Мастер рун - Михаил Михайлов

– Господин, всё же я не стал бы этого делать. Я лично могу сломать ему хребет, чтобы не привлечь запахов крови духов пустыни.

– Нам нужны рабы, уважаемый Дибер, очень нужны. Боги знают, сколько этих вонючек помрёт, пока доедем до шахт, – вздохнул Амран. – Прикажи, чтобы принесли оборванца сюда.

– Хорошо, господин, – Дибер коснулся ладонью сердца, кивнул головою и повернулся на выход, но был тут же остановлен вопросом Ошитана.

– А он точно из каравана, что ходят в Саалигир?

– Я уверен в этом, господин Ошитан, – повернулся к нему лицом Дибер. – Цвет загара на его коже ни с чем нельзя спутать. Даже если не успел переступить черту между пустыней и этим проклятым краем, то, значит, провёл несколько дней у самой границы.

Через десять минут внесли в шатёр связанного и пребывающего без сознания незнакомца. Через весь лоб с головы к переносице тянулась засохшая полоска крови.

– Он хотя бы жив? – поморщился Амран. – Не проломили голову?

– Череп у него покрепче бычьего. Только боевым молот и бить, если расколоть нужно. А простая дубинка лишь оглушила, жить будет, – заверил работорговца Дибер. – Он уже успел очнуться и чуть ли не с кулаками напал на охранника. Пришлось опять оглушить. Буйный.

– Плохо, – негромко произнёс себе под нос Амран.

– Что, господин?

– Говорю, на шахтах быстро обломают. Ладно, ступай, я тебя позову позже.

– Стоит ли вам наедине оставаться с этим оборванцем? Если опять очнётся и попытается наброситься? – нахмурился Дибер.

– Уважаемый Дибер, вы считаете, что из меня совсем никакой воин и оружие я на поясе просто так ношу, для украшения и чтобы бросать пыль в глаза женщинам? – вкрадчиво спросил Амран, а в глазах его полыхнула ярость.

– Простите, господин, – виновато ответил Дибер. – Я лишь забочусь о вас и господине Ошитане.

– Сами справимся. Ступай и прихвати с собою рабынь.

Когда охранник ушёл, забрав с собою двух перепуганных девчушек с серебряными красивыми ошейниками на шеях, оба работорговца занялись оборванцем, что лежал перед ними на дорогом ковре. Очень высокий, неимоверно худой, но видно, что до невзгод был статным и отлично сложенным молодым мужчиной. Возраст сложно определить из-за длинных волос и бороды. Но седины нет, морщины не успели залечь вокруг глаз, кожа на исхудавшем теле упруга. Вряд ли больше двадцати пяти лет. По возрасту подходит для выпускника магических школ и академий. Самым ленивым и бездарным как раз по силам (их же это и выделяет) грубая работа с рунами и маной. Почти гол, только плохо скроенные из полусопревшей толстой холстины штаны до колен прикрывают срам. Ни малейших следов рабского ошейника, спина чистая, без шрамов от кнута и палок, на руках и ногах не видно потёртостей от кандалов. Амран мысленно горько вздохнул: свободный человек, скорее всего, он и есть создатель кувшина с водою и боевого битка.

– Фу, самый настоящий оборванец, – скривился Ошитан.

– Или маг, который единственный выжил с Саалигире и смог дойти до караванной тропы, – заметил Амран.

– Маг? – оживился Ошитан. – Это неплохо. Пусть за своё спасение и проезд наделает нам таких кувшинов с водой. У нас их по весу золотом в любом караван-сарае раскупят.

– Не получится, мой друг, – покачал головою Амран. – Наш Дибер излишне прямолинеен и не смотрит в будущее. Зря он посадил этого человека к рабам. Если хотел спрятать, то нужно было спрятать в палатку к охране. Там опытные воины, их разбойниками не напугать, да и язык за зубами держать умеют. Или, хотя бы, оглушил, как следует. Теперь же этот маг, если маг, конечно, никогда не простит рабский загон. Потому и набросился на охранника, когда понял, где оказался.

– Вот же… – скривился Ошитан. – Тогда, нам остаётся его только убить.

– Зачем разбрасывать добром? – хитро улыбнулся Амран. Он встал, сделал несколько шагов до одного из сундуков, ключом, который всегда держал при себе, открыл замок. Из сундука достал большую шкатулку. С ней он вернулся на прежнее место. И только усевшись на мягкую подушку, откинул крышку.

– Вот, – Амран продемонстрировал бронзовый ошейник, собранный из нескольких пластин. Самый обычный, с такими «украшениями» щеголяют все рабы.

– Мага такой ошейник не удержит, – скептически осмотрев вещь, вынес вердикт Ошитан. – Убить проще.

– Тебе бы всё золотом разбрасываться, – поморщился его компаньон. – Это не простой ошейник. Достался от наших тайных друзей.

– Так это…

– Тсс, – приложил палей к губам Амран, – не нужно пустых слов.

Ошейник был изготовлен в Нектакоре или в другом городе некромантов. Магов смерти не любили во всём мире, даже щедро платили золотом за голову каждого некромага. Пойманных на совместных делах с этими изгоями сажали на кол или ломали хребты и бросали в пустыне.

Но для работорговцев некроманты были самыми щедрыми клиентами. За простых рабов в том же Нектакоре можно было получить золота, как за трёх на любом другом легальном рынке рабов. А за мага некроманты отсыпали золота столько, что даже один пленник окупал всю поездку и издержки с опасностями в несколько раз. Вот для магов и держал Амран ошейники. Отличить его от обычных мог лишь опытный специалист. А такие сидят по крупным городам и на рабские рынки никогда не заглядывают, им и без того хватает средств для вкусной жизни.

Амран приложил ошейник к шее пленника, завёл края и соединил их между собою. Ошейник мгновенно засиял, когда же свечение потухло, то определить, где стык стало невозможно.

– Ему бы язык ещё отрезать? – предложил Ошитан. – Чтобы не болтал лишнего в караване.

– Режь сам, если так хочется. Только клинок накали в огне, чтобы и рану прижечь, и кровью тут не замарать убранство.

Ошитан вытянул из ножен кинжал, посмотрел на зеркальное дорогое лезвие, которое так неохота было портить огнем, и положил клинок на огонь масляного светильника. Когда кончик приобрёл тёмно-красный оттенок, работорговец взял оружие и наклонился нал пленником. Ухватил левой рукой за скулы, собираясь разжать тому рот. Но, чуть не выронив кинжал, отпустил пленника и непроизвольно отшатнулся назад.

– Боги милостивые!.. У него зубы!

– У всех людей есть зубы, – усмехнулся Амран. – Не бойся, он без сознания и не укусит.

– Но не такие же. Сам убедись.

Амран двумя пальцами развёл чужие губы и, как несколькими секундами ранее его компаньон не смог сдержать удивлённого возгласа.

– Он точно маг, – убеждённо произнёс Ошитан. – Амран, может, всё-таки, убьём его?

Старшему компаньону уже и самому идея получить ТАКОГО раба не казалась стоящей. Но и отступить назад не мог. Во-первых, было жалко использованный ошейник, теперь снять тот очень сложно, нужно резать голову и смачивать металл свежей кровью. А запах её может привлечь духов пустыни к каравану. Недаром, все предпочитали душить или ломать хребты. А с места побоища старались поскорее уйти, оставив в жертву кого-нибудь из ещё живых. Во-вторых, откажись он от своего решения и это может подорвать его авторитет в глазах компаньона. Не стоит признаваться в своих ошибках, особенно, если они не фатальные.