Тяжело быть студентом - Маргарита Блинова

Принимаю коленно-локтевую позу и «радостно» знакомлю лоб с полом. Так… Держись, тряпка! Главное сейчас – сделать независимое лицо, похвалить себя за ту самую грацию и ловкость, а затем с невозмутимым видом отползти в сторонку и уже там, в темном уголочке, поплакать от души.

– Ой, Линка! – поспешил вернуть меня в вертикальное положение кто-то. – Прости, я не видел!

– Да все в порядке, – искренне стараюсь, чтобы голос казался бодрым.

Скол! Лишь бы парень не увидел искр, летящих из глаз, а то еще примут за заклинивший электрический щиток. Чинить полезут. А оно мне надо, чтобы кто-то грязными руками внутри ковырялся?

– Поберегись! – крикнул доброжелатель, и над нашими головами пролетел еще один мяч.

Хорошо, что Тай, который в этот момент поднимал меня, продемонстрировал удивительно чуткий инстинкт самосохранения и упал первым. Я же, выключив наработанные годами рефлексы наемника, мешком с картошкой рухнула сверху. Ребра жалобно заныли о несправедливости жизни, но тут их в вежливой форме заткнули злые на вестибулярный аппарат коленки и локти. Лоб как-то подозрительно промолчал…

«К нам едет сотрясение», – замогильным голосом оповестил всех пессимизм.

Стараясь игнорировать голоса в голове, осторожно поднимаю голову и оглядываюсь.

– Кого атакуем? – мило улыбнувшись, интересуюсь у покрасневшего парня.

Лежать на одногруппнике было мягко и безопасно, но Тай подо мной как-то странно хрипел и ворочался. Пожалев бедолагу, я все-таки слезла и прекратила отдавливать ему то, что обычно мешает плохому танцору.

И я про ноги! А вы что подумали?

– Вон ту, – одной рукой махнул в сторону парень, при этом второй почему-то потянулся прикрыть стратегически важное для каждого мужчины место.

Хм… Может, это все-таки были не ноги?

Впереди раздался еще один хлопок от взорвавшегося мяча, и я невольно перевела взгляд на причину локальной войны, возникшей в спортивном зале.

В углу удерживала оборонительную позицию девушка. Причем такая красивая, что сама Елена Троянская от зависти обгрызла бы ногти на ногах супруга!

Золотистые волосы идеальными локонами обрамляли кукольное лицо с белоснежной кожей. Совершенные черты лица, аккуратные губки, которые в данный момент немного дрожали от страха, и огромные испуганные голубые глаза.

Убогая черно-белая студенческая форма, в которую был упакован этот ангел, только подчеркивала красоту и беззащитность девушки.

М-да… Из-за такой и парочку войн не стыдно устроить!

Но, видимо, после первых трех недель интенсивного прессинга со стороны преподов логика у одногруппников атрофировалась. Иначе чем еще можно объяснить тот факт, что именно это милое чудо природы мои приятели и атаковали мячами для бакетбола.

Девушка пока не пропустила ни одного удара, но только благодаря стандартному щиту, адаптированному под браслет.

– Вы чего творите? – заорала я на своих одногруппников, выплывая из культурного шока.

Срываюсь с места и закрываю собой несчастное создание, выставляя вперед загипсованный палец в качестве защиты.

К сожалению, предмет моей гордости враждебно настроенных противников в бегство не обратил. Жалко…

«Ту-тух-ту-тух», – недовольно стукнуло в ребра сердце и в страхе прижалось к левому легкому.

– Лина! Отойди, – покачивая в руке мячом, попросил Донель. Милый мальчик и, на моей памяти, самый спокойный среди группы. Остальные тесным кругом обступают наши прижатые в углу тушки. И лица-то у всех такие злые и решительные!

Последний раз я их такими видела, когда мы дружно завалили историю магии и коллективно сговаривались на месть в весьма крупных масштабах для отдельно взятого профессора.

И то, если припоминать все до мельчайших деталей, тогда вот такого решительного и фанатичного блеска в глазах у них не наблюдалось.

Ой-ей! Да что тут с ними произошло, пока меня не было? В медпункте перепутали вакцины и всем припечатали в мягкое место курс озверина?

– Не уйду, – отрицательно мотаю головой. – Еще немного, и вы начнете думать, куда прятать труп. Думать коллективно у вас получается из рук вон плохо. А оно мне надо – сухари сушить и передачки таскать в управление порядка?

И главное, вид тоже делаю решительный, откровенно намекая, что стоять буду до конца. Из чистого упрямства!

А вот сердце струсило окончательно и поползло в пятки. Легкое попыталось повторить маневр, но вовремя было перехвачено ребрами и возвращено на место. Дожили! Меня уже собственные внутренние органы предавать начинают.

– Лина! – попытался вразумить меня Жош, мой партнер по лабораторным и по совместительству – староста группы. – Ты что, не знаешь? Это же одна из Темных!

Медленно-медленно поворачиваюсь и смотрю на девушку. Долбаный Скол! Так это и есть тот самый десятый?

«Вот мы и приплыли!» – довольно усмехнулся пессимизм, доставая из закромов валерьянку.

«А я ведь такой молодой, – начал утирать горькие слезы желудок. – Даже язвы заработать не успел!»

Пока среди органов происходили разброд и шатание, я лихорадочно думала. Если нас начнут атаковать, придется защищаться по-настоящему, и тогда прости-прощай годами создаваемый образ незаметной зубрилки.

Представляю, как вытянутся лица у друзей-товарищей по парте, когда они узнают, что тихий ботаник Линка на самом деле – наемник, тайно натренированный главой клана.

За такое Крестный по головке точно не погладит, а я в последнее время и так с трудом переношу его тренировочки. Как же все не вовремя!!

Но вернемся к нашим баранам (это я про группу) и воротам (это я про блондинку), на которые все стадо ополчилось.

Что делать в такой ситуации мне?!

– Еще причины для бомбардировки хрупкой девушки, кроме этой, есть? – спрашиваю, стараясь не очень злиться. Может, до десяти посчитать? Или лучше сразу до ста?

– Она – Темная! – крикнул Тай.

– Потрясающая логика, но мы это уже слышали! Еще аргументы? – Вглядываюсь в непонимающие лица одногруппников, вслушиваюсь в напряженное молчание. – Ну, вот и ладненько! Тебя как зовут? – поворачиваюсь к притихшей Темной.

– Эмилия, – еле слышно прошептала она.

– Эми – Темная! И мы много… интересного знаем про них. Так давайте попытаемся продемонстрировать то, чему нас с детства учат: смирение, доброту и всепрощение, – окидываю толпу фанатично настроенных Светлых и добавляю: – Ну, или пофигизм!

Скорее всего, любимые одногруппники закидали бы нас обеих мячами, а потом попинали ногами и заверили, что это новый интерьер такой, но, к счастью, прозвенел спасительный звонок. Мои сотоварищи на время отложили топор войны и двинулись в сторону раздевалок, недовольно перешептываясь и оглядываясь на нас.