Сестра мертвых - Барб и Дж. С. Хенди

— Она его балует, — прошептал он.

Магьер едва не улыбнулась. Завтра они придут в Чеместук, ее… дом? Нет, теперь уже нет. Настоящий ее дом далеко отсюда, в таверне «Морской лев», в порту Миишка, где текла их с Лисилом мирная жизнь. Сколько же еще ей предстоит скитаться, прежде чем она вернется домой?

А сейчас… сейчас можно греться в объятиях Лисила и смотреть, как огромный косматый пес шумно чавкает очищенным яблоком.

* * *

Вельстил ворочался во сне, глубоком сне вампира, пытаясь укрыть взгляд от чешуйчатых черных колец, которые вздымались, колыхаясь, со всех сторон. Словно дюны черного песка, гонимые пустынной бурей, они перекатывались и волновались безостановочно, бесконечно. В привычном этом сновидении, которое так часто являлось Вельстилу, он ни на мгновение не мог закрыть глаз, а зрелище извивавшихся, без конца перекатывавшихся колец рано или поздно вызывало у него дурноту.

Вельстил ждал, что повелитель его снов станет гневаться на него, однако же в недрах сущности, окружавшей его со всех сторон, не таилось ни гнева, ни даже раздражения. Вельстил не ощущал вообще ничего — лишь безмерное одиночество, да еще то, что за ним пристально наблюдают.

— Помоги мне, — прошептал он во сне, — умоляю тебя — помоги! Что мне делать дальше?

Ответ отозвался в его мыслях прилетевшим издалека эхом:

«Продолжай… следуй».

Вельстил снова заворочался во сне. Черные кольца повелителя медленно истаяли, растворившись в кромешной тьме сновидения. Вельстил вскинулся, перевалился на бок — и проснулся.

Он сел на полу заброшенного капища, стоявшего на забытой людьми тропинке, которая ответвлялась от малолюдного древинкского тракта. Каменные стены выщербились и растрескались от времени, арочный вход, с двух сторон обрамленный колоннами, давно уже лишился двери, за прошедшие годы обратившейся в труху. Вельстил и Чейн, по следу Магьер продвигаясь вглубь материка, укрылись в этом капище незадолго до восхода солнца. На алтаре, который располагался за спиной у Вельстила, не было ни святынь, ни сакральных знаков — их, скорее всего, просто разворовали после того, как непостоянная паства отреклась от своего былого кумира.

Вельстил встал, пошатываясь — он все еще не до конца оправился от очередной встречи с повелителем своих снов, — и огляделся по сторонам.

— Чейн! — позвал он.

Ответа не было. Давно ли зашло солнце? В последние время Вельстил, приходя в себя после таких сновидений, чувствовал движение солнца в небесах все слабее и слабее. Обеспокоенный этим обстоятельством, он вышел из капища.

В лесной чаще было тихо, лишь покрикивала изредка неизвестно какая птица да шуршал по земле и листьям мелкий моросящий дождь. Ни единый, даже самый слабый порыв ветра не тревожил ветви деревьев и лесной кустарник. Вельстил вспомнил, что совсем незадолго до рассвета они миновали крохотную деревушку — жалкую горстку полуосевших землянок. Чейна, помнится, тогда взволновал вид человеческих жилищ. Неужели этот болван отправился на охоту?

Вельстил шагнул было назад, в капище, чтобы собрать свои вещи и, накинув плащ, отправиться на поиски Чейна, но остановился. Он сейчас один, совсем один, а когда путешествуешь в чьем-то обществе, такие ценные минуты выпадают нечасто.

Он не представлял раньше, как сложно будет следовать по пятам за Магьер, которая могла без помех передвигаться днем, в то время как ему приходилось искать себе укрытие. Проведя в пути последние несколько ночей, Вельстилу оставалось только с неприятным предчувствием догадываться, куда именно она направляется.

Вначале Магьер двигалась на юго-восток, что почти сбило Вельстила с толку. Он-то ожидал, что она покинет окрестности реки Вудрашк и свернет на север, в Стравину. Вельстил едва не потерял след Магьер в ночь после того, как она сошла с баржи, и ему пришлось отослать Чейна по выдуманному наспех делу, чтобы в одиночестве без помех определить местонахождение Магьер.

Нельзя тратить попусту и этот драгоценный миг одиночества.

Опустившись на колени в капище, Вельстил вынул из дорожного мешка бронзовое блюдо и положил его на присыпанный трухой пол выпуклым дном вверх. Бормоча гортанные слова, он достал кинжал и царапнул острием изуродованный мизинец на левой руке. Вельстил смотрел, как из ранки медленно падают капли его черной крови — одна, вторая, третья, — падают прямо в крохотную выемку на дне блюда. Обломок кости в искалеченном мизинце заметно потеплел. Вельстилу довольно было сосредоточиться всего на миг, чтобы залечить небольшую ранку.

Темная лужица крови в выемке на дне блюда заволновалась и вытянулась в полоску, которая пролегла от центра дна, с юга на юго-восток.

Вельстил тщательно протер блюдо и кинжал, спрятал их и вышел из капища, намереваясь все-таки разыскать своего заблудшего спутника.

Сомнений больше не было: Магьер направляется в Чеместук.

* * *

Винн смотрела, как Магьер и Лисил, сидящие по ту сторону костра, шепчутся, обнявшись под одним одеялом. Нелепо, но привычное это зрелище заставляло ее все острее с каждым днем чувствовать свое одиночество. Она не желала вторгаться в их так недавно обретенную близость, но при виде этой близости ощущала себя досадной помехой.

Все, все в этом путешествии шло не так, как ей рисовалось.

Прежде Винн даже и представить себе не могла, какой окажется жизнь без постоянного присутствия ее наставников и собратьев по Гильдии. Она рано осиротела и еще ребенком попала под опеку миссии Хранителей в Малурне, королевстве за океаном. В первые, волнующие дни пути резкие манеры Магьер и постоянные шуточки Лисила показались ей приятным разнообразием после той жизни, к которой она привыкла за годы, проведенные в Гильдии. Со временем, однако, Винн поняла, что ей все сильнее недостает домина Тилсвита и скромного, но такого привычного уюта старых казарм, в которых размещалась миссия. Хорошо, хоть Малец не бросал ее на произвол судьбы и составлял ей компанию с завидным постоянством. Девушка провела ладонью по загривку пса, запустила пальцы в густую шерсть и услышала, как Малец удовлетворенно заурчал в ответ.

Отправляясь в путешествие, Винн ожидала, что ее ждет труд хрониста и личного переводчика Магьер и Лисила, — именно такие обязанности возлагались на странствующих Хранителей, которые у нее на родине нанимались на службу в дома местных лордов. Она мечтала о том, как составит для архивов Гильдии новые, более подробные описания здешних стран, таким образом раздвинув границы Знания, которое Хранители присягнули беречь во благо всего человечества. Увы, и Магьер, и Лисил прекрасно знали белашкийский язык и, стало быть, не нуждались в ее услугах; сейчас же, к большой досаде Винн, они находились на землях Древинки. Бегло говорить на здешнем наречии могла одна только Магьер, но, впрочем, и Лисил с грехом пополам разбирал, что ему говорят.

И лишь Винн, в совершенстве владеющая семью языками, не знала ни слова по-древинкски. Пока.