Мой учитель Лис - Андрей Белянин

Вторая тренировка была ничуть не лучше первой. В том смысле, что меня, по-моему, никто не собирался ничему учить. Уверен, что цель была в ином: в показательном убийстве меня посредством нанесения разнообразных побоев самым долгим и мучительным образом.

Старый дворецкий ничего мне не показывал, не объяснял, не давал возможности опомниться и хотя бы повторить. Нет, он продолжал безмятежно гонять меня по всему дому, с первого этажа на второй и обратно, действуя исключительно ногами. Руки у него всё время были заняты, поскольку он то вытирал пыль, то сметал мусор, то начищал фамильное серебро.

Если ещё утром я целую пару минут даже гордился своим участием в деле поимки жестокого маньяка и думал, что уж теперь-то хотя бы лысый старикан будет меня уважать, то… увы и ах! Жесточайшее разочарование постигло меня с первой же попытки принять перед ним хоть сколько-нибудь достойную или грозную позу. Он сбил меня с ног подсечкой и, пока я кубарем летел по лестнице, успел добавить пяткой в живот и каблуком по заднице.

Не помню, за сколько бабушка продала меня, кажется, за полкроны, но она явно продешевила. Её попросту провели, так меня не лупили нигде – ни в школе, ни дома, ни на улице. Причём всё это, как я подозреваю…

– Всё это в твоё благо, Майкл, – громко приветствовал нас мистер Лис, появляясь в прихожей.

– Сэр, – обрадовался я, зажатый в угол, – не могли бы вы попросить вашего слугу не…

В тот же момент дворецкий очень точно влепил мне носком ботинка под ребро, перекрыв дыхание. Когда-нибудь я его убью.

– Месье?

– Да, старина, будь добр, прерви урок и сделай мне кофе. Честно говоря, этот английский чай так плохо переваривается.

– По-парижски или по-бретонски?

– Как я люблю.

– Сию минуту, месье Ренар!

Что ж, кажется, я чем-то нравлюсь капризнице-судьбе, если она уже третий день даёт мне шанс выжить в этом невероятном доме. Что бы сказали мои почтенные родители, увидев, что их единственный сын служит помощником, секретарём, агентом и мальчиком для битья у какого-то прямоходящего рыжего лиса с непонятным гражданством?

Мама бы, наверное, жалела меня, но отец уж точно сказал бы, что дух англичанина куётся в трудностях и лишениях! Главное, чтобы за них платили. Но плату буду получать отнюдь не я, а моя решительная бабуля, которая теперь сможет вообще не просыхать с утра до вечера.

– Майкл, ты не присоединишься ко мне на чашку кофе?

– Если позволите, то какао, сэр.

– Шарль?

– Одну минуту, джентльмены.

Когда я, морщась от боли во всех местах, кое-как доковылял до гостиной, старый дворецкий как раз выставлял на столик две дымящиеся чашки – с кофе по-бретонски (треть бренди) и детский какао, наполовину разбавленный молоком.

– Присаживайся, мальчик мой, я охотно отвечу на все твои вопросы.

– Но я же ничего не…

– У тебя очень красноречивая мимика, – тонко улыбнулся Лис, не показывая зубов. – Пожалуй, это была первая причина, по которой я вдруг захотел взять тебя на службу.

– А вторая?

– Повтори.

– Прошу прощения, а вторая причина, мистер Лис, сэр?

– Ты не дурачок, мой мальчик, – обезоруживающе ответил он.

Признаюсь, я расслабился и поплыл.

– Да, сэр. Конечно, я о многом хотел спросить. К примеру, кто же всё-таки тот злодей, которого мы вчера взяли?

– Некий Джордж Маккейн, выходец из наших бывших колоний. Он на голубом глазу уверяет, что является реинкарнацией Потрошителя, утонувшего в Темзе. Боюсь, пресса будет настаивать на передаче его в клинику для умалишённых.

– Но это нечестно! Он убийца…

– Полицию также не устраивает это решение. В конце концов, в наше просвещённое время любой может купить себе мундир полисмена и разгуливать в нём, как совершая преступления, так и честно участвуя в облавах. Конечно, он псих. Но далеко не так безумен, как хотел бы казаться, если ты понимаешь, о чём я.