Мой (не)любимый дракон - Валерия Чернованова

— Это лучше, чем если у нас её совсем отберут, — подала голос супруга Гильдаса Флена.

— Файларсские ослицы, знаете ли, на дороге не валяются, Ваша Утончённость, — хозяйственно поддакнула госпожа Метёлка. То есть Венэк.

Да что с вами всеми такое?!

Если прежде в чёрных, печальных глазах несчастного животного мне виделись мольба и надежда, то теперь в них читался немой упрёк. Адресованный мне. За то, что вот так просто, недолго думая, обрекла его на жестокую смерть.

Но я ведь хотела как лучше. Думала, сработает, и Зорька, или как там её, вернётся к своему законному хозяину. А вон оно как вышло.

Скальде молчал, не спешил приходить мне на помощь, и, больше чем уверена, ему было абсолютно пофиг, что станет с маленькой бедной ослицей. Старейшины переглядывались и отвечали на взгляды друг друга молчаливыми кивками. Кажется, моё решение их удовлетворило.

Спустя несколько мгновений, на протяжении которых я переваривала услышанное, эррол Корсен распорядился:

— Отведите ослицу к мяснику.

Крестьяне принялись расшаркиваться, благодарить за то, что уделили им внимание. Подобострастно пятились к выходу, ничуть нерасстроенные моим вердиктом. Одна Зорька была расстроена… Ещё бы! В последний раз посмотрев на меня своими грустными, блестящими, словно от слёз, глазами, обречённо поцокала к выходу.

— Поздравляю, эсселин Сольвер. С первым испытанием вы всё же справились и почти успешно, — подавшись ко мне, шепнул Герхильд.

В голосе Ледяного звучала откровенная издёвка. Ведь знает же, как сильно люблю животных.

— Постойте!

Я сорвалась с места. Сама не заметила, как сбежала по ступеням трона и оказалась возле крестьян-живодёров.

— Я у вас её… выкупаю!

Флен и Венэк снова переглянулись, точно два заговорщика, и одновременно покачали головами.

— При всём нашем глубочайшем уважении, Ваша Утончённость, файларрские ослы не продаются.

Ага, только разрубаются.

Ушлые типы явно решили поторговаться.

— Вот! — выдернула из ушей изумрудные серёжки-грозди и сунула их в прытко подставленную ладонь Фленовской супружницы. Другой матроне достались от меня перстень с до безобразия крупным бриллиантом и серебряный браслет, инкрустированный всё теми же прозрачными камнями.

— Файларсская ослица стоит дороже, — заикнулся было Венэк, надеясь выжать из липовой императрицы ещё пару-тройку украшений.

— Не наглей, — осадила зарвавшегося мужика, пригрозив ласково: — Иначе ведь могу приказать пустить на фарш тебя.

Не уверена, в курсе ли они, что такое фарш, но предупреждением однозначно прониклись. Стали ещё усерднее кланяться и пятиться, стремясь как можно скорее добраться к выходу.

Ослицу увёл лакей, прежде получив от меня наказ о ней позаботиться. Я вернулась на своё рабочее место, хоть ноги к Герхильду не несли.

Скрепя сердце устроилась с ним рядом и услышала насмешливое:

— Эсселин Сольвер, вам мало кьёрда?

— А вам мало сострадания. Точнее, его у вас не наблюдается даже в зачаточном состоянии, — огрызнулась и замерла под прицелом множества взглядов, морально настраиваясь на следующее испытание.

Главное, чтобы без животных.

— Мне зверинца в Ледяном Логе не надо.

— Отпустите меня, и не будет никакого зверинца.

Взгляд тальдена заледенел. Он весь стал похож на айсберг. Его любимое амплуа. А я чувствовала себя «Титаником», готовым в любой момент потерпеть крушение.

— Мы это с вами уже обсуждали. Не отпущу, — сказал, как отрезал.

Безжалостно разрубил тонкую нить моей надежды.

— Ну тогда привыкайте встречаться с Зорькой в коридорах замка.

Переговорив со старейшинами, эррол Корсен снова взял слово. Только теперь голос мага звучал уже не так твёрдо, слышались в нём взволнованные нотки.

— И последнее на сегодня испытание, — запнулся, чтобы спустя мгновение объявить громогласно: — Приведите заключённых!