Тяжело быть студентом - Маргарита Блинова

– В следующий раз просто беги! – посоветовала я притихшей блондинке.

– Это трусость! – решительно задрала подбородок девушка и сжала маленькие кулачки.

– Предпочитаю называть это инстинктом самосохранения!

Судя по упрямому выражению лица, девушка мою здравую мысль по достоинству не оценила.

– А-а-а… Так вы наш куратор – Ангелина Де ла Варга! – неожиданно догадалась она.

Умная, зараза! И красивая…

Поворачиваюсь и покровительственно, как и положено в таких случаях куратору, смотрю на блондинку.

– Уроки выживания в полевых условиях жизни не даю, – решительно заявляю я и скрещиваю руки на груди. – Репетитором и телохранителем тоже не подрабатываю.

– Извини… те, я все понимаю. – Звонкий голосок Эмилии звучал словно колокольчик. – Просто я единственная девушка и… мне бы в туалет… но я… боюсь…

К концу своей тирады Темная окончательно сникла и достоверно изобразила помидор цветом лица. Вот это талант! Я даже позавидовала.

– Великая Богиня, за что? – проклиная свое человеколюбие, простонала я, беря блондинку за руку и ведя в сторону дамских комнат.

«Ту-тух!» – пожаловалось легкому вернувшееся из пяток сердце.

* * *

Из туалетной кабинки Эмилия выпорхнула на редкость счастливой и довольной. Бедняжка, видимо, крепко ее прижало.

Терпеливо дождавшись, пока блондиночка приведет себя в порядок и пару минут покрутится у зеркала, я взяла милашку за крохотную ручку и крадучись вышла из женского туалета.

Главное в нашем деле – дойти до остальных Темных и не нарваться на толпы жаждущих поквитаться.

– А, вот и вы, – мужской голос застал врасплох, заставив резко развернуться и попутно спрятать за спину Эмилию.

Выставив гипс в качестве защиты, я поймала смеющийся взгляд профессора Барадоса и расслабилась.

– Дра-а-сти!

– И тебе не хворать, Ангелочек, – теперь уже открыто улыбнулся мужчина и заглянул мне за спину. – Вижу, ты активно пытаешься подружиться с новичками?

Я глупо ухмыльнулась. И вот что теперь говорить? Что хотела избавиться от кураторства и могучей кучки Темных, но совершенно случайно вступилась за одну из них? Спасибо, но ищите другую такую недалекую идиотку.

Пусть это и банально, но в глазах профессора хочется выглядеть лучше, чем есть на самом деле. А что? Я просто человек, даже не маг, и ничто человеческое мне не чуждо!

Мужчина, так и не дождавшись ответа, поманил нас в ближайшую аудиторию. Переглянувшись с малость растерявшейся Эми, мы двинулись следом.

– Значит, так, Линка, – закрывая за нами двери, «обрадовал» профессор, – ты крупно влипла!

– Догадалась уже. – Мрачно киваю, полностью согласная с мнением мужчины, и кошусь в сторону притихшей блондинки. – Профессор, может, поговорим наедине?

– Нет уж, – посерьезнел мужчина, усаживаясь за преподавательский стол. – Зная тебя, не удивлюсь, если в тебе неожиданно взыграет благородная придурь и ты из самых светлых побуждений ничего не скажешь своей новой подружке.

«Блондинка нам не подружка», – возмутился здравый смысл.

«Да! – горячо поддержала зависть. – Уж больно красивая!»

В очередной раз заткнув не в меру разговорчивые внутренние голоса, облокачиваюсь на первую парту и с интересом смотрю на Светлого.

– Профессор, вы это сейчас к чему сказали?

– Линка, я только что был у директора, – признался профессор, нервно постукивая ручкой о край стола. – Твои подопечные написали на тебя докладную…

– Слава Богине, догадались! – возликовала я.

– Ты даже не представляешь, как это плохо, Ангелина, – покачал головой мужчина, явно не разделяя моей горячей радости. – Директор рвал и метал. Бедная секретарша устала таскать ему успокоительное…

Я прикусила губу. Вот тебе и подарок судьбы. Вчера была любимой студенткой ВУДа, а сегодня… Сегодня мне кирдык! А все из-за кого? Правильно, из-за Темных, чтоб они поскорее домой свалили.

– Ангелина, – сказал профессор Барадос. – Я слышал, как директор Рохан грозился, что лишит тебя защиты…

Все, это финиш! Если он действительно это сделает, то прощайте, ночные вылазки к шефу, прощайте, расследования и консультации. Прощай, Ру, потому что видеться из-за плотного графика мы не сможем.

– Ну же, Линка, – попытался поддержать меня профессор, – не все так плохо! Официально, чтобы докладная вступила в силу, в ней должны быть собраны подписи всей группы. А если я правильно понял, подписавшихся только девять.

Мужчина повернулся и сконцентрировал взгляд на кукольном личике засмущавшейся Эмилии. Я тоже посмотрела на девушку.

– Вот видишь, не зря спасала, – улыбнулась блондиночка, отчего ее личико стало еще симпатичнее.

Я улыбнулась в ответ. А чего паниковать раньше времени? Сейчас пойду, возможно, извинюсь и завоюю любовь, доверие и уважение Темных. Я как-никак герой, спасший их единственную девушку.

Эх, может, даже памятник в мою честь воздвигнут…

* * *

Хрен бы там!

На остальных членов темной кучки мой великий подвиг впечатления не произвел. И если кто-то и планировал поставить именной памятник куратору, то только на ее свежей могилке.

Больше всех старался тот самый вредный блондин, который утром нарочно утаил, что в тесных рядах перекачанного тестостерона каким-то неведомым образом затесалась хрупкая малышка.

– Ребят, – мило улыбаюсь. – Давайте жить дружно!

Блондин смерил меня тяжелым взглядом и недовольно скрестил руки на груди.

– Ты сама дала далеко не прозрачный намек на то, что тебе все равно, – поддел он.

– Это было утром, я была хмурая и невыспавшаяся, а теперь лучусь оптимизмом и готова работать, – бодренько отрапортовала я.

– Зато сейчас за окном вечер, мы злые и кровожадные Темные, хотим другого куратора, – тут же парировал блондинчик.

– Эмилия! – позвал он девушку, почему-то все еще опасливо прижимающуюся ко мне. По ходу эти жлобы пугают ее не меньше, чем мстительно настроенные Светлые.

– Эми, не будем задерживать нашего бывшего куратора, – тоном человека, привыкшего, что все другие ему безоговорочно подчиняются, сказал Темный. – Ведь у нее так много дел и так мало времени на нас, – ехидно добавил он, после чего положил на стол листок и ручку.

Я померилась с блондинчиком взглядом и нервно сглотнула.

Парень выделялся среди остальных. От него за километр несло завышенной самооценкой и неумением проигрывать. Встретишь такого на улице, опустишь глаза и поспешишь как можно быстрее юркнуть куда-нибудь подальше до того, как серые глаза блондина обратят на тебя внимание.