есть кровь вагаров. Слыхал о них?

– А то! Такие маленькие человечки с крысу размером и такие же подлые,– он осекся, испуганно посмотрел на Нила.

– Не болтай, если не знаешь! – строго сказал северянин.

– Прости меня, господин!

– Нил меня зовут! Давай руку. О! Из тебя выйдет толк!

– А что войдет? – попытался пошутить Соан.

– Остроумие. Смотри – вот линия здоровья. Она идет вверх. Болезнь выйдет из тебя, уже вышла. Сколько тебе лет?

– Шестнадцать, просто я медленно расту.

– Будешь расти быстро. Грудь по утрам болит?

– Бывает. Лекарь сказал: меня не вылечить.

– Знаешь, есть такой зверь – дикилидокс?

– У которого рот на хвосте?

– Почти. Черепушка у него маленькая, думает слабо. Мозги – в заднице. Как у твоего лекаря.

– Хи-хи!

– Не думай – не будешь болеть.

– А что, все вагары гадают по руке?

– Нет. Моя мать была прорицательницей в Орэлее, есть такой городишко у нас в Империи. А что, этих, исчезнувших, их кто-нибудь ищет? Друзья, родные?

– Что ты! Кто ищет – сам исчезает. Это всем известно! Хотя, знаешь, Тилода как раз искали! Начальник Гавани, Отважный Шинон. Он-то никого не боится. Но и он не нашел. А уж у Шинона свой человек за каждой дырявой стеной.

– А где жил Тилод? Была у него жена?