Первый маг России - Влад Холод

…Друид, одетый в стандартный наряд, стоял на арене: кожаная куртка, кожаные штаны, сапоги без подметок, все — зеленого цвета. В правой руке посох, в левой — заклинание «хлыст». Напротив — норг, зверь уже начал выдыхаться, но еще не был сломлен, еще надеялся на победу. У него кровоточил нос, в который друид уже пару десятков раз попал концом посоха. Шкуру исполосовал «хлыст» — от заклинания выгорела шерсть, лопнула кожа.

Норг в который раз прыгнул на человека, но с тем же результатом — друид влет сбил его «хлыстом», зверь в прыжке изогнулся от невыносимой боли и в итоге приземлился рядом. Стремительный удар посохом в нос (молодой друид владел им виртуозно), и брызги крови разлетелись по желтому песку арены. Еще удар — норг наклонил голову! Вот этого и ждал друид. Он сбросил заклинание «хлыста», перехватил посох двумя руками и начал наступать на зверя. Каждый его удар — точен и молниеносен. Норг уже ничего не соображал от боли, ему хотелось только спрятать, защитить поврежденную плоть. Он лег на песок и закрыл нос лапами. Все, победа! Друид медленно подошел, встал на одно колено — глаза зверя оказались напротив. Давно заготовленное заклинание «младший брат» сорвалось с рук, внедрилось в сознание побежденного норга. Теперь до самой смерти он — младший. Человек — старший и чувствует зверя как часть своего организма.

Друид гладил зверя по огромной лобастой голове, с его рук срывались зеленые искры. С каждой такой искрой норг преображался — зарастали шерстью иссеченные бока, останавливалась кровь, нарастала молодая кожа на разбитом до мяса носу.

Друид встал на ноги, на его лице сияла улыбка победителя. Он махнул толпе за сферой экрана и пошел к выходу, а за его спиной медленно ступал белый норг, возвышающийся над человеком на целую голову…

Я поднялся наверх. Рысь лежал на моем кожаном диване и медленно запускал в него когти передних лап. Зарраза… Я медленно опустился на колени, взял рыся за морду и посмотрел в глаза. Подготовленное заклинание мягко опутало мозг зверя, и я ощутил его чувства — удовольствие от охоты, сытость и спокойствие.

— Как тебя звать, младший брат? — все так же глядя ему в глаза, спросил я. И провалился в его память.

…Большой, влажный язык прошелся по голове, уронил меня в траву, тут же еще раз прошелся по животу. Мне было хорошо и весело. Я неловко поднялся на ноги, встал на задние лапы, когтями передних вцепился в щеку маме. Мама дернула головой, задела меня усами и начала вылизывать сестру. Я взобрался ей на спину и начал лапами ловить кисточки на ее ушах. Это было весело — мама пригибала то одно ухо, то другое, а я ловил! Наконец мама недовольно дернулась, и я свалился на подстилку норы. Мама еще раз прошлась языком по моей спине, а я перевернулся и попытался поймать ее усы лапами. Фыркнула:

— Игрун! Иди играй с братьями! — Влажный нос толкнул меня в кучу. Я тут же забыл о маме и вцепился в загривок брата…

— Ты — Игрун! — Зверь почувствовал смысл слова и довольно закрыл глаза. Я еще раз с силой провел по шкуре рыси от головы до обрубка хвоста, он мурлыкнул и задремал, поводя во сне ушами в разные стороны.

— Ладно, спи. — Я поднялся на ноги. — И больше не дери когтями ничего в доме! Для этого есть деревья.

Игрун приоткрыл один глаз, посмотрел на меня, и я четко воспринял от него мысленный посыл:

«Хорошо, старший брат».

