Один мертвый керторианец - Александр Дихнов

Предположим” вы объявили кому-нибудь кровную месть (ну только для примера!) и внезапно ваш враг погибает от руки кого-нибудь другого. Ваши действия? Радостный и довольный, идете плюнуть на его могилу? Если бы! Нет, потому что теперь ваша месть автоматически переходит на убийцу вашего врага… И так до тех пор, нока вы кого-нибудь не убьете или, что гораздо вероятнее, убьют вас. Вот так-то! Ну в принципе существует возможность отказаться от мести при смене непосредственного объекта, однако это приравнивается к малодушию и трусости, вследствие чего подобных случаев было раз-два и обчелся”. И именно это только что сделал граф Деор. С моей точки зрения, чрезвычайно благородный поступок, если отвлечься от возможных подоплек.

А вообще за герцогом Вольфаром Регом, одной из самых кровавых и мрачных личностей в истории Керторим последних веков, тянулся длиннющий шлейф подобных обязательств. Хорошенько переворошив память, я составил себе соответствующий список. Помимо Деора в него вошли Принц, герцоги Креон и Венелоа и барон Рагайн. Однако относительно последнего я был не до конца уверен… Казалось, учитывая этот факт, их можно было бы рассматривать как основных кандидатов в преступники, но даже мне было очевидно, что это еще ни о чем не говорит. Кроме того, что теперь они, за исключением выбывшего по собственному желанию Деора, имели некоторые претензии к убийце, которые прилюдно обязался унаследовать я. В потенциале, конечно. Но за потенциал частенько мочили даже охотнее… Ах да! Простите, я забыл указать в вышеприведенном списке себя!

Докурив сигару и убедившись, что настоящего стука так и не последует, я решил все же взяться за дело: спрятал Камень, немного размялся и уверенной походкой пошел к двери. Однако, подержавшись за ручку, я оставил ее недвижимой, в очередной раз задавшись нехитрым вопросом: куда я, собственно говоря, собираюсь?..

В итоге я был вынужден вернуться к столу, напоминая:

“Ранье, тебя же учили решать сложные проблемы? Учили? Да. Что надо сделать? Сесть, подумать… подумать, понимаешь, головой, а не чем обычно… прикинуть, что к чему, составить план, а потом уж действовать…”

Ну я так и сделал. В результате трудов через полчаса передо мной лежал одинокий, наполовину исписанный листик бумаги. И его содержимое представляли собой вопросы: “Кто пытался тебя угробить?”, “Что хотел сказать Бренн?”, “Почему все-таки Принц выбрал именно тебя?” и прочая мура… И больше ничего, ни единого конструктивного звена. Только голова с непривычки разболелась…

Однако, признав с неохотой свою некомпетентность, я совершил первый, наверное, мудрый поступок – обратился за помощью к специалисту. Снова вытащив на свет Камень, я сжал его в руке, представляя себе образ барона Детана. Судя по скорости, с которой пришел ответ, дядя ожидал моего звонка.. Что он, впрочем, и не стал скрывать.

– А, здравствуй, мой мальчик. Спешу поздравить, сегодня ты вляпался в первосортное дерьмо.

– Здравствуйте, дядя. – Я не нашел в себе сил на ответную улыбку. – Не поможете ли разгрести?

Улыбка на его лице погасла, и он в задумчивости потер подбородок пухлыми пальцами.

– Не обижайся, но хочу, чтобы ты сразу понял. Это твое дело, так?

– Так.

– Ну ты им и занимайся.

Я секунду поразмыслил над его словами.

– Значит, никаких практических советов?

– Никаких.

– А теоретические?

– О, это пожалуйста. – Он вновь оживился. – Что бы ты хотел узнать?

– Все.

– Э-э… Да, понимаю. Не любим читать детективы… Но на это уйдет многовато времени, ты не находишь?

– Хорошо. Расскажите общую схему раскрытия убийства.

Он прищурился на левый глаз, что, как я заметил по наблюдениям детства, обозначало положительную оценку вопроса.

– Принцип очень прост. Сродни триангуляции… Знаешь, что это?

– Нет.

– Неважно. Сейчас поймешь. По классическому канону, а я не вижу смысла им пренебрегать, все расследование можно разбить на три части: выяснение мотива, возможности и способа. То есть необходимо определить всех, кто хотел, мог и имел доступ к тому, что было использовано для преступления. Когда во всех трех списках появится одно и то же имя, то с большой вероятностью это и будет убийца. Хотя зачастую для триангуляции бывает достаточно и двух пунктов… Ну потом еще надо найти доказательства. Врубаешься?

– Более-менее…

На самом деле я ни капельки не врубался, но дядя, казалось, пребывал в некоторой нерешительности, и я не отважился прерывать его раздумий.

Наконец он вздохнул, будто отметая колебания:

– Да, думаю, это может быть причислено к теоретическим советам… Видишь ли, в твоем случае я порекомендовал бы обратить особое внимание на мотив!

– Но позвольте, дядя, – с искренним недоумением возразил я, – он же очевиден. Разве нет?

Крякнув, барон прищурил правый глаз, что, естественно, являлось отрицательной оценкой вопроса.

– Верно ли будет мое предположение, Ранье, что за последние полвека ты даже не удосужился разгадать кроссворд?

– Ну да. – Я почувствовал, что против всякого желания краснею.

– Конечно. Как иначе можно довести свои мозги до такого деревянного состояния… Очевиден, значит? Тогда скажи-ка… Нет, для тебя поставим вопрос понагляднее. Представь себе, мой мальчик, что перед тобой поставили герцога Вольфара Рега. С завязанными руками, разумеется. Ударишь ты его кинжалом?

Я терпеть не мог Вольфара, но все же мне хватило честности признать, что ответ будет:

– Вряд ли. Слишком уж грозные последствия…

– Вот-вот!

Конечно, он был прав. Как всегда. Со слабой надеждой на то, что, разговорившись, он скажет что-нибудь еще, я буркнул:

– Но кто-то же это сделал!

Рассмеявшись моей неуклюжей попытке, дядя промолчал. Тогда, изо всех сил изображая обиду, я поинтересовался:

– И это все?

– Пожалуй.

– Негусто!

– Не гнуси! – оборвал он меня любимой присказкой.

– Но что мне делать?!

– Господи, Ранье, – простонал барон. – Какие вопросы ты задаешь? А еще взвалил на себя такое дело!..

– Да что вы заладили: “вляпался”, “взвалил”. – раздраженно бросил я. – Будто я хотел! Спасибо Принцу…

Его глаза неожиданно раскрылись, а взгляд приобрел опасную интенсивность.

– Ты и вправду так думаешь? – холодно осведомился он.

– Конечно…

– Тогда проверим кое-что. Ты же разговаривал вчера с Принцем?

– Да, но я не просил… И вообще, откуда вы…

– Я догадался. – Он язвительно усмехнулся, но тотчас снова стал серьезен. – Дело по-настоящему скверно. Принца нелегко напугать!