Прошла неделя. Мой двор постепенно менялся — дорогу от ворот до дома заасфальтировали, все остальное закрыла газонная трава. По углам дома посадили четыре пихты; вырыли и заполнили проточной водой маленький, всего пять метров в диаметре, но все же пруд. Рядом с ним расположился сад камней с растущими на них растениями и цветами…

Сегодня проснулся рано — не спалось. Вышел во двор, уселся в шезлонг у воды, откинул голову и стал лениво наблюдать за набирающим силу днем… По розовому небу плыли легкие перистые облака, постепенно пропадали утренние птахи, становилось тише. Я даже начал слегка дремать, когда меня вернул в реальность звонок мобильника.

— Да.

— Вова, это я.

— Я узнал тебя, Паша… — зевнул в трубку.

— Я тебя разбудил? Ну извини! — совершенно неискренне сказал Паша.

— Что у тебя случилось? — еще раз зевнул. — И учти, если зря разбудил, будешь икать до обеда… — лениво пригрозил я.

— Да ну тебя, — не испугался друг. Ну, может, еще не совсем друг, но гораздо больше, чем товарищ. — У моего кореша «лекса» угнали, поможешь?

— Нет, лень мне. — Я едва удержался от зевка. — И вообще, с детства не выношу бесплатного труда. — Фраза не моя, услышал когда-то, понравилась.

— Слышь, братан, у него «лекс» четыре ляма весит! — недовольно засопел приятель в трубку. — Найдешь машину, четыреста штук твои.

— Ладно! — проснулся я. — Привози ключи от машины. — И отключил вызов.

Под тяжестью Игруна скрипнул лежак. Зверь мягко прыгнул, вытянулся во весь рост, положил голову мне на плечо.

— Чеши тебя, да?

Рысь подтверждающее мявкнул, типа да, он очень хочет, особенно за ушами… Теплый бок Игруна прижался ко мне, я запустил руки в короткую мягкую шерсть и слегка почесал его за ушами.

У ворот бибикнула машина, я вытащил из кармана халата пульт и нажал на кнопку. Створки бесшумно открылись, и Пашин «крузак», негромко урча дизельным двигателем, заполз внутрь.

— Ни хрена ты тут обустроился! — сказал Паша, оглядываясь по сторонам. Тут его взгляд остановился на рыси. — Бли-и-ин! Это еще кто???

— Познакомьтесь. Игрун, это Паша. Паша, это Игрун, — представил я их друг другу. Игрун медленно сел на лежаке, зевнул. Спрыгнул на брусчатку и неторопливо направился к гостю.

— Он меня не сожрет? — напряженно спросил гость.

— Нет, сейчас обнюхает, запомнит, и больше ты его интересовать не будешь. — Я поднялся с лежака, поздоровался.

Рысь обошел Пашу кругом, чуть коснулся носом пальцев руки и направился в дом пить молоко.

— Ты где его взял, а? — Паша уселся на соседний лежак. — Здоровый, просто песец!

— Сам пришел. Ну я его и взял к себе, — пожал плечами, уселся напротив и протянул руку. — Давай ключи.

Паша достал из кармана черной адидасовской ветровки брелок и бросил мне в ладонь. Я сжал электронный ключ двумя руками — аура неполного предмета четко просматривалась. Видать, не новая машина… Запустил простейшую «искалку» — такими заклинаниями на Мисте ищут все, от носков до лошадей.

— Вот ведь… — буркнул я. — Придется с тобой ехать. А то будете до вечера искать. Точное место отсюда указать не могу, круг получается почти в километр. — Я встал. — Пойду переоденусь.

Выехали мы на Пашином «крузаке» — я не захотел палить свою машину.

По пути за нами пристроилась БМВ пятой серии. Паша коротко глянул в зеркало и проинформировал:

— Вадька, ну тот, чью машину ищем. Он мента прикормленного взял с собой, на всякий случай. — Друг повернул в сторону промзоны. — Там такой замут был… Прикинь, кавказы дочурку кореша из машины стали выдергивать, а она в руль вцепилась, визжит на всю улицу. Так один из зверей ей стволом в лицо ткнул — губу порвал и зуб выбил.